Перейти к содержанию
Туранчекс

"Затерянный в пространстве"

Рекомендуемые сообщения

Ребята , кто то читает вообще? А то я тут выкладываю, выкладываю. Забиваю место на сервере. А может зря.

 

 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Глава шестая. 

 

 

Заключив договор со старым мастером Тувалем, Кинор передал ему слиток зеленного металла, который спустя десять лет должен был превратиться в комплект доспехов. О сумме указанной в контракте Кинор решил пока не задумываться. Двести семьдесят тысяч талантов – это целое состояние даже для очень богатых людей, и где он их найдет, он не знал. Залогом был сам слиток. В случае если Кинор не сможет оплатить работу, или попросту не придет в назначенный срок, зеленый металл переходил в собственность мастера Туваля. Очень по гномьи. Закончив все свои дела на Дигнеи, Кинор попросил перебросить его поближе к нужному ему миру.

И вот так он оказался в мире по названием Шигназ-Лаанир. Этот мир последнее место, где хотел бы побывать Кинор. Узловой мир, база для контрабандистов и пиратов, преступников и бандитов всех мастей. Отстойник для отребья и место где нашли приют и защиту те за кем охотились власти близлежащих секторов. Он слышал об этом мире, и думал, что это просто очередная страшилка. Что же, у него появилась отличная возможность проверить, так ли это.

«Хорошая шутка»:- подумал Кинор. - « И не плохой способ от него избавится. Он Тувалю, это еще припомнит. Поганый гном!».

Хорошо еще, что его выбросило в безлюдном месте, что-то вроде не большой дубовой рощи, можно припрятать пространственный мешочек с золотом. Что он и сделал, оставив себе сотню золотых на всякий случай. Затем просканировав территорию, пошел в сторону ближайшего населенного пункта искать мага портальщика.    

Выйдя из рощи, Кинор сразу попал на хорошую мощенную камнем дорогу, хотя рядом не было больших городов. Или сканер его врал или тут такие правила – мостит любые дороги камнем, даже проселочные.

Сканер таки не врал, Кинор шел уже полдня, но ни каких городов и сел так и не увидел, он не встретил по дороге вообще ни одной живой души. Ближе к вечеру на горизонте показались стены города. Довольно высокие стены. Подойдя к ним в плотную, он не обнаружил входа. Дорога просто заканчивалась на стене. Кинор с недоумением взирал на эту картину маслом и думал, что же теперь делать. Покричав для порядка, он оставил эту затею и начал подготавливаться к ночлегу, к вечеру город видимо закрывался на замок. Учитывая, в каком мире он находится, это было не удивительно. Солнце стремительно заходило за горизонт, будто куда-то спешило. Странное явление. Хотя миров так много, что странностей хватало, и поэтому Кинор не сильно по этому поводу беспокоился. Ночь обещала быть прохладной, и он принялся разводить не большой костер. Как вдруг со стороны дороги, откуда он сам пришел, послышался крик и силуэт всадника на лошади. Понукая взмыленного скакуна, человек на лошади нещадно бил бедное животное палкой, заставляя того скакать еще быстрее.  Приблизившись к стенам города наездник, которым оказался юноша приблизительно возраста Кинора, соскочил с лошади, и схватившись за голову запричитал на не известном Кинору языке, продолжая дубасить уже ни в чем не повинную стену. Кинора он при этом совершенно игнорировал.

«Причины такой истерики молодому магу были не ясны, и поэтому он обратился к несчастному на общем языке, желая выяснить, чем же тот так взволнован»:- Что ты так раскричался? Успокойся, чтобы там не было, город закрыт, криками делу не поможешь. Давай вот, присядь у костра, пивка гномьего испей. С утречка в город попадешь. Мне тоже туда очень надо, так я же не ору словно баба на сносях. 

- Дорги! Дорги маар хинат! Дорги! – закричал тот, указывая на последние лучи заходящего солнца. Затем схватив притороченные к коню два кривых ятагана, ударил коня по крупу, прогоняя  того в степь. И занял оборону встав спиной к стене, сжимая рукояти ятаганов, что есть сил.

Кинор не понимал, чем было вызвано такое поведение, и поэтому смотрел на него широко открытыми глазами.

- Дорги! Дорги маар хинош, тиро маар хинош! – бубнил он, судорожно сглатывая слюну, уставившись на запад, где умирали последние лучики солнечного света.

До захода солнца оставалось еще минут пятнадцать двадцать, как вдруг Кинор почувствовал сильный всплеск магии. Его спину будто обдало жаром, а волосы на голове и руках встали дыбом и заискрились. Обернувшись, он увидел, как камни городской стены засветились рунами.

Стало стремительно темнеть, словно гигантская волна, тьма надвигалась на город. Все еще не понимая, что происходит, Кинор почувствовал опасность. Что-то там было, в этой тьме. Древнее зло, которое ждало своего часа. Все инстинкты молодого мага, говорили о том, что будет бой, жестокий бой. Он пока не знал с кем, но чувствовал -  ему придется отстаивать свое право на жизнь, всеми известными ему способами.

Парень с ятаганами приблизился к нему, его била крупная дрожь. «Указывая на границу тьмы, быстро приближающую к ним, он затараторил на своем языке»:- Дорги! Никун тууран маар хинош, дорги сиинар ту кимнаар.

- Я тебя не понимаю, друг. – взволнованно сказал Кинор. - Что ты хочешь? 

- Дорги оомер туру, нихшет. – закричал он, потом взяв себя в руки, спросил, потрясая своим оружием, - Раасан ятааган?

Различив слово ятаган, Кинор решил, что тот спрашивает, есть ли у него оружие. 

- Я маг, у меня нет оружия. – и увидев недоумение на его лице, пустил небольшой шар огня в сторону надвигающейся тьмы. Лицо парня осветилось, и в глазах забрезжила надежда. Он кивнул головой и уверенней сжал ятаганы. Через пару мгновений тьма полностью поглотила город и все вокруг. Ночь без света звезд и луны, кромешная тьма. А еще абсолютная тишина, Кинор слышал, как быстро бьется сердце рядом стоящего человека. Он чувствовал, как к ним что-то приближается и очень быстро. Даже свет от костра, который он зажег, поглощался тьмой, освещая территорию всего на два шага вокруг. Напряжение росло, вдруг тугой толчок воздуха ударил Кинора в грудь и три тени пронеслись в шаге от них на невероятной скорости.

- Дорги! Дорги! – заорал благим матом парень, при этом начав вертеть ятаганами как сумасшедший.

Кинор быстро сотворил заклинание озарения, выбросив поток света от себя вперед. На мгновение пространство перед городом осветилось красным светом, и Кинору предстала картина – сотни силуэтов похожих на людей существ, ожидавшие во тьме. В груди у Кинора екнуло. Свет от заклинания стремительно пошел на спад, чего быть не должно, видимо это была не простая тьма, он поглощала любой вид света. Кинор быстро трансформировал глаза на ночное видение. И потушив костер уничтожил последний источник хоть какого то света, вызвав при этом панический крик соседа. Но это нужно было сделать, так как любой свет сейчас был врагом его ночного зрения.  Одновременно с этим он накрыл их обоих силовым куполом. Как только погас последний уголек, силуэты пришли в  движение. Часть силуэтов, сорвавшись со своих мест, и практически не касаясь земли, бросилась на них. Пятеро со скоростью ядра брошенной катапультой врезались в купол, выставленным Кинором, создавая кучу малу и ломая себе все кости, если они у них вообще были. Он смог их разглядеть, голые по пояс трое мужчин и две женщины были вполне человеческого вида. За исключением нескольких деталей – очень бледная кожа, почти белая она испускала свой свет. Довольно красивые лица молодых людей портили красные угольки глаз и слишком большие клыки, выступающие высоко верх. «Вампиры»:-понял Кинор, и по его телу побежали мурашки. Очень древняя раса. Считалось, что они давно вымерли. Оказалось, что нет. Странно, что об этом не говорилось в путеводителе по мирам конгломерата. Хотя, это было логично, народ, проживающий на  Шигназ-Лаанире не любил трепать языком.

Казалось бы, от такого удара не возможно было оклематься, но спустя короткое время они зашевелились и стали вставать, вправляя с треском суставы, а раны которые образовались от удара  на глазах затягивались с пугающей быстротой. Кинор обратил внимание, что купол дал трещину. Еще пара таких ударов и они потеряют защиту.

Окружив их, пятерка вампиров стала полосовать купол, своими когтями оставляя на нем длинные полосы.  Кинор не стал ждать конца этого представления и ударил стихией земли. Земля, на которой они стояли, вдруг резко разверзлась, давая им упасть в яму, увлеченные вскрытием купола они не успели среагировать. А потом так же резко сошлась тисками, а затем снова и снова. Это было похоже на жадный рот, который с упоением перемалывал плоть и кости. Пожевав немного, земля исторгла из себя кровавое месиво из пяти тел, а затем сомкнулась, как ни в чем не бывало.

Из неоткуда появился еще один вампир, он отличался от первых, у него были обычные глаза, и он был не плохо одет. Этот был наверно их предводителем. А еще он не касался земли, зависнув перед куполом вампир, улыбаясь, смотрел, прям Кинору в глаза.

- Маг, если хочешь встретить рассвет живым, отдай нам человека который стоит рядом с тобой, и я даю слово, что мы уйдем. – заговорил кровосос не раскрывая рта. Голос возник, прям в голове у Кинора.

- А может вам просто уйти туда, откуда пришли и все? – ответил молодой «зодчий».

- Молодой, и глупый. Совсем молодой и очень глупый маг. – пропел приятный голос. – Но сильный и с большим потенциалом. А хочешь вечную молодость, силу и выносливость, бессмертие и красоту? Сними купол и все это будет твоим. Зачем тебе куда то идти и чего то искать? Оставайся с нами, охоться с нами, танцуй и пой с нами, слушай тишину с новыми братьями и сестрами.

Уже в самом начале его речи Кинор почувствовал, как веки его начали слипаться и сон со страшной силой пытался им завладеть. Сладкий голос вампира убаюкивал и усыплял не хуже сильнейшего эликсира.  Кинор не стал дожидаться, пока эта колыбельная свалит его с ног. Он стал готовить себя к ближнему бою, маг начал трансформировать свое тело. Укрепив кожу, что бы ее не нельзя было прокусить, Кинор также изменил состав костной ткани, теперь кости способны были выдержать сильное давление. Не забыл он и о ударных, боевых заклинаниях. Напоследок сотворив провал в земле он спрятал туда парнишку предварительно того усыпив.

- Значит, не хочешь силу?! – все так же улыбаясь, произнес вампир, - Тогда потанцуем. – сказал он и прочертил по куполу когтем, оставляя на нем черный след от которого пошли нитеобразные трещины по всей поверхности.  Затем развернувшись, он удалился так же быстро, как и появился, уступив свое место десятке вампиров солдат. Купол испещренный тысячами трещин готов был вот вот рассыпаться, и Кинор сжавшись в пружину, приготовился к этому моменту.

Не став ждать пока защита падет, вампиры насели на купол и буквально разорвав его накинулись на мага. Они вцепились в молодого мага зубами и когтями, пытаясь прокусить стальную кожу. Поняв, что им не удастся это сделать, вампиры стали тянуть его в разные стороны. Желая просто разорвать наглого мага на куски. Кинор застонал от неожиданной тяжести десятка тел и давления на сухожилья и кости. Поняв, что долго так не продержится, он ударил. Ударил светом, понимая что свет главное оружие против этой нечисти. Зашипев, вампиры откинулись назад, но рев предводителя, раздавшийся из тьмы, заставил их снова пойти в атаку. Нанося чудовищные удары когтями по броне Кинора, они теснили его к стене. Запас прочности модифицированного тела Кинора имел предел. И он его достигнут. У вампиров освещенных неким тусклым светом словно открылось второе дыхание, они с новой силой впивались когтями в кожу мага, вырывая ее с мясом, попутно внося в тело Кинора сильнейший парализующий яд. У Кинора в глазах помутилось, и ноги стали сгибаться под весом насевших на него вампиров. Он все еще отбивался, нанося сокрушительные удары усиленные магией воздуха отрывая им конечности и пробивая корпуса, вырывал внутренние органы. Но сил оставалось все меньше.

«Еще не поздно маг. Ты силен, но не достаточно. Стань рядом со мной. И ты будешь обладать силой. Я сделаю тебя ночным лордом, князем тьмы. Ты получишь бессмертие, ты сможешь увидеть закат этой реальности, что бы продолжить жизнь в следующей». – пропел все тот же голос в голове у Кинора. Разрывая пасть очередному вампиру «зодчиму» очень сильно захотелось ответить согласием на это предложение, и он почти согласился, как перед ним возник образ отца, который со слезами на глазах сидел на крыльце дома, комкая в руках детскую рубашку Кинора. 

- Нет! – сквозь зубы прошипел он, схватив двух последних вампиров за глотки и развернувшись, впечатал их в городскую стену. И только прикоснувшись к камням, вампиры истошно заорали от боли и вспыхнули голубым пламенем. Оставив после себя лишь горстку серого пепла. Руны, какое-то время все еще хищно горели красным, сильно выдавшись наружу почти зависая в воздухе, при этом издавая какое-то гудение, а потом словно успокоившись, приняли свой прежний вид – начертанных на камнях рун с тусклым сиянием голубоватого цвета. Кинор теперь понял, почему не было входа в город и в чем смысл рун нарисованных на камнях городской стены. Так город защищался от вампиров.         

Тяжело дыша, Кинор осмотрел поле боя, вокруг все было в крови вампиров и его собственной. Яд продолжал все глубже проникать внутрь организма, он пытался это остановить но у него получалось лишь немного замедлить проникновение, он понимал что рано или поздно ему придет конец. Вампирам нужно было только подождать, но они не хотели ждать. Сквозь туман Кинор увидел, как три десятка кровососов отделилась от общей группы, и направились к нему на этот раз спокойным прогулочным шагом. Кинор лихорадочно думал, что ему делать. Между делом он использовал различные, боевые заклинания - огненные шары и стены огня со свистом уходили по направлению толпы вампиров, смерчи и ураганы сбивали их с ног, земляные валы большими волнами накрывали вампиров, в небо взметались каменные копья пытаясь поймать и насадить на себя бессмертных кровососов. Но уже зная с кем имеют дело на этот раз они были очень осторожны. Кинор много читал и  достаточно узнал о боевой магии, сам не понимая когда успел, и он умел такое, что и мастера могли ему позавидовать  однако  как оказалось этих знаний не хватало для победы. Он не думал о том, что и то, что он сделал до сих пор, было подвигом. Этот мир не знал таких, кто мог похвастаться тем, что пережил ночь. Скорее всего и он не переживет, но сделал он намного больше своих предшественников.

Силы стремительно подходили к концу, магия вкупе с ядом истощили его запасы, он умирал. Но молодой «зодчий» не собирался уходить вот так вот. Стая вампиров уже почти набросилась на Кинора как вдруг, тот разведя руки врозь словно желая обнять дорогого гостя, проецирует руны, которые были начертаны на городской стене прям в воздухе. Заставляя стаю остановиться в нерешительности, ослепленные заревом из опасных для кровососов рун, они не заметили, того что Кинор  приготовил им на десерт. Исчерпав себя подчистую, Кинор поднял в воздух пару сотен камней, и впечатав в каждый из них по вышеупомянутой руне,  одним заклинанием разметал их веером по  сбившимся в кучу полуослепленным вампирам, а заодно и в тех кто прятался за ними.

Это было поистине прекрасное зрелище радующее глаза и сердце – булыжник разогнанный до высокой скорости врывался в тело вампира разрывая того по полам, что в принципе не было для них смертельно, однако специальная руна разработанная каким то магом против вампиров и с успехом использованная местными жителями для защиты своих городов, заставляла кровососов вспыхивать голубым огнем. Две сотни голубых факелов осветили территорию, прилегающую к городу прекрасным голубым светом. Кинор упал, ноги его уже не держали. Яд проник достаточно глубоко сдерживать его сил не осталось. Ему осталось жить минут пять, до момента пока яд достигнет сердца, которое прокачав через себя кровь, распространит его по всему телу. Лежа на боку Кинор наслаждался прекрасным зрелищем горящих вампиров.

Раздался полный гнева и злобы боевой клич главного вампира, он призывал свой народ.  Этот наглый молодой маг никак не хотел подыхать. Он уже нанес не малый урон по самолюбию Рахнааша – одного из последнего истинного вампира. Он не даст ему спокойно отойти в мир мертвых. Он возьмет его и сделает своим рабом, маг будет сотни лет пресмыкаться перед Рахнаашем, он заставит его вымаливать разрешение слизать с пола случайно упавшие во время обеда его повелителя, капли крови. Он смоет этот позор его слезами.

Кинор сквозь пелену видел, как из всех концов этого проклятого мира собираются тысячи вампиров.

«Странно: - подумал Кинор, вспомнив случай с грабителями на Далайне, - Там ведь кто-то или что-то вмешалось перед неминуемой угрозой его жизни, а что сейчас? Неужели еще не все?! Или может быть, к нему потеряли интерес?! А все мои успехи в магии начиная с того злополучного портала, что это?! Да и этот бой сам по себе мог бы войти в учебники по боевой магии или стать пособием - «как сражаться с древними вымершими расами». А ведь я простой младший послушник ордена свободных магов, хоть и довольно талантливый ученик, но всего лишь ученик. Но все это меня мало волнует, просто до одури жалко отца. От меня ведь даже воспоминания не останутся. А еще жалко, что я так и не поучился у Аглая Бильморро, это должно было быть интересно. – безразлично взирая на огромное количество кровососов стремительно приближающихся к нему, Кинор размышлял о смысле бытия».

 

 

 

Эпизод четвертый.  

 

 

«Город был похож на большой муравейник. Все торопились скрыться за городскими стенами, гарантирующие защиту и безопасность. Оставалось немногим более часа до того как дорги выйдут на охоту. Мерзкие создания не оставляли никаких  шансов тем кто не успел спрятаться в городе.  И с этим ничего нельзя было поделать. Нет чтобы собрать армию магов да и вычистить эту нечисть с лица Шигназ – Лаанира. Но нет,  видите  ли вымирающая раса, их надо беречь. Создали тут заповедник для вампиров, мать их так да раз так. Пираты и контрабандисты, как никто другие подходили в качестве пищи для кровососов. Так ему сказали. А как же невинные дети, женщины и немощные старики?! Они в чем виноваты?! Почему кто-то решил, что мы должны играть роль домашнего скота для проклятых вампиров?! Они также запретили собираться силами и вредить кровососам. Нельзя  сокращать их популяцию, сказали ему. Хорошо хоть создали двенадцать городов оазисов, по городу на клан, где жители Шигназ-Лаанира могли найти убежище от доргов.  Будь проклят тот день, когда главы семей подписали  этот договор. Обрекая своих людей на жизнь под постоянным страхом перед доргами. Настоящий мужчина должен пасть от меча или сгореть в пламени магического огня. Но умереть вот так, став добычей жадных до крови монстров, это было больше чем унизительно». -  Лумпьен, глава одной из двенадцати домов правящих на Шигназ-Лаанире с силой сжал кубок с вином сделанного из добротной гномьей стали, погнув его. - «Он был третьим поколением после подписания договора между владельцами сектора и криминальными авторитетами. Где оговаривались условия перехода во владения семей, мира под названием Шигназ-Лаанир. Перспектива получить целый мир под полный их контроль была столь соблазнительна, что глав семей не беспокоил тот факт, что в нагрузку они получали головную боль в лице доргов. Они не задумывались о последствиях своего решения. И вот теперь спустя тысячу лет, народ Шигназ-Лаанир мог с уверенностью сказать, что это была очень и очень плохая сделка. За это время дорги расплодились, на каждую сотню местных жителей приходился один дорг или больше того. Неприятная арифметика. Можно было сказать, что авторитетов сделали как детей. Позор на их дурные головы. Каждый год несколько тысяч человек не сумевших добраться до своих городов погибали или становились доргами. А про трудности вести бизнес, когда ночь твой главный враг вообще лучше не говорить». – Лумпьен с ненавистью посмотрел на солнце, которое спешило убежать за горизонт, предоставляя доргам возможность безнаказанно бесчинствовать  на просторах его родного мира.

- Мессир, час до заката. Прикажете начать консервацию? – отвлекая от мрачных мыслей, обратился к Лумпьену его адъютант.

- Просканируй территорию. Убедись, что все в городе. Заметишь людей в сорока минутах от города, дай им возможность попасть за стены. – не отрывая глаз от солнца сказал глава семьи.

- Но мессир, оставшихся двадцати минут может не хватить. Разведка сообщает, что заметили Рахнааша и его семью на западе. Видимо он решил покинуть владения клана Кинджан, и мигрировать на восток, в наши земли. В свой старый схрон в Буугнааре, это в неделе пути отсюда. Как только солнце зайдет он пойдет под тенью в направлении нашего города, и будет тут не позже чем через десять пятнадцать минут, все зависит от того насколько голодны его дорги.

- Сделай, все возможное, Юнуус, спаси как можно больше людей. – прошептал глава, продолжая неотрывно следит за солнцем желая всем сердцем того, что бы ночь так и не наступила. Он ясно помнил тот злополучный  день, когда его единственный сын Гертаан - красивый как бог, храбрый и талантливый юноша, попал в окружение со своим отрядом, не успев уйти с Шигназ–Лаанира из за нерадивости мага портальшика который не проверил кристалл на уровень заряда. Ночь застала его отряд за стенами города после консервации. На них напали дорги Рахнааша, в считанные мгновенья, уничтожив весь отряд - двенадцать человек. Его мальчик смог убить троих доргов, прежде чем его схватили. Рахнааш кусая его сына за шею, смотрел Лумпьену прям в глаза, зная, что тот наблюдает за происходящим. Затем обняв преобразившегося в дорга Гертаана, увел его прочь, все так же улыбаясь. А он смотрел, и слезы лились из его глаз, Лумпьен никак не мог помочь сыну, он мог только смотреть. Много позже глава семьи смог выследить и изловить того кто когда то был его гордостью и смыслом жизни. Он своим руками свернул Гертаану шею, а потом сжег его тело магическим огнем, освобождая заточенную душу.           

Подождав немного, адъютант понял, что больше распоряжений не будет и тихо вышел из комнаты, оставив главу наедине с печальными мыслями.

Юнуус все сделал, как и просил глава. Просканировав территорию вокруг города, он обнаружил людей спешивших попасть в город и отложил консервацию на полчаса, на большее он не имел права. Когда последний человек оказался за стенами, адъютант отдал приказ закрыть город.

Консервация города была довольно зрелищным процессом. Может быть, таким образом, властители сектора пытались подсластить горький эликсир.

За пять минут до начала производились два вида сигнала – звуковой и световой для оповещения населения. Затем ответственный за запуск,  получив отмашку от адъютанта главы семьи Юнууса, запускал механизм консервации.  Все было  спроектировано так, что процесс мог запустить любой человек, магом быть ненужно, все было автоматизировано.  Когда процесс запускали, первым наперво ворота вдвигались внутрь и проем закрывался куском стены, который выезжал из ниши. Далее по всей поверхности стены как внешней, так и внутренней пробегали сполохи молний, активируя руны. Значение и смысл рун, был неизвестен, но это и не важно, главное, что дорги панически их боялись. Нельзя было сказать, что стены были так уж высоки – четыре человеческих роста и все. Молодой неопытный дорг с легкостью брал такую высоту, и поэтому все пространство над головами жителей накрывалось силовым полем, испещренный теми же рунами которые горели ярко красным огнем, он защищал небо над городом. Все! Город закрыт. Внешние сканеры патрулировали зону вокруг города, позволяя следить за происходящим снаружи. Вампиры могли пытаться прорвать оборону города, сколько им вдумается, но еще ни разу за тысячу лет им этого не удалось. Оазис был надежной крепостью.

Дед Лумпьена, Аят который был одним из глав подписавший договор, был единственным, кто не хотел этого делать, но под давлением других семей был вынужден пролить свою кровь на кожаный свиток, на котором был записан договор. Давая клятву крови и согласие со всеми условиями прописанные в контракте. Однако прежде чем произнести слова клятвы ему удалось заставить другую сторону внести изменения в текст. Он потребовал к защите добавить оружие против вампиров на случай полномасштабного наступления кровососов на города. Его пытались заверить, что защита абсолютна, но Аят был не приклонен, и они согласились. С одним условием, что оно может быть применено только в случае действительной опасности городу, будь то неисправность защитного механизма или если дорги каким-то чудом приобретут иммунитет против рун. Нарушение условия применения повлечет за собой кару предусмотренную клятвой.  До сих пор не было ни одного случая применения этого оружия. Но эта ночь будет особенной. Сегодня начнется новая эра в истории Шигназ–Лаанира.

- Мессир, консервация прошла успешно, как всегда. Сканеры показывают наличие двухсот тридцати доргов во главе с Рахнаашем. Они расположились с западной стороны города. – отрапортовал адъютант Юнуус.

- Есть те кто не успел?

- К сожалению мессир. Двое молодых парней. Один из наших, другого опознать не удалось, по всей вероятности пришлый. Судя по магическому всплеску еще в полдень, открывался межмирный портал. Больше некому.

- Ладно, пойдем посмотрим.- Лумпьен ненавидел наблюдать за тем, как злобные твари убивают живых людей. Но он дал себе слово, что будет смотреть и запоминать, потому что он верил, наступит день и он припомнит доргам каждую отнятую жизнь, каждую загубленную душу.

Войдя в комнату наблюдения, он уселся в свое кресло и стал смотреть на то, что транслировали сканеры.

Двое сопливых мальчишек против более двух сотен голодных доргов, какая не справедливость. Однако то, что Лумпьен увидел дальше, заставило его встать от возбуждения и смотреть на происходящее широко открытыми глазами. Пришлый оказался магом, да еще каким, он дал доргам бой. Он убивал их голыми руками, пусть и трансформированными, пусть и магией, но дорги умирали. В комнате наблюдения воцарилась гробовая тишина. Как упоительно было за всем этим наблюдать. Лумпьен отдал бы все, что  у него было, только бы оказаться рядом с этим мальчиком, почувствовать кровь ненавистных вампиров на своих руках.

Все ахнули, когда пацан осветил небо двумя сотнями горящих демонов, а глава сжал спинку стула так сильно, что та рассыпалась в щепу под его руками. Еще никто и никогда не наносил такого урона  доргам. Он увидел, как молодой маг упал в конвульсиях, Лумпьен сразу узнал действия вампирского яда, потому что видел такое сотни раз. Маг был обречен. Если был бы способ доставить его в город, то наверно можно было бы ему помочь, но это невозможно. Лумпьен пристально посмотрел на молодого героя и отчетливо увидел лицо своего Гертаана. Умом он понимал, что этого не может быть, но сердце, его сердце очень хотело, чтоб это был он.

- Глава Лумпьен, еще не поздно вмешаться. – раздался вдруг чужой голос за его спиной.

Резко обернувшись, Лумпьен увидел высокого мужчину одетого в черный балахон с накинутым на голову капюшоном так, что нельзя было разглядеть его лица. Все находящиеся в комнате кроме Юнууса, спали.

Адъютант, тщетно пытался выхватить кинжал из-за пояса и бросится на защиту босса от непонятно как проникшего в охраняемое помещение чужака, но его словно пригвоздило к месту, где он стоял.

- Ты кто такой и как сюда попал? – грозно спросил глава семьи, наблюдая эту картину.

- Не важно, кто я такой, важно то кем ты можешь стать.- невозмутимо ответил тот.

- Что тебе надо? – чувствуя, что этот человек тесно связан с его судьбой, глава клана решил не вызывать охрану, а выслушать его, тем более что, видя тщетные попытки адъютанта освободится, понимал, что охрана ему не поможет. – Юнуус успокойся, мне не грозит опасность.

- Лумпьен, посмотри на этого мальчика. Неужели он тебе никого не напоминает?! Он сделал то, о чем ты мечтаешь вот уже три сотни лет. Он показал доргам их место. А теперь он умирает. Справедливо ли это?! – Глава обернулся на экран и еще посмотрел на лежащего юношу из о рта которого выходила кровавая пена. – Слушай Лумпьен, Рахнааш дал зов своим доргам, слушай внимательно, и смотри как еще один молодой герой станет одним из них. А может его просто разорвут на части, а спустя несколько часов наступит рассвет, выйдет солнце. Рахнааш уйдет, а люди продолжат жить, как жили все эти годы, в страхе перед доргам. А тот, кто поверг двести доргов, сейчас лежит у стен твоего города в ожидании своей смерти. Он продолжит жить в преданиях и балладах твоего народа, но ненадолго. Это справедливо? Примени оружие  возмездия глава.

- Но договор, - потупив глаза, прошептал Лумпьен.

- Какой договор, опомнись глава. Вы забыли, кто вы есть. Вы никогда не чтили никаких договоров, и закон был вам неписан. Честь и уважение, всегда ценились вашим братом больше жизни. Какой смысл Лумпьен скажи, влачит такое существование. Посмотри, во что превратились ваши семьи. Когда-то давным-давно делая набеги на секторальные караваны, шедшие под охраной тысяч боевых магов, захватывая в заложники королей и требуя за них выкуп,  продавая оружие всем сторонам одновременно, вы не задумывались о последствиях. Вы не задумывались о последствиях, когда объявляли вендетту не желая забывать и прощать былые обиды, даже если это грозило вам неминуемой смертью. Отомсти за сына Лумпьен, за поруганную честь. Разорви этот порочный круг, расторгни договор, напомни другим семьям кто они, покажи своим поступком, что пора вспомнить заветы ваших отцов. – глава зачарованно слушал этого странного человека и смотрел как на зов Рахнааша собираются со всех концов многочисленные дорги. Он знал, что нет причины применить оружие, и его использование сейчас гарантировало смерть потомку Аята, кровь которого была впечатана в договор. Он умрет. Но как же сладка была мысль, что он унесет с собой тысячи доргов и возможно одним из них будет ненавистный Рахнааш. Он отомстит, он напомнит семьям кто они, он укажет им путь. Обуреваемый мыслями Лумпьен, видел, как несметное полчище доргов ринулось к стенам города.

- Сейчас внук Аята, сейчас или никогда! – вскричал человек в черном балахоне.     

Приняв решение, Лумпьен глава клана Сорбон решительно сорвал с шеи медальон – кроваво красный рубин в золотой оправе, который передал ему отец, а тому его отец, и бросив его о землю разбил вдребезги.

Он не мог видеть того что произошло в следующее мгновение, но зато это увидели все жители города: раздался глухой звук, похожий на удар топора по дереву, за этим последовал толчок и ввысь устремился поток желтого света так сильно напоминающий свет родного солнца. Уйдя  высоко в небо поток, взорвался, моментально образовав огромный световой шар, который мгновенно осветил территорию вокруг города, насколько хватало глаз.

Лумпьен не знал чего ждать от этого оружие, будет ли это ураган рун или кислотный дождь, он не знал. Вперившись пристальным взглядом в экран, он смотрел, как Рахнааш отдал приказ к наступлению, затем сразу после этого толчок и какой-то звук. Но ничего не происходило, дорги продолжали стремительно приближаться к лежащему у стены магу. Как вдруг яркий свет залил всю окрестность вокруг города, сканирующие заклинания, рассчитанные на ночную съемку, не выдержали и распались. Но Лумпьен продолжал видеть, что происходило снаружи, это был прощальный подарок неожиданного гостя. Ночь стала днем, и дорги вспыхнули алым пламенем, рассыпаясь в прах, все как один. Глава дома Сорбон, Лумпьен схватился за сердце, и медленно опустился в свое кресло, кара за нарушение условий договора настигла внука Аята.

- Юнуус, позаботься о семье, отныне ты глава клана Сорбон. Разнеси весть по всем городам. С доргами надо кончать. Позаботься так же об этом мальчике. Ты хорошо служил клану, послужи еще Юнуус. Встретимся на пиру у принцев. – отдав последний приказ своему помощнику, Лумпьен закрыл глаза.   

Он не о чем не жалел, потому что последнее, что увидел перед тем как его глаза закрылись навсегда, это горящий пламенем  Рахнааш.

- Доброй дороги Лумпьен. – тихо произнес человек в балахоне, закрывая за собой дверь, и освобождая нового главу клана Сорбон от невидимых оков.

 

 

Видя, как на него несется толпа вампиров, Кинор весь сжался, он видел их хищные оскалы, страсть и предвкушение в глазах. Кинор мысленно попрощался с отцом с Сизаром, прося у обоих прощения за все. Кинор не стал закрывать глаза, он хотел встретить смерть лично. Он конечно же боялся смерти, Кинор очень хотел жить, но если уж она необратима то встретить ее надо с честью, ибо  он понимал, что умереть можно по разному. 

Он почувствовал сильнейшее давление воздуха, которое впечатало его в стену, будто огромный поршень из несущихся с огромной скоростью тысяч тел давил на воздух. Раньше самих вампиров до Кинора донеслась невероятная смесь, вонь гнили и запаха луговых цветов. А потом спустя доли секунды приготовившись к удару,  был ослеплен ярким солнечным светом. И дорги буквально взорвались огнем, рассыпаясь в труху по инерции продолжая движение засыпали ошеломленного мага прахом. Все в округе было освещено дневным светом и дорги, они горели, пока не осталось никого. Последним сгорел тот, кто с улыбкой предлагал силу и бессмертие. Не понимая, что происходит, Кинор чувствовал, как вампирский яд под воздействием солнечного света распадается в организме на не опасные составляющие. А потом он ощутил магию и гул сдвигающихся камней, в стене открывался проем, в который выехали ворота. Из ворот стали выбегать люди ошарашенные и радостные. К нему подбежали, помогли подняться. Пусть организм уже и не был заражен, но сил все равно не было, и помощь Кинору была как раз кстати. Бережно подняв его на руки, они понесли его в город. Он чуть не забыл о своем «храбром» напарнике. Но люди видимо знали, что тут произошло. Они  откопали бедолагу, и со смехом хлопая его по спине стали расспрашивать, и как это он умудрился расправиться со злобными доргами.

Уже позже отдыхая  и набираясь сил, Кинор узнал о том, что же его спасло. Ему рассказали историю Шигназ-Лаанира, о договоре, об оружие возмездия. Весь город гудел, словно разворошенный муравейник. Произошло немыслимое, они ответили доргам. Да еще как ответили. Ненавистный Рахнааш терроризирующий их город, вот уже которую сотню лет, сгорел. Всем было наплевать, что за этим последует. Они были готовы идти до конца.

- Как тебя звать, и кто ты такой? – спросил Кинора новый глава клана Юнуус.

- Кинор сын купца Датана. – представился он. - Я послушник ордена свободных магов. Попал к вам случайно, так сказать проездом,  направляюсь в мир Рогнир. Там я должен продолжить свое обучение.

- Маг, я не знаю, кто ты такой на самом дел, твое имя мне ни о чем не говорит. Но должен сказать, что ты невероятно крут. И покровители у тебя  могущественные, не забудь сказать им спасибо за спасение. – И заметив недоумение на лице молодого мага, рассказал ему о том, что произошло в комнате наблюдения. – Шигназ-Лаанир начинает войну с доргами. Не хочешь поучаствовать? Нам бы пригодились твои навыки.

- К моему огромному сожалению я не могу, глава. – потупив взор ответил Кинор. – Я очень спешу, я и так потратил очень много времени.

- Твоя воля, - согласился Юнуус, - в качестве платы за уничтожение более двухсот доргов, тебя отправят в любую точку конгломерата, по твоему желанию, и выплатят тысячу полновесных талантов за каждого убитого тобой дорга. Но если ты вдруг передумаешь и останешься нам помочь, то приобретешь, благодарность кланов и много кровных братьев – самых дерзких головорезов ойкумены, которые в любой момент придут на твой призыв, если будет в этом необходимость.

Задумавшись над предложение, Кинор посмотрел в окно, из которого было видна территория главных ворот города, и увидел как жители Шигназ-Лаанира, мужчины женщины, дети и старики наверно первый раз в жизни танцевали, пели и просто бродили за стенами города в это время суток.

- Не нужно платы и благодарности. Я останусь помочь. – немного подумав и приняв решение о котором он наверняка пожалеет, сказал Кинор.  

- На том и порешим, - кивнув головой, сказал глава клана, и спросил - Ты разбираешься в артефактах?

Далее события развивались с молниеносной быстротой. Собрался совет семей, где обсуждался поступок Лумпьена. Многие главы не хотели умирать ради самой идеи надавать вампирам по щам. Но народ требовал этой жертвы,  Шигназ-Лаанир грозился взорваться массовым бунтом. Это вам не обычные законопослушные граждане. Убийцы и воры, грабители и пираты, контрабандисты и наемники не согласны и дальше терпеть доргов, если есть возможность от них избавится. И если за это надо было отдать жизни своих глав, они с радостью готовы были заплатить эту цену. Главы прекрасно понимали, что в случае отказа их все равно убьют, а заодно и всех их родных.  За долги годы унижения, накопившаяся злость и желание отомстить требовали выход.

В конце концов, главы приняли решение, что если надо отдать жизни за свободу и гордость лихого народа, они готовы это сделать.  

Кинор получил карт-бланш и начал бурную деятельность. Он попросил собрать всех магов, которые находились на тот момент в мире и общими усилиями стал разрабатывать боевые заклинания, основанные на известных рунах. Одновременно с этим он собрал лучших мастеров кузнецов и сказал им, что надо перековать мечи, с нанесением на лезвия тех же рун. Сотни магов занимались тем, что заколдовывали  тысячи стрел, вытравляя на наконечниках смертоносные руны, огромное спасибо тому магу кто их разработал.

В ходе работ с рунами Кинор потихоньку смог разобраться в смысле этих рун, и то как они работают. Помогли ему в этом  свитки оркских шаманов, на которые он в свое  время по воле случая наткнулся в библиотеке ордена.

Главу клана Сорбон выбрали главнокомандующим. Глава Юнуус закрыл мир. Был наложен строжайший запрет на открытие внешних порталов. Лучшие маги портальщики блокировали любую попытку попасть на Шигназ-Лаанир. Так как было опасение, что если владельцы прознают о происходящем в мире, то непременно введут войска для защиты доргов. Соблюдалась строжайшая секретность. Приходилось действовать только в дневное время. Был отдан приказ всем людям собраться в городах, только по личному разрешению адъютантов можно было выйти за пределы города. После происшедшего на территории клана Сорбон избиения доргов, они будто сошли с ума. Вампиры повылазили из нор, выходя из спячки. Кровососы были везде. И их, как оказалось было очень много. Численность доргов которую удалось выяснить с помощью сканеров, переваливало за шестьдесят тысяч особей. Немыслимое число. Никто не думал, что их будет так много. 

Во всех оазисах бурным ходом шла подготовка к войне. Кузнецы ковали мечи и щиты выбивая руны по всей их поверхности.  Маги во главе с Кинором составляли боевые заклинание, шлифуя и оттачивая их до автоматизма. Мужчины и женщины безустанно тренировались, и даже дети принимали в этом участие.

Меж тем Кинор принялся изучать медальоны глав семей. Как оказалось они были привязаны к городам. И за пределами городов активировать их не получится. Заставить доргов напасть на оазисы  что бы там применить артефакты не представлялось никакой возможности, они стали очень осторожны и к городам не приближались, а потому надо было, во что бы то ни стало перенастроить артефакты. Создать подобный артефакт Кинор, конечно же никак ни мог, не хватало знаний и навыков по созданию артефактов, а вот изменить некоторые настройки это было ему под силу. Спустя два месяца, ему наконец повезло, он раскусил замысел автора и смог разобраться в коде. Отныне медальоны можно было активировать вне стен города.

Со всех городов были отобраны самые сильные и крупные мужчины и женщины. Пять тысяч бойцов стояли перед Кинором, предстояла большая работа. Используя помощь магов в подпитке энергией, Кинор занялся модифицированием их организмов. Трансформируя кожу, превращая в нечто подобное коже черного дракона, Кинор делал ее практически не пробиваемой для клыков и когтей доргов. Усиливал и укреплял кости, мышечные ткани и сухожилья позволяющие выдерживать давление и вес, и увеличивающие силу удара, скорость передвижения и возможность прыгать далеко и высоко. Изменил глаза, делая их способными видеть в темноте и слух способный уловить малейший звук на большом расстоянии. А еще он наделил бойцов  смертоносными когтями, в случае если они теряли оружие, смогли бы биться голыми руками. Их прозвали трансы.  Для Кинора это был бесценный опыт работы над органической материей.

Собирались разведданные со всего мира, о расположении и концентрации доргов о их передвижениях и количестве.

К концу четвертого месяца подготовок, судьба предоставила отличный подарок. Один из отрядов трансов, произведя пробную вылазку, изловили трех доргов. На них испытали новые заклинания и усовершенствованное оружие, а под конец отдали трансам на «поругание».

Лучшие преступные умы планировали операцию «смерть доргам» более полугода. Учитывалось все: география мира, погодные условия, расположение доргов, и силы кланов, количество воинов с каждой стороны, виды боевых заклинаний и их возможный урон. Нельзя было позволить доргам объединиться под общим руководством, надо бить пока они не сообразили, что к чему. Наступление планировалось начать по десяти направлениям, отрезая доргские семьи, друг от друга. Фактически каждый клан брал на себя свою часть работы по расчистке территории. Необходимо было оттеснить доргов к «большой воде», так местные называли свой океан, заблокировав кровососам возможность к отступлению. Им оставляли на выбор только один вариант - умереть. Пленных решили не брать. Хотя Кинор и был против этого. Но кто его будет слушать.  Под ружье готово было встать почти все взрослое население Шигназ-Лаанира – более миллиона человек, из них около двух тысяч боевых магов, хотя фактически настоящих профи, выпускников магических орденов   было не больше трети, остальные были самоучками. Талантливыми, но самоучками.

Все ждали лета, ее долгие дни и короткие ночи. Преимущество лета было еще и в том, что активность доргов в этот период года падала. Старожилы поговаривали, что бывало, за все лето не видели ни одного дорга. Скорее всего, летом они впадают в спячку или что-то вроде этого.  

За неделю до назначенного срока, строго руководствуясь заданному плану, по оазисам распределили  все ресурсы. Маги, воины трансы, заколдованное оружие, припасы и все остальное. В пространстве  Шигназ-Лаанира и так было полно активных сканирующих заклинаний,  перед началом боевых действий это количество было утроено.

Надежда на то, что дорги с приходом лета как предполагалось, впадут в состояние сна, не оправдалась. Более того, была замечена повышенная активность, их стало еще больше. Словно они знали о планах людей, и тоже наращивали силы.

Изучив последние разведданные, главнокомандующий Юнуус нахмурившись, о чем-то задумался, затем приняв какое-то решение, вызвал своего адъютанта.

- Сиаанар, ты хорошо проверяешь информацию, поступающую со сканеров?

- Да мессир, конечно.

- И что ты об этом думаешь, Сиаанар? – с интересом посмотрев на своего помощника, спросил главнокомандующий.

- У нас завелся «гномик», мессир, точнее не «гномик», а целый жирнющий «гном». Кто-то под нас копает для доргов. Дорги информированы, это однозначно. 

- И что же ты подлец такой, не поделился своими соображениями с начальством? – сдвинув брови к переносице, грозно спросил Юнуус. 

- Начальство умное, оно само обо всем давно догадалось. Наверное. – невозмутимо ответил помощник главнокомандующего. Чем вызвал у босса вспышку гнева.

- Ладно, тобой я займусь позже. Посылай весть главам, надо собраться. Кинора вызови тоже. Где он сейчас?

- «Зодчий», закладывает магические мины у большой воды. Вы уверены, что его стоит сейчас отвлекать?

- Уверен! Доставь его сюда. И не забудь созвать глав к завтрашнему вечеру. Иди.

- Хорошо мессир, будет сделано. Правда они будут в ярости, ведь неделя до атаки осталась, и они в самом разгаре подготовки. Но вам видней мессир.  

- Поговори у меня еще. Твое счастье, что отец твой был для меня, как брат, иначе давно повесил бы тебя на городской площади за наглость.

- Вот же мне повезло, - все так же невозмутимо ответил Сиаанар, и быстро вышел из комнаты, пока в него не полетела пивная кружка, за которую успел схватиться главнокомандующий.

Ближе к вечеру следующего дня в оазис Сорбон  через порталы стали прибывать главы семей. Последним пришел Кинор, весь в грязи и сажи с опаленными бровями и с подозрительными пятнами зеленого цвета на штанах и накидке. 

- Что случилось Сиаанар дружище? – спросил он, адъютанта который еще до прибытия его в оазис, сказал, что им есть о чем поговорить до заседания военного совета. Они встретились в одном из многочисленных подсобных помещений замка. – Почему мы тут? 

- Проблемы Кинор. Помнишь, что я тебе говорил месяц назад? Я говорил, что присутствует некая закономерность в передвижениях доргов и мест их концентрации.

- Конечно помню, я тогда специально создал три сотни сканеров которые имели узконаправленную задачу следить за теми зонами о которых ты говорил.

- И?

- И никакой особой активности. Дорги не изменили своих привычек.

- А то, что они уже как три месяца не охотятся, тебя не смущает? Они голодают Кинор. К чему это?

- Не знаю Сиаанар. Думаешь, они к чему-то готовятся? А это значит, что их информируют? – осенило мага.

- Даже не сомневаюсь. – адъютант был мрачнее тучи.

- Это плохо. Юнуус знает? – задумчиво спросил Кинор.  

- Только, что догадался. Странно, что та же картина наблюдается и в клане Виндо. Сорбон и Виндо как ты знаешь, ответственны за сбор и анализ разведданных. Конечно и другие семьи собирают данные но только у нас и Виндо может быть полная картина происходящего. И не у нас и не у них никто до сих пор не задергался. Но проблема как я считаю все-таки в Сорбоне, ведь изначально сканеры рапортуют нам, и лишь  после этого мы перенаправляем блоки с информацией Виндо для анализа. Понимаешь о чем я? – Шепотом сказал Сиаанар и пристально посмотрел на Кинора.

- Ты думаешь о том, о чем и я думаю? – ответив ему тем же пристальным взглядом, спросил Кинор. И получив утвердительный кивок головы в ответ, задумался.

Спустя минуту он накрыл их обоих непроницаемым куполом, который глушил любые вибрации и волны. А заодно выставил иллюзию, которая показывала вместо двух взрослых мужчин, две  старые табуретки.

- Сиаанар если ты прав в своих опасениях, то у нас огромные проблемы.

- Я знаю, и я не был до конца уверен, пока не увидел последние сводки. И потом не хотел спугнуть «гнома». А теперь я почти убежден на все сто процентов.

- И ты знаешь, что это значит?!

- Кинор, если мы не хотим проиграть войну, надо действовать, прям сейчас.

- А если мы ошибаемся Сиаанар?

- А если нет? Ты готов всем рискнуть?

- Пожалуй что нет.- согласился Кинор, и глубоко вздохнув изложил план действий - Вызывай трансов,  перекрой все входы и выходы. Полная блокада города. Только сделай это так, чтобы не бросалось в глаза. Да, еще свяжись с моей десяткой магов и скажи, чтобы срочно явились в Сорбон. 

- Согласен. Думаю, что стоит блокировать так же порталы и арестовать личную охрану глав семей. – добавил Сиаанар.

- Если ты считаешь это необходимым. Эх, Юнуус, Юнуус. Как же так?! – горестно вздохнул Кинор, - Ну все, за дело. – ударив по рукам мужчины разошлись предварять план по раскрытию заговора.

Зал совета представлял собой не большое помещение отделанное камнем с замысловатым узором природного происхождения, без окон  с одной единственной входной дверью. За круглым столом сидели одиннадцать мужчин сурового вида, главы преступных синдикатов. Отдельно располагалось кресло председателя совета он же главнокомандующий союзных войск, в котором сидел глава клана Сорбон, Юнуус. Кинор скромно стоял у стены облокотившись о дверной косяк. Адъютант главнокомандующего Сиаанар скрестив руки расположился за креслом председателя. 

- Приветствую вас, братья. – поприветствовал всех Юнуус. – Я знаю, что отвлекаю вас от важных дел, как-никак мы стоим на пороге войны с очень опасными тварями. Но дело, по которому я вас вызвал, требует срочного решения и вашего вмешательства.

- Ближе к делу Юнуус, - подал голос грузный мужчина с огромным уродливым шрамом, который пересекал все лицо ото лба и до подбородка, глава дома Бирьен. Он не имел имени, а точнее его настоящего имени никто не знал, и этим он очень гордился, все называли его Паук.  Шрам этот, он получил в стычке с доргами, того кто оставил ему этот подарок, Паук приволок в город на веревке словно дикого зверя и привязал к столбу на городской площади. Весь город собрался на площади встретить рассвет, вместе с дико орущим от боли объятым ярким пламенем доргом. – Мне еще подготовить, и отправит трансов на заставу надо.     

- Терпение Паук, терпение. Подождут твои трансы. Тут у нас проблема посерьезней – сказал Юнуус. И зная о скверном характере главы клана Бирьен, решил не обострять ситуацию. – В наши ряды затесался «гномик».

- Ты о чем Юнуус? – На этот раз встрял другой глава. – Что значит затесался? У нас полно гномов, отличные махинаторы и прирожденные контрабандисты. 

- «Гномик» коллега, «гномик». Значит глубоко подсаженный вражеский агент. Который сливает информацию о наших планах доргам. – в зале воцарилась гробовая тишина, главы переваривали полученную только что информацию. Все присутствующие на совете умели держать удар. И поэтому никакой суеты и внешнего проявления каких-либо чувств.

- И ты Юнуус, собрал нас тут чтобы…? – начал говорить аристократического вида глава дома Ринзор, давая возможность главнокомандующему закончит за него.

- Чтобы пересмотреть план наших действий. Потому что враг предупрежден. И знает все наши ходы.  – сказал Юнуус.

- Да ты в своем уме?! Мы полгода готовились. Через четыре дня начало операции. Как ты себе это представляешь? Даже гоп стоп должен быть хорошо спланирован. А тут захват мира и война с более сильным противником. Это не возможно. После четырех дней подготовки я даже не решился бы брать лавку слепого тролля.

- Это ты Азуур. Не надо говорить про всех. Клан Ипьен всегда был известен своей трусостью. Перестраховщики, черт бы вас побрал. Если есть четыре дня, значит это то, что есть. Начнем войну в любом случае.

- Следи за языком Диин. Начнешь войну в любом случае то в любом случае ее и проиграешь.

- Диин ты не прав, Азуур дело говорит. За такой срок нам не переиграть. Пойдем в слепую, сгинем. Кровососы очень сильны и потом истинные дорги не пальцем деланные, мозги у них есть. По разведданным, их число увеличилось как минимум в двое. – подал голос глава клана Виндо.

- И это ты только сейчас нам об этом говоришь? – ударив по столу огромным кулаком, рявкнул Паук.

- Не хотел тебя пугать, Паук. – ухмыльнувшись сказал глава Виндо, - И не стоит чужую мебель портить, успокойся.

- Не надо меня успокаивать Пааш. Я с детства не знаю, что такое страх. Это твой и Юнууса прокол. Вы ответственны за сбор и анализ разведданных. Как в воду глядел, что не стоит вам доверять. Из за вас погибнут много очень много людей. Я выхожу из совета к чертовой матери. И тот кто дружит с мозгами и кому не безразлична судьба его клана, поступит так же. 

- Дадим задний ход, свои же на ножи поднимут.

- Не поднимут если смысл отказа от войны это спасение их жизней.

- Ага, это ты хорошо сказал. Нам. А теперь иди и докажи это парням, что мол ты не смерти из-за нарушенного договора боишься, а за них беспокоишься.  

- Паук прав, все понеслось дракону под хвост, я тоже отказываюсь и выхожу из совета. На клан Ханши можете не рассчитывать.

Назревал раскол коалиции, Юнуус до сих пор молча наблюдавший за этим представлением, скосив глаза, посмотрел на Кинора и слегка тому кивнул. Кинор переглянулся с Сиаанаром, и пообщавшись с тем глазами, уверено вышел на середину зала.

- Молчать! – рявкнул молодой маг. – заставляя притихнуть  удивленных такой наглостью глав кланов. – Что это? Военный совет великих семей готовых начать самую важную битву в их жизни или сборище крикливых баб?! Вы все упустили главное. Среди вас «гном». Вас обскакали и поимели. Неужели никому не интересно, кто же этот наглец?   

- Конечно интересно. Только, что это нам даст? Кинор? Так, кажется тебя зовут?! – делая вид что не помнит имя героя Шигназ-Лаанира, сказал Азуур. – Среди нас, чужак именно ты. Может быть ты специально подослан владельцами сектора, чтобы всех нас угробить и отжать мир назад. И для убедительности убил пару сотен доргов, чтобы втереться к нам в доверие. От них ведь не убудет.  И пока я тебя не насадил на пику как жирного василиска, сбавь обороты и не забывай перед кем ты стоишь. Если есть дело, говори. Говори уважительно.

- Глава, пока я буду перед тобой кривляться, изображая глубокое почтение и соблюдать бандитский этикет, дорги возьмут ваши города приступом. И когда вернешься ты в свой оазис,  застанешь его в руинах. Мне продолжать или все-таки желаешь увидеть реверанс в моем исполнении? – насупившись Азуур промолчал, давая понять, что готов его выслушать.

- Ты знаешь что-то такое,  что не знаемы мы, «зодчий»? – угрюмо спросил Паук.

-  Я знаю много чего такого о чем ты даже не подозреваешь Лиисаана, - сказал Кинор повергнув того в изумление, назвав его по имени данное ему при рождении.

На самом деле, эту «страшную» тайну Кинору раскрыл Юнуус, а тому в свое время его босс Лумпьен. Тем самым он приковал к себе внимание Паука. Все притихли и стали ждать, что же такого знает послушник ордена свободных магов.  

- Около двух месяцев назад, я заметил некую закономерность в передвижениях доргов, в их необычном поведении и катастрофически быстром приросте живой силы. – и скосив глаза в сторону Юнууса и Сиаанара, продолжил,- Я выпустил добавочные сканеры не привязав их к центру сбора данных. Информация с этих сканеров уходила лично ко мне.  А потом сверял полученные данные с центра из Сорбона, анализ данных после обработки их у Виндо и моих личных сканеров. И вот что интересное я обнаружил. Они разнились и очень сильно. Виндо добросовестно обрабатывали то что получали от Сорбона и рассылали всем остальным, вот только информация выходящая из Сорбона была не достоверной. – главы угрюмо слушали не выказывая своего возмущения этим фактом, только вот их взгляды направленные в сторону Юнууса не сулили ничего хорошего. – И вот тогда я решил выяснить, откуда растут ноги. И начал копать. Позже получив неопровержимые доказательства, я тайно встретился с главой Юнуусом и выложил ему свои мысли по этому поводу. Почему я это сделал, спросите вы?! Почему не подозревал главу Сорбона в двойной игре?  Этому есть несколько причин. Во первых Юнуус был зачинателем этой войны, это была его идея, уничтожить доргов. Скажите, что это ничего не доказывает и будите правы. Таков мог быть план владельцев как и заметил глава Азуур, и Юнуус работает на другую сторону. Во вторых глава не занимался лично обработкой и систематизацией получаемой информации от более чем пятистах сканеров. И опять же это не доказательство. Он глава этого оазиса, это его город и его люди. Они сделают то, что он скажет, не задавая вопросов. В третьих если кто из вас знает о происходящем в ту ночь, в ночь смерти Лумпьена, то он знает о странном и могущественном госте. Юнуус был свидетелем их разговора и на его глазах умер глава Лумпьен, пусть принцы будут к нему милосердны. Тот человек миновал все защиты и охранные заклинания спокойно прошел в комнату наблюдения моментально усыпив всех кроме Юнууса и Лумпьена. С главой все понятно, но почему он оставил адъютанта быть свидетелем всего происходящего. По моему это очевидно. Он знал, что произойдет и Юнуус должен был заменить Лумпьена  став главой клана. Так неужели такой могущественный маг не знал, что будущий глава засланный владельцами агент, или того хуже дорг в обличие человека который чудом мог скрывать свою сущность?! Но и это не сто процентное доказательство скажите вы. И будите правы. Его могли подкупить и позже, или тот человек был не таким уже и могущественным. И тогда мне ничего не оставалось, как выявить врага физическим путем, а не умозаключениями. Я сделал ставку на то, что враг дорг. Знаю, похоже на бред, но кто на самом деле знает какими возможностями обладают истинные дорги?! – сделав паузу Кинор снова посмотрел в сторону Юнууса и его адъютанта. – Все знают что я разобрался в ваших рунах и то как они работают. И смог внести некоторые изменения в механизм их действия.  Я разбросал по всей  территории оазиса скрытые руны, которые не убивали дорга, а выявляли его, сигнализируя мне об этом. Я нашел «гнома», а точнее дорга внутри города клана Сорбон.- последние два предложения Кинор произнес, глядя прям в глаза Сиаанару.

После этих слов адъютант резко сорвался с места и бросился к выходу, но схватившись за ручку двери, с криком отдернул руку. Комната засветилась многочисленными рунами, которых не было видно ранее. Сиаанар застонав, упал на пол и его начала бить крупная дрожь. Главы вскочив в возбуждении и дали волю своим эмоциям, проклиная подлого дорга последними словами.

- И мы собрали вас здесь уважаемые главы, что бы совместными усилиями безотлагательно принять решения как мы будем действовать дальше. В наших руках истинный дорг который должен быть в курсе всех их планов. Руны помогут выбить всю информацию. Используя эту информацию, мы с легкостью подкорректируем этапы наших действий, немного изменив их, тем самым нарушим планы доргов, и лишим их преимущества.

- Кинор ты умен. Очень умен. – с трудом выдавливая из себя слова заговорил дорг. - Приклоняюсь перед твоим интеллектом. Но что ты можешь противопоставить мне, перворожденному вампиру, который уже пил человеческую кровь, когда вы еще ходили на четвереньках и жили в норах?! Да, нас всех почти истребили. И я заключил договор с людьми и получил этот мир на унизительных для вампиров условиях. Я ждал пока представится случай. И он представился. Я предвидел будущее и спланировал это за долго до того как ты тут появился и начал с того, что лишил главу Сорбона его наследника. А потом использовав медальон умер Лумпьен, развязав мне руки. Люди нарушили договор. Настоящий Сиаанар был совсем не вкусный – гадко ухмыльнулся дорг. - Так началась вторая фаза. Люди готовятся к войне, совершая ошибки одну за другой. Вы даже не представляете, что вас ждет.  Ты думаешь, что перехитрил старого вампира? Мальчик мой, ты такой наивный. Уже сейчас мои парни штурмуют ваши оазисы. Ты знаешь, что и у рун есть запас прочности. Я готовился к этому дню тысячу лет. Тысячу лет я копил армию. Сколько вы насчитали доргов до сих пор, сто, сто двадцать тысяч? А три миллиона не хочешь?! И я не собираюсь их экономить. Вырастим еще. Вы обречены люди. Мы сделаем из ваших городов фермы. И будем использовать вас как домашний скот, которым вы и являетесь. Мы укрепимся в этом мире, восстановим наши силы и наступит день, когда миры конгломерата будут трепетать лишь от одной мысли о доргах. – и он захохотал противным каркающим смехом, смехом победителя, заставив побледнеть от страха и ужаса тертых жизнью бандитов.

«В комнату ворвался один из сборщиков информации со сканеров, прокричав»: - Атака на все дома. Несметное количество доргов которое не поддается подсчету. Движутся по направлению городов. Первый на их пути будет дом клана Бирьен.  

- Выводи изображении в центр зала, - скомандовал Юнуус вскочив со своего кресла.

Следующее, что увидели присутствующие, повергло всех в шок.

Сотни тысяч вампиров волнами набрасывались на город. Сгорали в огне под воздействием рун и снова бросались на стены. И снова и снова. Пока о ужас руны переставали действовать.

-Юнуус срочно портал в мой город. Давай! – вскричал Паук

Отдав приказ главнокомандующий вызвал портальшика, который открыл портал во владения клана Бирьен, прям в зале. Паук сиганул в окно света и оказался на площади своего города, моментально взяв бразды правления в свои руки, стал отдавать приказы, первым, что он сделал, это бросил трансов на защиту стен.

Никакой магии, сила против силы, ловкость против ловкости, природные данные против модификации. Это было феерическое зрелище. Трансы рвали доргов на части, рубили мечами и сжигали их свежими рунами, которыми было испещрено их оружие. Теряя мечи, они бились голыми руками и зубами. Но погибали один за другим, не выдерживая натиска огромного количества доргов. Следующих в атаку Паук бросил простых воинов. Все с тем же заколдованным оружием. Подключись маги сжигая их огнем, сбивая летающими валунами, разрывая ураганным ветром и поливая кислотным дождем. Но и их было слишком много. Дорги прорвали оборону и ввалились в город. И тогда Паук проклиная их последними словами срывает медальон и крошит его в своей огромной руке. Секунды и ночь превращается в день, все заливает солнечным светом, сотни тысяч доргов сгорают алым пламенем. Глава клана Лиисаана про прозвищу Паук мертвым лежал на мостовой своего любимого города с умиротворенной улыбкой на лице.

- Буйя! Вскинув руки вверх, почтили память брата старые бандиты.

- Данные! – прокричал Юнуус. – Где дорги?

Изображение сменилось, показывая лесополосу, по которой неслись с огромной скоростью дорги, используя тень деревьев. И огибая опасную зону, большая часть устремилась по направлению других городов. А затем снова сменилось, показывая владения Бирьен. Часть доргов накрывшись плащами, бросились на беззащитный город. Увидев то, что творили дорги ворвавшись в город, мужи закричали от горя и ужаса.

Портал Юнуус! Портал в мой город! Отправь меня домой Юнуус! Брат Юнуус срочно обеспечь переход. Потребовали все главы.

Портальщик работал на пределе своих сил и возможностей, обеспечивая доставку вождей в свои города.

«Кинора мутило от увиденного, он пошатываясь подошел к лежащему на полу доргу, схватил того за плечи и взмолился»:- Останови это безумие, прошу тебя, остановись.

- Если бы ты понимал язык коров, то наверно слышал бы те же слова, что слышу я сейчас от тебя, перед тем как перерезать ей глотку. Я же тебе сказал Кинор, вы домашний скот. И участь ваша, быть пищей. Так чего же ты от меня ожидаешь? Милосердия? Вот это был бы номер. – и он снова захохотал, заставив юношу в ужасе отшатнуться.

И тут на Кинора, что-то нашло. Он прикоснулся к доргу и закрыв глаза посмотрел на него магическим зрением, проникая все глубже и глубже. В самые глубины его естества. Познавая сущность вампира, его память от самого рождения и до этого момента, его душу. Его звали Зилгун. Это было очень древнее существо. Злобное не по натуре, а в силу обстоятельств, оно просто хотело есть. Вечный голод, который ничем нельзя было погасить, было его проклятьем. Оно жило инстинктами – ешь, иначе съедят тебя, плодись, а то останешься совсем один, убей врага, а то убьют тебя. Ни капли лишней ненужной жестокости. Животное с разумом человека. Кинор видел как Зилгун невидимыми нитями  был связан со всеми живыми доргами. Он почувствовал всех и каждого. Чувствовал жажду крови и ее металлический привкус на губах, боль от руны которая выжигала душу вампира, не оставляя возможности к перерождению. Очень жестокое заклинание. Кинор возненавидел того мага кто составил эти руны. Он чувствовал безграничную любовь доверие к своему родоначальнику великому Зилгуну. Ради него они готовы были пойти на все. Включая последнюю смерть. Кинор осторожно ухватился за узел, в котором собирались миллионы нитей и почувствовал сопротивление, дорг отчаянно боролся за свою свободу и за свой народ за свою мечту. Но молодой маг был сильнее. Когда на карту поставлены жизни твоего вида, то жизни другого отходили на второй план. Кинор был сильнее потому что не мог допустить повторения судьбы Бирьена. По крайней мере, он спасет доргов от ужасной смерти от рун. Он подарит им милосердную смерть и освободит их души. Взяв под контроль нити, и полностью овладев системой связи Зилгуна со своими детьми, он приказал им остановить атаку на города и всем собраться на плато Дистан, что находилось на северо-западе. И приказал там его дожидаться. Ничего не подозревающие дорги, прекратили наступление и поменяв направление потянулись к указанному плато. Зилгун отчаянно боролся пытаясь перехватить нити но ни мог это сделать. Потому, что забыл главное правило. Что и корова может забодать на смерть, если ее как следует напугать. Собравшись на плато дорги, принялись ждать. Неумолимо приближался рассвет. Но их это не беспокоило. Их отец сказал быть здесь и ждать его прибытия, а это значит, что ничего страшного произойти не сможет. Кинор слышал их мысли, всех их. И они не отличались от мыслей обычного человека. Просто так получилось, что в одном мире  не могли ужиться два народа, как оно часто и бывает. С первыми лучами солнца, дорги как и положено стали вспыхивать и сгорать. Но не все сразу, а со скоростью с каким всходило солнце. Видя, как умирает в пламени собратья, другие не спешили скрыться, потому что отец сказал ждать и они ждали пока все до единого не сгорели, оставив после себя лишь прах. Кинор чувствовал себя негодяем.

Отстранившись от Зилгун освобождая его сущность от оков, он увидел как тот рыдает. Первый раз за невероятно долгую жизнь, древний вампир зарыдал. Плачущий вампир это зрелище не для слабонервных. – Только не так. Только не так. Только не так. – повторял он одну и ту же фразу. Ты страшный человек маг. У тебя нет ни сердца ни души. Это я монстр? Это ты монстр. Зачем же так. Только не так, только не так.

Кинор понял, что с Зилгуном покончено. После происшедшего он никогда ни станет прежним. Он освободил вампира от оков рун и дал ему уйти.

Сев на пол где только что лежал Зилгун, Кинор устало прикрыл глаза и просто заснул. Он видел доргов, которые смиренно стояли объятые пламенем, устремив взоры на восток, откуда должен был прийти их отец. Кинор многое отдал бы, что бы это был бы сон, но это был не сон. Это были воспоминания, которые будут преследовать его до последней минут его жизни.

Проснувшись он обнаружил себя в просторной кровати. Куда его уложили, позаботившись предварительно снять с него грязную одежду. Он чувствовал себя совершенно разбитым. Потом он вновь заснул. Остаточный эффект от слияния сущностей долго не давал ему прийти в себя. Он просыпался с криком думая, что он старый вампир, но придя в себя снова засыпал. Шесть долгих дней и ночей Кинор страдал раздвоением личности, пока наконец полностью не избавился от старого дорга в своей голове. Он был обессилен как душевно так и физически. Еле держась на ногах, он оделся в чистые одежды, которые аккуратно были сложены на стуле у изголовья его кровати. И вышел из комнаты.

- Господин, вам нельзя вставать, вы еще очень ослаблены, - запричитал подскочивший к нему мальчишка лет двенадцати.

- Все нормально малыш, веди меня к Юнуусу, - сказал он пацану так, будто ему самому было не шестнадцать  с лишним лет, а лет сто как минимум.

Мальчик еще попробовал убедить Кинора в том что ему надо вернуться в постель досматривать ненавистные сны. Но ему это так и не удалось.

Пока они шли в приемный зал, все кто встречался им по дороге, низко кланялись Кинору, тихо приветствуя его.  Войдя в зал он увидел Юнууса. Тот поднялся со своего кресла и подошел к нему, все присутствующие в зале так же поклонились ему. А среди них были серьезные люди, авторитеты разных мастей, которые никогда сгибали спины ни перед кем. Приветствуя Кинора, они вышли из зала, оставив главу наедине с ним.

- Что происходит Юнуус? Я что стал местным божеством? – спросил Кинор хриплым голосом.

- Что такое божество, так, мелочь. Ты стал их братом, перед которым они будут находиться вечно в неоплатном долгу.

- Я этого не хочу Юнуус.

- Я знаю друг. Просто ты должен понять. Ты ничего не сможешь с этим поделать. Если они не выплатят свой долг при их и твоей жизни, то передадут долг по эстафете дальше своим детям, а те своим и так далее. Пока когда-нибудь их потомки не выплатят долг твоим потомкам. Понимаешь о чем?!  Это называется святая ясса. Этому обычаю тысячи лет, один раз за всю историю все братство без исключения дали клятву святой яссе. И ты должен это уважать. Ты как себя чувствуешь?

- Да не очень.- пожаловался Кинор. В голове все еще не порядок. Тело - словно дорги тебя пожевали да и выбросили. Ну, а в целом все нормально.

- Ты хоть помнишь что сделал?

- Не напоминай мне то, что я стремлюсь забыть.

- Я тебя понимаю, и поверь, многие тебя понимают. Очень не хорошая смерть. Но утешься тем, что своим поступком ты спас более миллиона жизней. Это того стоит. Врага несомненно надо уважать, если он заслуживает твоего уважения, но в конечно итоге когда предстоит сделать выбор ты или он. То ты выбираешь себя и совершенно не важно, как падет твой враг. Но все мы люди и многие тебе сочувствуют, ибо думают, что понимают, что ты сейчас переживаешь.

- Ладно, Юнуус. Все это не важно. Задержался я у вас однако, мне пора в путь.

- Я знал, что ты это скажешь и приказал все приготовить.

- Спасибо Юнуус. Если ты не против я уйду, прям отсюда. Ни хочу, ни с кем прощаться и все такое.

- Конечно, какие проблемы?! 

Сборы не заняли много времени, и не смотря на то, что Кинор все еще не важно себя чувствовал он хотел как можно быстрей покинуть этот мир. Стоя у порога портала открытого в мир где жил Аглай Бильморро и куда Кинор добирался почти целый год, он вдруг подумал, а ведь все его мытарства не были делом случая. Чья та воля вела его. И он дал себе слово узнать, чья же эта была воля и почему кто-то ведет его и главное куда.

- Дай мне обнять тебя брат, - сказал Юнуус и заключил Кинора в крепкие объятья. – Прошу принять прощальный дар от меня лично. – и сняв с пальца простое  кольцо из железа да еще грубой работы, протянул его Кинору. Если на твоем пути встретятся лихие люди, покажи кольцо и тебя пальцем никто не тронет. Если тебе когда-нибудь понадобится помощь братства, неважно в каком мире ты окажешься, покажи кольцо, и ты получишь любую помощь. И помни друг мой о святой яссе.  

Кивну головой, Кинор принял кольцо с рук Юнууса и одел его на безымянный палец. Забросив котомку на плечо, он шагнул в портал, перевернув очередную страницу своей истории жизни.

                       

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
56 минут назад, Туранчекс сказал:

Ребята , кто то читает вообще? А то я тут выкладываю, выкладываю. Забиваю место на сервере. А может зря.

 

 

 

Места хватит на сервере ,пиши:flower:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
57 минут назад, Туранчекс сказал:

А может зря.

Да не не зря,увлекательно ,жду новое чтоб почитать пока еду на работу как серию в интересном сериале:Laie_100:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
1 минуту назад, зольдат сказал:

Да не не зря,увлекательно ,жду новое чтоб почитать пока еду на работу как серию в интересном сериале:Laie_100:

Хорошо тогда специально для тебя  бро. закину внепланово еще одну главу. 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Глава седьмая.

 

Кинор не верил тому, что наконец он достиг цели своего путешествия. Рогнир приветствовал его проливным дождем и порывами сильного ветра. Он поежился от холода потому, что в спешке покидая Шигназ-Лаанир, он не побеспокоился о теплой одежде, на всякий  случай. Но это его мало беспокоило, он в мире Аглая Бильморро и скоро он того увидит и начнет пить из колодца его мудрости. Запахнувшись по плотней в накидку, и накинув капюшон на голову, он  попытался понять в какую сторону ему надо идти.

Только официальные порталы гильдии открывались, прям в городе, а «дикие» порталы могли выбросить путешественника где угодно. Вот так и на этот раз. Портальщик главы кланы Юнууса открыл ему проход в какую-то долину, черт знает как далеко от населенных пунктов. Спасибо, что в открытом море не выбросило. Кинор выпусти пару сканеров и стал ждать. Через короткое время он почувствовал, как управление  над его сканерами кто-то перехватил.

«Ну что опять?!» - с досадой подумал Кинор. – «Это начинало уже злить. Это было похоже на бег в препятствиями. Неужели нельзя спокойно дойти до своего учителя не ввязываясь, каждый раз в какую-нибудь  авантюру?! На этот раз никаких спасательных акций, никаких войн и прочее. Он просто проигнорирует этот факт и просто пойдет вперед. Куда-нибудь да придет. А если кто то и перехватил сканеры так и бес с ним или с ними.»

Кинор со злостью пнул ни в чем не повинный камень, и уверено пошел на север. Дойдя до конца долины он уперся в довольно высокую скалистую гряду и не останавливаясь начал восхождение. Уже на полпути к вершине он почувствовал магию. Ее запах шел с той стороны гряды. На мгновение мелькнула мысль – может стоить повернуть назад, а то ведь неизвестно, что тебя там ждет. Но отметнув  эту идею как несостоятельную, Кинор пыхтя, полез дальше. Он благоразумно решил пока не пользоваться магией. Потому как наличие магов поблизости было неоспоримым фактом, и поэтому он не хотел себя обнаружить раньше времени.

Вскарабкавшись на вершину, Кинору открылась пасторальная картина: За грядой раскинулась еще одна долина намного больше той, которая с другой стороны, она была заключена в кольцо скал опоясывающие это плато. И в центре долины стояла крепость, а вернее форпост со стенами по обеим сторонам крепости, уходящие в скалы перекрывая проход. У стен форпоста раскинулся армейский лагерь. Крепость штурмовали. По воле случая Кинор оказался с внутренней стороны стены. Со стороны, в которую стремились пробиться нападавшие.

Кинор невольно залюбовался происходящим. Заключенные в серебряные доспехи высокие воины под защитой силовых куполов выставленные их магами которые были одеты в плащи того же серебреного цвета, пытались вскарабкаться на стены с помощью лестниц или веревок. Нападавшие систематически обстреливали стены огненными шарами срывающиеся с рук отдельно стоящей группы магов.  Другой отряд магов срывал огромные куски скал и пускал их по тем же многострадальным стенам форпоста. Обычные стены давно бы рухнули  под таким натиском, но защитники крепости видимо тоже были не из слабого десятка. Заколдованные стены отражали огонь и камни, издавая глухой звук, вспыхивая ярко синим сиянием волнами расходившиеся от центра удара в стороны.

Находясь на вершине Кинор, видел все, что происходило с внутренней стороны крепости.  Защитников было на порядок меньше нападавших, и они держали оборону, ибо восполняли количество качеством. Эти же были одеты в форму другого цвета, зеленого. Кинор для себя окрестил одних «серебряные» других «зеленые». Зеленые маги были более сильными и умелыми. По крайней мере, так показалось Кинору. Пятеро «зеленых» магов зависнув в воздухе высоко в небе, выпускали из своих рук молнии, поражали воинов, сбивая их со стен, попутно разрывая силовые купола предназначенные защищать именно от этого. Два других мага творили заклинания из разряда стихии земли, стоя на коленях, они с силой ударяли руками по земле.  Ударная волна уходила по направлению лагеря, взрываясь там фонтаном камней и щебня, шрапнелью разлетаясь в стороны убивая тех, кто не успел спрятаться за купол или щит. Что самое интересно простых воинов на стенах видно не было. По всей видимости, защиту крепости обеспечивал отряд, состоящий из одних магов.

Засмотревшись на защитников и их работу, Кинор чуть не пропустил, шальную молнию, которая была пущена одним  из «серебряным» целившегося в «зеленого» мага, но отскочив от призрачного щита, она ушла дальше по направлению гор. Кинор понял, что эта была не простая молния, она была самонаводящаяся. И вот отраженный магом заряд энергии, уйдя далеко от своей цели, нашел новую в лице Кинора, единственный теплокровный объект среди холодных скал. Он чудом успел защититься камнем, взметнув тот верх. Используя булыжник, как щит, он выставил его на пути следования молнии, которая благополучно в него и врезалась, молния взорвалась с громким хлопком и яркой вспышкой, разметав осколки .

Всплеск и волна магической энергии, пришедшая  с тыла, где никого не должно было быть, разом привлекло внимание всех «зеленых» магов.  Удивленно взирая на Кинора они не знали как поступить, то ли это прорыв  с тыла и надо как то по новому распределить силы и приготовится защищаться с двух сторон, то ли не стоит предавать этому значение, по крайней мере, на данном этапе и сконцентрироваться на уже штурмовавших цитадель парнях. Кинор понял, что своим тут присутствием он вносил сумятицу, дезориентируя, путая и пугая «зеленых», заставляя их менять из-за него свою расстановку и план обороны крепости. А ведь магический бой не терпел не уверенности и долгих решений. Тот, кто забуксует первым, тот и проиграл. А Кинор не хотел быть причиной того, чтобы непонятно кто смог прорвать оборону крепости, хоть значение которой ему и не была ясна.

Он резко вскинул руки вверх показывая, что не с обирается с ними воевать.

Не участвующий в баталии маг, вероятней всего командир цитадели прокричал, что-то одному из магов и тот, взлетев в воздух, полетел в направлении Кинора.

- Кар диос минос! – грозно крикнул он, вскинув руки в сторону Кинора, с которых стекал жидкий огонь, готовый в любую минуту сорваться с этих рук и устремится на не прошенного гостя, превращая того в обугленный кусок мяса.         

- Не понимаю. Общий. – Быстро ответил молодой маг, понимая, что с человеком разгоряченным боем, шутить не стоит.

- Кто ты есть? И как сюда оказался? – быстро перейдя на общий язык  и немного его, коверкая, спросил тот.

- Я маг ордена свободных магов. Пришел в этот мир из мира Шигназ-Лаанир. Ищу своего учителя Аглая Бильморро. – ответил Кинор.

- Я спрашивать, как ты оказался с этой сторон стенка? Отвечай! – теряя терпение прокричал маг. Его руки тряслись от напряжения. И он был готов среагировать на провокацию, в любой момент.

- Успокойся маг. Я вам не враг. Меня выбросило в долине, что по ту сторону гряды. А потом я полез на скалы и вот я тут. Я не знаю, что тут у вас происходит и мне по большому счету плевать. Убивать меня нет никакой необходимости. Да и вообще лучше не пытаться, а то ведь неизвестно чем все может закончиться.  Для тебя. – На всякий случай предостерег его Кинор. – Веди меня лучше к своему командиру, я не плохой маг, может быть еще помогу.     

Зленный» немного опустив руки и взвесив все за и против, решил отвести странного парня в крепость, пусть с ним Забшадан разбирается.

«Махнув рукой, он жестом приказал следовать за ним и отлетев от Кинора, сказал»:- Летать вперед, я следовать за тобой.

Кинор не владел искусством левитации. Он мог, конечно, перенести себя по воздуху используя магию воздуха, но этот маг явно стихию не использовал.

Обратившись к «воздуху», Кинор вызвал сильный поток воздуха и заключив его  в оковы сконцентрировал  в виде облака. Забравшись на импровизированное облако, поплыл над пропастью, балансируя, чтобы не упасть.

«Надо больше практиковаться с воздухом»- подумал Кинор, с содроганием посмотрев вниз.      

Управляющий форпостом, Забшадан третий, был очень хорошим магом и командиром, но имел скверный характер и дурную привычку общаться криком. Он постоянно орал, по поводу и без, и даже простую просьбу - подать кубок вина, он должен был прокричать в лицо подчиненному. Именно из-за этой привычке руководство ордена, его, талантливого и подающего большие надежды мага,  сослало в эту дыру. Где царила полная безнадега, и застой. «Сонное царство» - это было негласное название форпоста. Периодически конечно происходили стычки вроде этой, но это было так, что-то вроде утреней гимнастики. Без вот таких вот замесов, жизнь в «сонном царстве была бы совершенно невыносима.

- ПОЧЕМУ НЕДОНОСКИ ГИНЖАНА ВСЕ ЕЩЕ ЛЕЗУТ НА МОИ СТЕНЫ? А НУ БЫСТРО СНЯЛИ ТЕХ МАГОВ, ЧТО СЖУГ ЗАПАДНУЮ ЧАСТЬ СТЕНЫ. ВЫ ЧТО СЛЕПЫЕ ЧТО ЛИ? ОНИ ЖЕ ПОДКАТИЛИ КАТАПУЛЬТЫ ЧЕЙЧАС В НАС ПОЛЕТЯТ КАКОЕ-НЕБУДЬ АЛХИМИЧЕСКОЕ ДЕРЬМО. ПОТОМ СТЕНЫ ОТМЫВАТЬ ПРИДЕТСЯ. РАЗБЕРИТЕСЬ С ЭТИМ. И РАДИ ВСЕХ БОГОВ РОГНИРА, КТО-НЕБУДЬ ПРИНЕСИТЕ МНЕ ВИНА?!  - ОРАЛ БЛАГИМ МАТОМ КОМАНДИР ЦИТАДЕЛИ.

- Босс, достать чувака, с гряды. Приводить командира? – доложил Зашадану один из его магов, протягивая кружку с вином.

- И ЧЕГО ТЫ СТОИШЬ, СМОТРИШЬ НА МЕНЯ, КАК ЭЛЕМЕНТАЛ НА НОВЫЕ ДВЕРИ?! ВЕДИ ЕГО КО МНЕ. И ДЕМОН ВАС ЗАДЕРИ, ВЫУЧИТЕ УЖЕ ОБЩИЙ, БЕСТОЛОЧИ. – Выхватив кружку проорал Забшадан магу прям в ухо, вынося тому барабанные перепонки.

Уже из далека, Кинор заприметил человека, который на всех орал, перекрикивая завывания летящих снарядов, и гул от взрывов огненных шаров.  Поняв, что он и есть тут главный, приготовился к не легкой беседе.

- КТО ТАКОЙ? ЛАЗУЧИК? КАК ТЫ МИНОВАЛ ОХРАННЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ И ОКАЗАЛСЯ ЗА НАШИМИ СПИНАМИ. И НЕ СМЕЙ ДАЖЕ ДУМАТЬ ЗАГОВОРИТЬ СО МНОЙ НА КАКОМ-НЕБУДЬ ИЗ ЭТИХ ПРОКЛЯТЫХ ВАРВАРСКИЙ НАРЕЧИЙ. – зависая над Кинором прокричал он.

- И не думал, уважаемый. Я хоть и знаю несколько языков, но предпочитаю говорить исключительно на общем. Меня зовут  Кинор. Я маг послушник ордена свободных магов с горы Кендо, что в Хилоне. Я пришел в Рогнир в поисках мага, Аглая Бильморро у которого я должен продолжить свое обучение. И оказался я за вашими спинами следующим образом: портал выкинул меня в долине, что по ту сторону гряды, и я ее пересек, дойдя до скал, а потом, взобравшись наверх, оказался там, где оказался. Вот и вся история. Я вообще не имею никакого понятия, что тут происходит, кто против кого и почему. Да мне и плевать если честно. Мне бы до учителя своего добраться. Но если вдруг вам необходима помощь, что ж, готов поучаствовать. – на всякий случай предложил он. Хотя и очень этого не хотел.

- СКЛАДНО ПОЕШЬ МЕРЗАВЕЦ. И Я ДОЛЖЕН ВО ВСЕ ЭТО ПОВЕРИТЬ?                 

- Нет, не должны. Верить не надо. Проверьте. Пошлите своих людей в долину, там должен быть след от портала. – невозмутимо ответил Кинор.

- ЗА ДУРАКА МЕНЯ ДЕРЖИШЬ? ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ Я ОСЛАБИЛ ОБОРОНУ КРЕПОСТИ, СНЯВ С ЗАЩИТЫ НЕСКОЛЬКО МАГОВ, ЧТОБЫ ИДИ ПРОВЕРЯТЬ НЕСУЩЕСТВУЮЩЕЮ ХРЕНЬ? А ТЕМ ВРЕМЕНЕМ ГИНЖАНЦЫ ИСПОЛЬЗУЮТ ПРЕИМУЩЕСТВО И ПОЙДУТ В КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ. Я ТЕБЯ СЕЙЧАС ПО ЗАКОНУ ВОЕННОГО ВРЕМЕНИ  СОЖГУ, А ТВОИМ ПРАХОМ УДОБРЮ ГРЯДКУ С ПОМИДОРАМИ, КОТОРЫЕ РАСТУТ НА ЗАДНЕМ ДВОРЕ ФОРПОСТА. - прогрохотал Забшадан сильнее обычного.  

- Ну хорошо. Как мне доказать, что я не на стороне этих ваших гинжанцев или гинжанов, не важно?

- УБЕЙ С ДЕСЯТОК ЭТИХ ВАРВАРОВ, ДОКАЖИ ЧТО ТЫ НЕ С НИМИ ЗА ОДНО, И ТЫ СТАНЕШЬ ДОРОГИМ ГОСТЕМ В МОЕМ ЗАМКЕ. А НЕТ. ЗАГЛЯНИ ЗА УГОЛ И ПОСМОТРИ НА МОЙ ОГОРОД, ПОТОМУ ЧТО ТЫ СТАНЕШЬ ЕГО ЧАСТЬЮ. ЯСНО ТЕБЕ?

- Куда уж яснее. Но уважаемый коллега. Идеология моего ордена запрещает лишать жизни кого бы то не было. Только при прямой угрозе жизни можно отвечать насилием на насилие. – соврал Кинор. Он определенно не собирался никого убивать. Да еще для того, что бы потешить этого сумасброда. Это не его война. Он достаточно натворил на Шигназ-Лаанире. Там он отправил к принцам несколько миллионов доргов. Этого должно хватить на несколько жизней. И повторять подобное он не собирался.

- НУ ЧТО ЖЕ, ТОГДА ТЫ НЕ ОСТАВИЛ МНЕ ВЫБОРА. ПОМИДОРЫ ЖДЕТ СЕГОДНЯ ПИР, ДУМАЮ И НА ОГУРЦЫ ТЕБЯ ХВАТИТ. – прищурившись оценивая посмотрел на Кинора командир форпоста.

- Ладно, ладно. – подняв руки вверх быстро произнес Кинор, - Давайте не будет принимать скоропостижных решений, о которых потом оба будем сожалеть. Я согласен помочь нейтрализовать ваших врагов. – сказал Кинор, а сам уже начал составлять в голове план, как можно будет эффективней всего постараться вырубить и захватить в плен воинов Гинжана. Было ли это имя короля или вождя штурмующих стены цитадели ребят или так называлась страна, откуда они пришли, Кинор не знал. Но кто бы они ни были, убивать их он однозначно не будет, а вот попробовать повторить фокус гномов Дигнеи, которые провернули в своем представительстве на Неросте, моментально усыпив всех в здании, было бы не плохо.

Тут конечно есть несколько но. Первое - Кинор не знал формулы усыпляющего газа, а если бы знал, появляется второе – в его случае это открытая местность, а не почти герметичное помещение. Так что надо будет подумать, и взглянув на бешеного мага понял, что времени у него ни так много.       

- НУ? ЧЕГО ЖДЕШЬ? ПОКА ЗОМБ ЧЕРЕЗ СВОЮ ГНИЛУЮ ЗАДНИЦУ КОЛЫБЕЛЬНУЮ ТЕБЕ ПРОСВЕСТИТ? ИДИ НА СТЕНЫ.

- Со всем уважением, мы так не работаем. Мне время нужно подготовиться. – зло ответил Кинор. Если поначалу крикливый маг ему был интересен, то теперь он его определенно раздражал.

- ЛАДНО. ВРЕМЕНИ ТЕБЕ ДАЮ ДО ВЕЧЕРА. А ПОТОМ ИЛИ ДЕСЯТЬ ТРУПОВ ИЛИ УДОБРЕНИЕ. НА ТВОЙ ВЫБОР. – относительно спокойно но все таки криком сказал Забшадан, и пошел к воротам у которых копошились два мага, готовя какой то сюрприз нападавшим.

«Что же можно придумать?!» - подумал Кинор.

Послушник ордена свободных магов, лихорадочно перебирал в уме все возможные варианты. Алхимия отпадает. Он ей практически не владеет. Магия по большому счету тоже бессильна, потому, что там за стеной тоже не пальцем деланные сидят. Он думал и думал, а потом снова думал, пока в дальнем уголке его мозга не забрезжила одна мысль, а точнее идея, в эффективности которой он был совершенно не уверен. Быстро вскочив на ноги, он побежал к Забшадану.

- Пленные гинжане есть? – ворвавшись в сторожку, где обитал командир базы, прокричал Кинор.

- С КАКОЙ ЦЕЛЬЮ ИНТЕРЕСУЕШСЯ? – скосив на него глаза, спросил, а точнее прокричал Забшадан.

- Надо для моего заклинания. И еще вопрос. Вы и гинжане один народ?

- ЕЩЕ ЧЕГО НЕ ХВАТАЛО. КОНЕЧНО МЫ РАЗНЫЕ НАРОДЫ. ЧТО ЗА ГЛУПЫЙ ВОПРОС. – оскорбился командир.

- Так как насчет пленного? – повторил свою просьбу Кинор.

- ЕСТЬ ОДИН. НО ОН МНЕ НУЖЕН ЖИВЫМ. ДЛЯ ОБМЕНА. ШИШКА ОН У НИХ.

- Нет проблем, я не собираюсь его убивать. Мне нужно немного его крови. 

- ВИЗМАНЗУН, ПОДИ СЮДА, - проорал он в окно сторожки, вызывая кого то с именем больше похожее на кличку домашнего питомца.

В сторожку забежал маленького роста, плешивый горбун, всем своим видом говоря, что его зовут именно Визманзун.

- Да, мой командир. Что изволите? – спросил он писклявым голосом, заставив Забшадана, поморщится.

- ТЫ ЭТО, ОТВЕДИ, ВОТ ЭТОГО ШНЫРЯ В КАЗЕМАТЫ К ПЛЕННИКУ. СМОТРИ, ЧТОБЫ ОН НЕ УЧУДИЛ ЧЕГО.

- Будет сделано, командир. – Подобострастно поклонившись, заверил Забшадана горбун. 

- Сразу предупреждаю, мне нужна его кровь. Немного.  – решил внести ясность Кинор. И получив утвердительный кивок, пошел за Визманзуном. 

Говоря о казематах, командир крепости имел ввиду, старый сарай который держался чисто на магии. Да и вообще, общее убранство форпоста говорило о крайне скудном бюджете и незаинтересованностью властей судьбами служивших тут магов. Кинор так и не узнал, что именно охраняла крепость, и зачем Гинжан с завидным постоянством пытался ее взять. И он решил спросить об этом горбуна, правда не очень надеясь на вразумительный ответ. 

- Скажи мне, уважаемый Визманзун. Зачем форпост стоит в этом месте? Ведь за ним скалы, а за скалами долина и как я понимаю больше ничего. И кто такой Гинжан и почему он пытается проникнуть за стены вашей крепости.   

«Горбун приостановился и внимательно посмотрел на Кинора, а затем, улыбнувшись, ответил на вопрос»:-  А ты до сих пор не понял молодой господин?! Ну что же я расскажу, все до смешного просто. Ты прав, за стенами нашей крепости нет ничего ценного, ради чего стоило бы проливать кровь. Тогда зачем мы тут?! Так вот слушай. Давным-давно тут был полигон предназначенный для тренировок солдат, чуть позже построили эту крепость, где ты сейчас и находишься. А еще позже достроили стены, и все это как ты понимаешь, использовалось для натаскивания воинов короля Азамата на штурм и захват крепостей. Все, что ты видишь это тренировочный центр. Он был им тогда и остается им, по сей день. Тогда, что же здесь происходит, спросит молодой господин. Король Азамат умер, его сын оказался слабым и недальновидным. Его сместили, и монархия на Рогнире была упразднена, власть перешла к магическому ордену. Орден, недолго думая продолжил славную традицию использовать это место для тренировок, но уже своих боевых магов. – Улыбаясь, рассказывал Визманзун.

- А Гинжан кто такой? – напомнил ему Кинор свой вопрос.

- Ни кто, а что. Гинжан, это место такое. Скажем так, другое королевство. Которое образовалось следующим образом: после смещения сына Азамата, его кузен Сидрис нашел поддержку у знати, по крайней мере у некоторой ее части, и образовал свое королевство на территории под названием Гинжан. Империя Гинжан! – И горбун громко расхохотался. Отсмеявшись, он продолжил - Оно просуществовало совсем не долго. Сидрис был убит, его отравили, видимо свои же. Орден использовал возможность и не гласно захватил там власть, но под видом другого магического ордена, слепленного на скорую руку. И так вот повелось, два ордена под одним руководством, оба использовали этот полигон для тренировок. Позже, чтобы повысить эффективность подготовки магов был инсценирован конфликт и уже две страны два ордена сцепились друг против друга не на жизнь, а на смерть за владение этим тренажером. И вот периодически «сонным царством» завладевают то Гинжан, то Пирея. А обычные солдаты и маги свято веря в важность своей миссии, продолжают шинковать друг дружку. Разделяй и властвуй, идеальная комбинация. – Закончив экскурс в историю Рогнира, Визманзун все так же улыбаясь, взглянул на Кинора.

«Кинора словно обухом по голове ударило. Он остановился и с сомнением  посмотрел на рассказчика»:- Но если все так оно и было. Тогда  почему обе стороны так ненавидят друг друга?

- Ну, трудно сказать. Может потому, что истинную причину этих стычек уже никто кроме верхушки ордена не знает и не помнит. Да и потом, кто тебе рассказал о ненависти? Может и нет ее вовсе. А мальчики просто собрались поиграть в войну. – сказал Визманзун и зашелся изнурительным смехом.

«Да не может такого быть. Чушь какая-та. Этот горбун, явно водит меня за нос, рассказывая небылицы». – подумал Кинор, а в слух сказал, - А как же Забшадан? Его ненависть к Гинжану видна не вооруженным глазом.

- О чем ты говоришь молодой господин?! Его жена гинжанка, и дети имеют подданство Гинжана. Это все игра. Да и вообще он очень зол на своих командоров, сам должен понимать почему. Его из известного рода, талантливого и подающего большие надежды мага, сослали в эту песочницу. Потому, что разговаривая, он орет как осел? Нет! Его просто аккуратно убрали, освобождая место другому. Вот и вся сказка. Ну ладно, хватит разговоров, мы пришли. – Сказал он открывая большим ключом амбарный замок. – Давай по быстрому. Зашел, набрал его крови в этот бокал и вышел. У меня дел еще полно.              

Кинор решил не слишком задумываться о политических играх, которые велись на Рогнире. Ему надо просто отсюда выбраться, желательно при этом попытаться никого не отправить на пир к принцам. Зайдя в темное помещение, он на мгновение ослеп. Потом глаза привыкли, и он увидел совсем молодого юношу его лет. Выглядел тот совсем не хорошо, ясно было, что за ним не очень уж и ухаживали. Оголодавший грязный и запуганный мальчик при появлении Кинора от страха забился в угол. Что говорило о том, что редкие гости заходили не только чтобы проверить его самочувствие, но и почесать об него кулаки. Кинора это страшно разозлило. Если все что рассказал горбун, правда, то смысла измываться над пленником вообще не было. А это уже подло и бесчестно.

- Не бойся меня мальчик, - сказал Кинор, медленно подходя к нему. – Как тебя звать?

- Минор, - спустя некоторое время, ответил тот хриплым голосом.

- А меня Кинор. Смотри, как звучит, Кинор – Минор. Весело, правда? Мы могли бы быть друзьями или даже братьями. «Зодчий» с одной стороны пытался успокоить юношу, что бы адреналин ни испортил чистоту образца его крови.  С другой стороны он действительно хотел, что бы тот, его не боялся. – Я тоже пленник как и ты. Только ты вот все еще живой, а меня Забшадан к вечеру грозился сжечь…

- И превратить в удобрения. – закончил за него пацан.

- Ага, все верно. А у меня важное дело тут у вас на Рогнире. И мне никак нельзя становится удобрением. – подмигивая ему сказал Кинор.

- С тобой все нормально? Почему ты разговариваешь со мной как с умалишенным или как с ребенком? Я между прочем, военнопленный, захваченный в ходе сбора разведданных.   

- Ого! Ну, ладно. Я просто… Не важно. Ты прав. Не хотел, что бы ты подумал, что я один из них. Меня правда грозятся убить. И я собираюсь отсюда выбраться. А для этого мне нужна твоя кровь. И если ты согласишься мне ее дать немного, то я попробую, одно заклинание которое поможет мне отсюда уйти. И уходя, я прихвачу с собой и тебя. Что скажешь?

- А что я могу сказать. Тут от моего согласия мало что зависит. Кто бы то ты не был, ты все равно возьмешь у меня кровь. Так что на, бери, зачем пришел и не давай обещания, которые не собираешься выполнять. – сказал он и протянул Кинору руку.

Кинор молча, взял его за худое запястье и тихо произнес заклинание которое блокировало нервные окончания, не давая юноше почувствовать боль. Затем сделал надрез  и сцедил в бокал кровь. Решив, что хватит он залечил рану, не оставляя никакого следа от пореза.

- Мой отец всегда говорил, что надежда умирает последней. Пока ты жив, жива и надежда. Помалкивай о том, что я тебе сказал и просто жди. Если у меня получится, уже сегодня ты покинешь это место. – Сказал Кинор, аккуратно держа бокал, чтобы не пролить содержимое, и вышел из сарая, закрыв за собой дверь.

- Визманзун, можно мне где-нибудь уединиться? – спросил он горбуна.

- Да, почему нет. Вон видишь, в конце двора стоит большая будка, там тебя никто не побеспокоит.

- А что это за помещение? – Спросил Кинор.

- Пыточная. – уходя ответил тот громко рассмеявшись.

«Сумасшедший горбун, демон тебя задери» - подумал Кинор и направился к будке.

Там действительно было тихо. Даже очень. Единственно, что сильно мешало, это запах. Запах боли и страха. Запах крови и испражнений. Это место действительно было местом, где пытали людей, хоть никаких инструментов для этого Кинор и заметил. А они и не должны тут быть. Если под рукой магия, железо было без надобности. Отстранившись от всего, что ему мешало он начал концентрироваться. Идея, которая пришла в голову Кинору, была в том, что бы попытаться проверить насколько действительно он очистился от контакта с Зилгуном. Ведь он ушел,  так полностью и не оправившись. Кто знает, может если где то внутри глубоко в подсознании и душе, Зилгун и его мастерство все еще живо, то Кинор сможет этим воспользоваться. Хоть какая та да польза. Итак, он сконцентрировался на себе и стал погружаться, в глубины своего сознания и естества, выуживая и собирая по крупицам остатки той связи. Пригубив с бокала кровь, он к своему удивлению заметил, как обострились его чувства, его резко потянуло еще глубже. Кинор содрогнулся от мысли, что возможно, каким-то образом он сам стал вампиром, но немного погодя понял, что это не так. Конечно же вампиром он не стал, но вот сила дорга невероятным способом привилась и абсорбировалась его сущностью. Он не знал, радоваться этому или нет, но он мог использовать возможности доргов для своих целей.

Выпитая кровь гинжанца играла в его венах, бурила и требовала еще. Кинор понял, что в будущем мог бы обойтись и без катализатора виде человеческой крови. А сейчас используя эту тягу, он потянулся вокруг, обостренным обонянием. Кровь была везде. Вот прошел мимо будки человек, по жилам которого тек сладкий живительный сок. А вон еще один и еще. И не важно, что это были пирейцы, а не гинжане. Кровь у всех была одинаково желанной и сладкой. Кинор потянулся дальше и почувствовал кровь за пределами крепостных стен. Он видел схемы кровеносных сосудов, вен и артерий. Ухватившись за это, он стал потихоньку проникать в их сознания. Полностью овладевая ими всеми. Он чувствовал опьянение от этой власти над разумным существом. Он только сейчас понял, причины всепоглощающего голода. Эта было тягой не к крови, а к власти, власти над чужим разумом. И он позвал. Распространив зов на всех живых по всей окрестности. Словно кукловод Кинор двигал нитями, заставляя людей по обе стороны крепости действовать согласно его воли.

В один момент маги и простые солдаты прекратили то чем они занимались, обратив лица в одну сторону, в сторону, откуда исходил зов. Словно зомби, поднятые по злой воли некроманта они стали собираться у ворот форпоста. Подданные Гинжана и Пиреи не соображали, что они делают, они просто делали то, что хотел от них Кинор. Собравшись вместе и побросав свое оружие, они толпой двинулись от форпоста на юг. Кинор не знал, сколько еще продержится действие зова, и на каком расстоянии от него люди придут в себя. Поэтому решил побыстрей, отсюда убраться. С трудом справившись с желанием хорошенько напиться крови, он поторопился к амбару с пленником. Сбив замок он ворвался внутрь и схватив юношу за руку потащил того наружу.

- У нас мало времени. Надо торопиться. Ты знаешь короткую дорогу в Гинжан?

- Конечно. Давай за мной.-  сказал он и насколько мог быстро побежал вперед. Удивленно взирая на опустевшие цитадель и лагерь. Двое парней оставив за своими спинами покинутый всеми форпост, торопились оказаться как можно дальше от крепости,  направившись на юго-запад, в Гинжан. 

 

 

 

Эпизод пятый.

 

Застывшая лава была все еще настолько горяча, что на ней при желании можно было испечь себе на ужин порядочный кусок мяса. Но человек, который прогуливался по жерлу недавно отгремевшего вулкана, не собирался заниматься подобным, он пришел сюда, чтобы встретить одного своего знакомого, старого, очень старого знакомого. Когда то они были лучшими друзьями и даже более того, они были практически братьями. Пока один из них не предпочел себе другую судьбу. Он был просто огромен. Высокий мощный с пудовыми кулачищами. По полностью укомплектованному тяжелому доспеху из стали, о которой гномы могли лишь мечтать, можно было сказать, что этот воин всегда настороже и готов к любым неожиданностям. А двуручный меч изготовленный богами и демонами, подарок самого принца мертвых Изъятана Гар-А-Нуша в его руке, говорил о том, что он не доверял тому, кого ждал.  Погруженный в свои мысли, воин не заметил как из дыры в пространстве, абсолютно бесшумно, вышел не высокий, красивый даже можно сказать изящный мужчина, одетый в штаны из нежнейшей кожи ламбиронской косули, рубаха же была изготовлена, из паутинной нити которую производят огромные пауки с внешнего кольца. Добыть подобный материал, что бы хватило на одну рубаху, было почти невозможно. Главное слово, почти. Потому что были такие, кто ценой жизни охотились на этих пауков, что бы собрать паутину. Из которой потом ткали ткань. Стоила такая ткань, целое состояние. Поверх рубахи шел кафтан из лучшей парчи, которую только можно было достать. Золотой нитью на нем были вытканы изумительные изображения райских садов. А россыпям вплетенных в кафтан  редчайших драгоценных камней, могли бы позавидовать владельцы секторов. Маг был без оружия. То ли оно ему было не нужно, то ли он не был столь подозрителен как воин, то ли наоборот, был слишком самоуверен.

- Ну и место ты выбрал, брат. – сказал тихо маг пнув одинокий булыжник высоким сапогом, работы лучших эльфийских мастеров, которые мастерили обувку исключительно для своих королей. При это заставив воина вздрогнуть и резко развернуться к нему. – Что задумался?

- Не брат ты мне, маг. Этой прерогативы ты был давно лишен. – строго ответил воин. Он был зол, отчасти из-за того, что прозевал прибытие «друга». Он был бы уже трупом если того захотел маг. Но тот стоял перед ним и улыбался. Как же хорошо он помнил эту улыбку, которой радовался, которая успокаивала его в тяжелые минуты жизни. И которая превратилась в оскал, в тот злополучный день. Тот день изменил воина навсегда, в тот день его душа умерла, а сердце превратилось в холодный камень.

- Все еще дуешься, да? Зря ты это. Посмотри на себя, весь в железе, будто собрался на многолетнюю войну. Меч не зачехлен, суровый взгляд, а сам весь в думках, да так задумался, что даже не заметил моего шикарного появления.  Обидно. А я ведь специально для тебя принарядился.

- Хватит паясничать. Я согласился, с тобой встретится, только ради общего блага. Глаза мои тебя бы не видели, предатель.

- Осторожней братец, как некрасиво говоришь, не к лицу это воину. – сказал маг мягким спокойным голосом, а у самого глаза загорелись яростным огнем. Огнем, которым он выжигал целые миры. Он с трудом себя сдерживал. Этот твердолобый осел, совершенно ничего не понимал. Он не понял этого тогда и не смог понять до сих пор. Но маг не был бы тем, кто он есть, если  бы не мог контролировать свои чувства.

- Что я вижу? Неужели обиду? И ты еще смеешь обижаться. Ты тот кто…

- Остановись брат, еще слово и вулкан вспыхнет с новой силой. Только на этот раз я не буду сдерживаться. – Лицо мага побелело от гнева. Может же этот болван вывести из себя, всегда мог.

- Да что ты говоришь. Сдерживался он. Посмотрите на героя. Да я освежую тебя так быстро, что ты этого и не заметишь. – Вскидывая свой меч верх, по которому пробежали сполохи огня ярко зеленного цвета, прорычал великан.

- Ну что же, не получился разговор, - прошептал маг, сбросив кафтан, и засучив рукава, приготовился к атаке.

-  Девочки, любовался бы вами вечно, только вот время поджимает. – вдруг раздался знакомый голос.

На небольшом отдалении от этих двух стоял третий. Одет тот был по простому, обычная льняная рубаха и кожаная куртка потертая местами, а так же кожаные штаны заправленные в высокие сапоги. Лицо этого мужчины было самое, что ни на есть непримечательное и незапоминающееся.

- Судья. – В один голос удивились маг и воин.

- Ты пришел?! Но мы тебя не ждали. Что тебе надо. - Насупился маг

- Да, говори, зачем пожаловал? И как ты узнал о встречи? – спросил воин возбужденный предстоящей схваткой.

- Как узнал, не важно. У меня свои способы. То, что не ждали, знаю. А вот зачем пришел, охотно расскажу. Вы в курсе, что тот, кто должен прийти, на подходе?! Знаю, что в курсе. А вы знаете, что этот момент уже не за горами? Как гласит пророчество, а точнее одна из ее частей?! -  « Рожденный человеком да познает вкус крови на губах. И часть души вампира взрастет в нем, пробив вечерю на часах».

- И что это значит? – спросил угрюмо воин.

- А то, что он прошел инициацию истинным вампиром, приняв в себя его сущность. И он произвел свой первый зов. Вы когда-нибудь видели зов в исполнении человека? Нет? Так вот я тоже нет. А вы тут стоите, органными меряетесь.

- И зачем ты нам это говоришь? – спросил невозмутимо маг.

- Сам не знаю. Предупредить наверно хотел. По старой дружбе. Собственно одновременно с этим хотел проверить приложил ли кто из вас к этому руку.

- Ну и что, выяснил?

- К сожалению нет. Но хочу кое-что сказать. И прошу отнестись к этому серьезно. Если я узнаю, что кто-то из вас готовит очередной апокалипсис. Вам не жить. Обещаю. – сказал он и посмотрев еще раз в глаза каждому из них он просто испарился, так же внезапно как и появился.

- Ушел, громко хлопнув дверью. Как и в прошлый раз.

- Мда. Он это любит.

- И что ты об этом думаешь, маг?

- А что тут можно подумать? – хитро ухмыльнулся он. – Воин, знаешь почему ты всегда проигрывал в карты? Потому, что ну не можешь ты хитрить, не твое это. Ты что же это, ненароком решил информацию из меня выудить, что ли?!

- О чем ты это говоришь, демон тебя задери? – насупившись, спросил великан.      

- Да ни о чем, забудь. Ну, будем сегодня выяснять отношение? Или оставим это для следующего раза?

- До следующего. – прокричал воин и взмахнув мечом сделал в пространстве большой рваный разрез, в который и ушел.

- Фу, как не эстетично. – Сказал маг изящно махнув ладошкой открывая правильной формы красивый портал. – Это мы еще посмотрим кто кого. – И непонятно кому, сказав эти слова, шагнул в портал.

А вулкан спустя короткое время все-таки решил, что еще немного пошумит и взорвался потоками лавы и огненным ливнем, убивая на своем пути всех и каждого.

Только маленький зверек похожий на саламандру  чувствовал себя здесь комфортно, как дома, он барахтался в расплавленной лаве, словно принимал теплую ванну, грея в ней свои косточки. Потом вспомнив, зачем он тут, быстро побежал известными лишь ему путями, донести все то, что он тут услышал до ушей своего горячо любимого хозяина.

   

Кинор в компании своего нового друга настоящее имя которого он так до сих пор и не узнал, потому как, что то ему подсказывало, что имя  Минор сильно было похоже на кличку, пробирался сквозь лесную чащу. В целях конспирации было решено, не пользоваться магией. Пробираться через плотную растительность было невероятно тяжело, на лицо налипала паутина, сухие ветки цепляли за одежду, а назойливая мошкара не давала покоя своими укусами, доводя двух парней до исступления.

- Все, хватит с меня, - сплюнув, в сердцах сказал спасенный Кинором парень. - Ты как знаешь, а я сейчас че нить колдону.

- Ну колдуй, колдуй, колдун ты наш смелый. Наколдуешь проблем на наши головы. Давай-ка лучше по старинке, своими ножками идти будем, да дымком от мошкары отбиваться. Ты лучше скажи, далеко ли еще? Долго нам по лесу бродить то? А то ты утром говорил, что до Гинжана рукой подать. Врал  небось?

- Слушай, извини а. Ты прав, не знаю я куда идти. Нас ведь перебрасывали к форпосту порталами и дорога назад мне не ведома,  думал что пойму, но вот как видишь, ошибался на свой счет.

- Ладно. Хватит заниматься самобичеванием. Рано или поздно куда-нибудь да придем. Давай остановимся тут, вечереет уже. Ночью не пойдем.

Собрав немного хвороста, Кинор запалил маленький костер. Он отослал паренька собрать им что-нибудь съестное. А сам выпустил хитро-сделанный сканер, если и перехватят, то не смогут вычислить, откуда он.  И стал ждать. Очень скоро сканер выслал ему данные по местности. Оказалось, что они ходили кругами, и граница леса была совсем не далеко, а еще сканер показал, как их окружают люди. Много людей. В основном маги.

«Эх парень, парень» - подумал о превратностях судьбы, Кинор.

Паренек вернулся с охапкой пахучих плодов синего цвета. И высыпал их к ногам Кинора.

- Еда, - радостно сказал он, - Не помню, как называются, но вкусные черти, аж не могу. 

- Отлично. Давай присаживайся, отдыхай. Поешь, поспи, завтра нас ждет трудный день. Кстати смешно даже, мы второй день по лесу бродим, но твоего имени я так и не знаю. Ведь Минор это не твое имя верно?!

- Ты прав это агентурная кличка, - согласился он, - А зовут меня, Гер. Легко запомнить и еще легче произнести.

- Приятно познакомится Гер, а я Кинор. Вот и познакомились. А скажи мне Гер, какое твое звание в армии Гинжана?

- Да никакое. Я простой рядовой маг. – стрельнув глазами по сторонам ответил он.

- Странно, что ты это говоришь. А вот Забшадан сказал мне о тебе совсем другие вещи. Врал наверно, собака.

- Да не знаю я, о чем ты вообще. Конечно, врал. Пирейцам соврать, все равно, что матушку поцеловать. – он начинал нервничать и это было заметно.

- Вот скажи мне Гер, ты задумывался, как это  я ухитрился совладать со всеми бойцами и Гинжана и Пиреи? Наверно потому, что у меня секрет есть да?

- Ну не знаю, наверно.

- А ты не думал, что когда начнется замес, то тебя я первым убью? – весело спросил Кинор.

- Ты о чем друг? Какой замес? Зачем такое говоришь? – вставая на ноги, медленно сказал Гер.

- Вернись на место, пока я тебе ноги не вырвал. Пожалуйста – ледяным голосом попросил Кинор. – Так принято у Гинжана платить за добро?    

- О чем ты говоришь? Что на тебя нашло Кинор? – возмутился он, но на место все равно сел.

- А то верный мой товарищ, что ты падаль такая, водишь меня по лесу кругами уже вторые сутки, давая возможность магам ордена подтянутся сюда, что бы наверняка было. – при этих словах Гер подорвался и тут же был вырублен заготовленным Кинором заранее  заклинанием, -  Только ты не учел один нюанс. – прошептал ему на ухо Кинор, когда тот пришел в себя, - Ты без понятия КТО Я ТАКОЙ. Очень советую тебе рапортовать отбой, и вызови сюда к нам, главного, с кем я могу обсудить сложную ситуацию, которая возникла по твоей вине. Только и только в этом случае ты увидишь рассвет своего родного солнца.

Гер затравленно посмотрел на Кинора, в глазах которого он не увидел для себя ничего хорошего. И решил, что не стоит умирать, ради попытки пленить могущественного мага. Он связался со своим начальством, обрисовав им положение, попытался убедить не пытаться брать мага силой. Он сказал, им что Кинор  хочет переговоров. И пусть они кого-нибудь сюда пришлют. Иначе маг начнет пробиваться сквозь блокаду силой. И неизвестно чем все это закончится. Ему сказали, что бы он тянул время им надо все взвесить.

- Кинор послушай, ты же сам  военный, как и я, и должен понимать, что твой поступок, твои способности и навыки представляют для Гинжана некоторую опасность. Войди в мое положение, я не мог не предупредить своих, что в наши края идет маг, который одним заклинанием нейтрализовал сотни  две людей и магов. И мне не известны твои мотивы. Я патриот своей страны Кинор и если надо будет готов умереть защищая ее. Я думаю ты хороший парень иначе ты оставил бы меня в том вонючем сарае. И поэтому я благодарен тебе как человек, но как солдат я вынужден, прежде всего, думать о своей стране. Я поговорил со своими и те попросили время на раздумье. Дай им и мне это время друг.

- Странное проявление благодарности Гер. Но ты сам подумай, зачем мне было освобождать тебя, если я планирую как-то навредить Гинжану. Или ты думаешь, что без твоей помощи я бы заблудился в ваших «дремучих» лесах? Ладно, сейчас это сути не играет. Расклад такой Гер. Я дам время до рассвета. Если с восходом солнца у нашего костра не будет стоять ответственное лицо, которое имеет право принимать решения, я начну пробиваться с боем. И на этот раз будут трупы. Я тебе это обещаю Гер. И как ты сам понимаешь, первым в землю ляжешь ты.        

Ночь прошла в крайней нервной обстановки. Гинжанец думал, чем это все закончится для него. А Кинор готовился, заготавливая заклинания  и планируя бой. За всю ночь никто ни сомкнул глаз.

«Ближе к рассвету Кинор накрыл Гера куполом со словами»:-  Это на всякий случай. Начнешь колдовать, у меня будет пара секунд среагировать. И ты сгоришь в магическом огне. Даже не думай ударить меня в спину. Впрочем, ты сгоришь и в случае, если никто не придет. Связывайся, давай, мне нужен ответ.

- Командир, это Гер. Что вы решили? Уже рассвет. Маг начнет прорыв если вы никого не пошлете. Он убьет меня если переговоров не будет. – наладив связь с командованием сказал гинжанец.

- Переговоров не будет. Мы не можем так рисковать. Он не прорвется. Мы его возьмем или живым или мертвым. Твоя жертва не будет напрасной. Твое имя будет высечено на стене в зале славы. Крепись мой мальчик.

«У Гера перехватило дыхание от такой новости. Он не хотел умирать. У него были планы на будущее. Гинжанец еще раз, взглянул на Кинора сидящего напротив него с мрачным видом. Между пальцев мага пробегали маленькие молнии, а тело изменилось до неузнаваемости,  он готовился к бою. И Гер решил использовать туз в рукаве. Он очень не хотел этого делать. Но умирать он не хотел еще больше.»:- Командир Сана, спасибо за оказанную мне честь быть увековеченным в зале славы. И заранее  попросите высечь и ваше имя рядом с моим. Потому что если ты мать твою, прям сейчас же не пошлешь парламентария, то я свяжусь со своим отцом и скажу ему, что Сана похоронил его единственного сына, даже не пытаясь его спасти, когда была такая возможность. Ты ведь хорошо знаешь кто мой отец. И к какой семье я принадлежу. Так что хватит строить из себя героя и шли переговорщика. – Тяжело дыша, почти прокричал Гер.

- Ах, ты так заговорил мелкий засранец. Угрожать мне вздумал. Когда дело касается безопасности Гинжана даже твой папаша ничего не сможет сделать, потому что так оно бывает, ты солдат и ты на войне, а на войне умирают. Он будет вынужден это принять, и будет молчать в тряпочку.

- Все верно, будет молчать и даже скажет речь в честь героически павшего в бою сына. А потом пошлет по твою душу пару крепких ребят, которые сделают из тебя и из всей твоей семьи удобрение для своего огорода, как любил это делать пирейский командир заставы. Я не собираюсь умирать, ради того что бы ты сделал себе имя на этой операции. Поспеши Сана, потому что у мага кончается терпение. Имей ввиду, мой отец умеет не только карать, но и быть благодарным, подумай об этом, прежде чем принять окончательное решение.

Увидев, с каким мрачным выражением лица Гер, прекратил связь, Кинор понял, что боя не избежать. Он не хотел убивать пацана. Он вообще никого не хотел убивать. Но ему не оставили выбора. А сдаваться он не собирался, потому что неизвестно чем все это кончится. Глубокой ямой до конца жизни или ролью подопытного грызуна в лабораториях ордена, он не знал. В любом случае его не отпустят на все четыре стороны, переговорив по душам.

- Что дружище они не согласны? – отрешенно спросил Кинор.

- Я работаю над этим, Кинор, - срываясь, заорал гинжанец.

- Ну работай работай. Только времени почти не осталось. Через пять минут я стартую, и пусть боги Рогнира сжалятся над теми, кто встанет у меня на пути. – Кинор, конечно же блефовал. Он совершенно не был уверен в успехе дела. Его наверняка, убьют.  В самом конце пути сдохнуть, так и не дойдя до финиша. Обидно.

«Ну все пора» : - сказал себе Кинор вставая на ноги.

- Постой маг, - поднял руку Гер, - У меня связь.

- К вам сейчас откроют портал, скажи магу, что это не акт агрессии, это парламентер. Ты своего добился засранец. Но знай, твоей карьере конец, если ты чудесным образом все-таки выживешь.  

- Пошел к черту Сана, плевать я на тебя хотел и на армию тоже, пока ей руководят такие вот ублюдки вроде тебя. Высылай человека через пять минут. – сказал облегченно Гер и оборвал связь, не дав командиру ответить на его грубость. – Кинор через пять минут откроется портал, из которого выйдет парламентарий. Будь готов его принять.

- Скажи мне Гер, насколько они ценят твою жизнь? – быстро спросил Кинор, осмыслив вдруг возникшую мысль. А заодно перестраивая цепь заклинаний, и просчитывая новый план действий.

- Что ты имеешь ввиду? – недоуменно ответил гинжанец вопросом на вопрос.

- А то, что ты уверен, что они пришлют человека для разговора, а не бомбу, которая нас тут обоих и похоронит? – обескуражив Гера, спросил Кинор. И увидев его широко раскрытые глаза, прокричал нейтрализуя купол, - Быстро за мной гинжанец, бегом. Три минуты, что бы оказаться как можно дальше отсюда.  Беги гинжанец, если хочешь жить.

Гер сорвался с места и побежал за магом, что есть сил. Спустя три минуты раздался оглушительный взрыв. Мощная взрывная волна накрыла их спустя считанные секунды. Подняв в воздух, словно тряпичные куклы бросила вперед на деревья, которые тоже взлетели в воздух вырванные с корнями. Взрывная волна была такой силы, что их тела вперемешку с вырванным лесом закрутило с невероятной скоростью, превращая все это в кашу. Благо Кинор заблаговременно трансформировал тело и пострадал не сильно. Но вот бедного Гера, буквально разорвало на мелкие кусочки. Скорбеть по парню времени не было, надо было двигаться, они сделали свой ход. Кинор бежал раскидывая сканеры для выбора максимально безопасного маршрута. Одновременно с этим он активировал часть заготовленных заклинаний. Дюжина энергетических сгустков эквивалентные его массе и форме, разбежались в разные стороны, отвлекая преследователей. Мины ловушки которые Кинор с щедростью рассыпал по всем сторонам, должны были замедлить тех кто шел по его пятам. Он чуть не забыл о том, что он в окружении, но благо сканер, настроенный на предупреждение, буквально завизжал ему в ухо. Впереди его ждало четыре десятка магов и ловушки разного типа.

«Да что же это такое» - вскричал Кинор, и сердце его наполнилось злостью и досадой на человеческую глупость.

Он копил энергию всю ночь. Всю ночь он скручивал ее в пружину, готовый высвободить разом в одном ударе. Это его единственный шанс прорвать блокаду. Сто метров – маг почувствовал чужую магию,оно смрадило. Пятьдесят метров – Кинор включив зрение дорга увидел сорок семь человеческих тел - сосуды наполненные сладкой кровью, отличный ориентир для удара. Пять метров – и мышцы взорвавшись, вытолкнули тело из лесной чащи, словно снаряд из катапульты. Происшедшее далее Кинор мог бы описать как ощущение облегчения, после высвобождения огромных масс энергии, и свободы, потому, что на его пути уже никто ни стоял. Вылетев на опушку Кинор, одновременно с этим спустил спусковой крючок, и всю местность залило чистой энергией, которая цунами понеслась вперед, смывая все на своем пути на многие мили. Удар был такой мощный, что его повело назад обратной тягой, его словно засосало в трубу. От такого эффекта и сам Кинор потерял дар речи. Но анализ он отложил на потом. Главное убраться отсюда, побыстрей, пока цепь опять не сомкнули.

Он бежал зигзагами, заметая следы. Порой, намеренно делая крюк, что бы проверить, нет ли за ним погони, не доверяя своим сканерам, и правильно делал - погоня была.  Неделю Кинор не спал и не ел, он даже не останавливался, что бы перевести дух. Он не желал встречи с магами ордена. Уже более четырех десятков заплатили жизнями за высокомерие своего командования. Не исключал Кинор и смертельного исхода самого себя. И это придавало ему силы бежать еще быстрее. Он миновал глухие леса Рогнира, со скоростью ветра преодолевал степи и долины, реки и озера  проносились мимо него. То ли по воли случая, то ли еще по чей-то воли, Кинор в своем марш-броске чудесным образом огибал, города и села, обрабатываемые крестьянами поля, и охотничьи угодья, пока на его пути не возник горный массив. Состоящий из острых скал уходящих далеко в небо. Кристально чистых ледниковых озер, и крутых каньонов. Изнемогая, Кинор полез в горы, будучи не уверенным, что от него отстали. Он наверняка, уже давно не на территории Гинжана, но ведь по рассказу Визманзуна, вся власть на Рогнире принадлежала одному ордену, и поэтому где бы он не находился его будут искать, искать по всему миру. Он лез все выше и выше, его организм был измотан и запас всех сил был полностью исчерпан, Кинор функционировал на одной магии, но и здесь западня, потому, что энергию добывать становилось все тяжелей. И он не понимал почему. Да и вряд ли он мог сейчас, что-либо понять. Он был истощен не только физически, но и умственно. Его разум отказывался воспринимать действительность, максимум, на что он был способен так это продолжать выполнять заданную Кинором программу – вперед со всех ног, пока тело полностью не выработает все свои ресурсы. С его удачей это должно было произойти именно в самый неподходящий момент. Что собственно говоря и случилось.

Карабкаясь на одну из вершин, пытаясь перевалить на ту сторону, Кинор просто отключился, и сорвавшись безвольной куклой полетел вниз. Если бы не трансформированное тело его бы попросту разбило об острые скалы. Этого не произошло, хотя и мало чем ему помогло. Потому что его путь вниз заканчивался не большим но глубоким озером покрытым толстым слоем льда. Ударившись об лед и пробив его, модифицированный организм выдержал удар и камнем пошел на дно. Кинор так и не пришел в сознание.

 

 

Эпизод шестой.

 

- Глупый, глупый мальчишшшкааа. Кудааа ты бежишшшь?! Зачем спешишшшь?!  От судьбы не уйдешшшь. Так говорит Саминтааашшш. -Сказал он в пустоту, стоя, упершись руками в камень.

Глубоко под землей в пещере природного происхождение, куда не мог проникнуть солнечный свет. Над каменным выступом служившее столешницей, склонилась тварь из кошмарного сна. Телом оно походило на человека, а шея плавно переходила в змеиную голову. Кто оно, кем оно было?  Человек со змеиной головой или змея с телом человека. На этот  вопрос не мог  ответить никто. Со времен великих войн за власть над конгломератом, существо не покидало своей пещеры, ибо злой рок довлел над ним. Проклятие, которое упекло, некогда великого правителя великого народа человекозмей в эту маленькую пещеру, обрекая до конца дней своих, влачить жалкое  унизительное существование.    

- Верховный попросил, помочь. Зачеммм мне этоо? Он обещаллл. Обещаллл меня позвать. Я ему верю? А зачем ему врааать?! Люди не надежжжны. Тогда я возьму плату саааммм.

Привычку говорить сам с собой человекозмей приобрел бесчисленное количество лет назад. А как же иначе, если ты одинок и долгие годы не видел никого живого кроме самого себя. Медленно он отошел от выступа, на котором лежал кусок пергамента, практически почерневший от времени, но не утерявший своих магических свойств.

Все так же медленно существо прошлось по маленькому пространству, отмеряя шагами границы своей тюрьмы. Задумчиво оглянувшись на столешницу, существо, которое звали Саминташ, покачав головой начало, что-то бормотать себе под нос. Его внешний вид был крайне обманчив, флегматичный и медлительный он в мгновение ока мог преобразится в нечто такое, что могло бы поспорить с молнией кто быстрей. Тоненькие бессильные ручки, могли одним ударом пробить шкуру быка из Тринсморта, которое считалось самым крепким существующим в природе органическим материалом, и вырвать у него сердце, наполненное смертельным ядом разъедающее при контакте гномью броню  и при этом не пострадать. А мощный мозг силой мысли без всякой магии могло подчинить себе десятки тысяч разумных существ. Уже много позже появились истинные вампиры. И их зов этот лишь отголосок былой мощи народа Саминташа. А во владении магией вообще мало кто мог с ним соперничать. Благо, что великому Саминташу и его народу, была чужда жажда власти. На постоянно поступающие к нему предложениям о союзе или участие в тех или иных конфликтах глобальных масштабов, он неизменно отвечал отказом. И лишь один раз Саминташ вмешался, что и навлекло беду на его народ и на него самого. Великая сила должна быть нейтральна. Но не вмешаться он не мог. Он знал, чем придется заплатить и он заплатил это цену сполна. А теперь что?! Он на побегушках у тех, кто только начинал вставать с колен, когда народ Саминташа строили великие башни силы, создавая узловые миры, и миры заповедники.

- Он не понимает. Совсем не понимает, кто он. А ты понимаешшшь? Я? Я тожжже не понимаю. То есть, не до конца понимаююю. Этот мальчииик загадкааа. Верховный понимааает? Боюсь, что нет. Но тогдааа зачем я помогаююю? Потому что он обещаааллл. Обещаааллл.

Он решительно вернулся к столешнице и провел рукой над старым пергаментом, тот засветился, и на нем проявилась картинка:

Невероятный по мощности взрыв разнес вековой лес на много миль вокруг. Мешанина из раздробленных в щепу деревьев и разорванных в клочья тел животных, страшным месивом было разбросана вокруг. И только один одно живое существо выбежало из этого кошмара, как ни в чем, ни бывало.

А затем был огромный выброс энергии, порожденный им.

- Я вижу тебя мальчик. Ты очень силен. Но не достаточно. Ты должен бежжжать. Бегиии. Бегиии. Бегиии.

Саминташ провел рукой еще раз и масштаб картинки изменился. Превратившись в карту, с различными схематическими знаками по которой двигалась красная точка.

Ведя тонким пальцем перед движущейся точки, Саминташ обходил знаки,  которые обозначали города и крупные селы. Точка двигалась за его пальцем. Не сходя больше недели с места, он вел бегуна в одно ему ведомое место. В горы Кирменсу.

- Держжжисссь маг, уже скоро. Ты силен, очень силен. Но недостаааточно. Ты должен дойтиии. И ты дойдешшшь.

А потом точка вдруг резко остановилась. Быстро проведя рукой по карте, Саминташ сменил изображение с схематической карты на видимое изображение. Он увидел как мальчик, которого он вел больше недели, сорвался со скалы и стремительно летел вниз. Словно зачарованный он смотрел на это. Удар страшной силы об лед буквально взорвал поверхность заледеневшего озера, раскидав толстые куски замершей воды в разные стороны, а тело моментально погрузившись в воду стремительно уходило на дно.

- Замшшшись шанишшшнашшш! - Зашипел Самиташ на давно мертвом языке, древнее ругательство. И ударив по столешнице раздробив камен в щебень, устало сел на пол.

- Я не помог. Ни смог. Ошшшибся Самитааашш. Позор на его голову. Верховный не простит. А можжжет это к лучшшшему? Можжжет.

Древнее создание, которое видело, как зарождались миры, заклятый находиться в маленькой пещере, где то в далеком забытом всеми мире, глубоко под землей, мечтал. Мечтал вновь увидеть солнечный свет. Вдохнуть аромат свежего воздуха. Увидеть океан воды и намочить в нем свои ноги. Он мечтал. Мечтал обо всем этом так долго, что потерял счет векам и тысячелетиям. И вот теперь, когда его мечты могли бы сбыться он не сумел сделать один единственный шаг, отделяющий его от счастья.

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
1 час назад, пчёлобог сказал:

Улёт) Я под мж читаю сижу ,как будто сам в этой истории участвую.Афтор еще пиши :hug:

Некоторые главы написаны под мж. :rasta: 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Глава восьмая.

 

 

- Смотри! Он сорвался. Сейчас его приложит об лед и все пропало.  – взволнованно вскричал высокий белокурый юноша, с аристократическим лицом.

- Не спеши брат. Этот гад в броне. Посмотрим, что будет дальше. Мы свое не упустим. Обещаю. – схватив блондина за рукав его куртки, сказал другой парень, лицом очень похожего на первого.

- Ух ты! Какой удар. Ты думаешь, он выжил Гилиан?

- Думаю да, Зоренд. А нет, отнесем его к Миграну. – при этих словах тот, кого звали Зоренд поежился, - ведь ты  помнишь вонючку некроманта?!

- Ну да. А ты уверен в этом брат? Мигран, мерзкий некромант, от него все что угодно можно ожидать.

- Не бойся, отец приучил его много лет назад. Он же, как домашняя собака, готовая лизать руку хозяина за кусок гнилого мяса. Но погоди, может быть, обойдемся и без него. – спокойно рассуждая ответил Гилиан. 

- Хотелось бы, брат. Ты же понимаешь, отец нас за такое по голове не погладит. А орден так вообще с дерьмом смешает, если там  об этом узнают.

- Ну все, хватит. Ты все время ноешь. Я уже жалею, что позвал тебя в этот поход. Перестань быть бабой, Зоренд! Когда ты согласился и пошел на это дело, ты должен был осознавать степень риска. Тут дело чести. И я не отступлюсь, пока эта мразь не заплатит за то, что унизила нас.  

- Да не ною я. Просто оцениваю наши шансы. Кстати он утонул. Что будем делать Гилиан?

- Будем ждать. Трансформированный  организм, насколько я могу судить, еще будет поддерживать жизнь какое-то время. Хребет Кирменсу экранирует магические потоки. Преследователи его здесь не найдут. Покрутятся немного и уберутся, несолоно хлебавши. А потом мы его достанем. Приведем его в себя и потребуем платы. – и проведя языком по пересохшим губам, запахнулся в дорожный плащ спасаясь от холодного горного ветра. – Ты согласен со мной, брат? – глядя вдаль, спросил он.

- Как скажешь Гилиан, как скажешь. – сказал Зоренд, лукаво исподволь взглянув на старшего брата.

 

Сделав высокую ставку, братья Кингтам рассчитывали отыграться. Гены и гордость не позволили просто встать с игрового стола и уйти поверженными. Да еще кем.  Этим безродным сыном торгаша, который подобрал его на какой-то обочине. Они продолжили, надеясь на мастерство, и удачу. Истинные аристократы, сыновья самого сэра Базеномы, потомственные маги из  великой династии Жисон, не могли проиграть. Никак не могли. Они поставили на кон свою честь и достоинство… и проиграли. Проиграли то, чем по всей видимости  не владели. Потому, что избрали бегство, не имея силы воли, расплатится по счетам. Братья покинули гору Кендо сразу после игры зная, какой позор их ждет за вечерним ужином и за последующие в течении целого года. Они предпочли избежать личного унижения, навлекая позор на всю семью Жисон и на своего отца Базеному. Братья взяли фамилию матери Кингтам, потому Жисон слишком уже давил им на темя. Но это не помогло, имя Жисон было опозорено не меньше имени Кингтам.

- Мерзавцы! Негодяи! Трусы! Мало вас пороть, вас четвертовать надо! Слизняки! Что вы наделали?! – бушевал сэр Базенома, отчитывая двоих своих сыновей Гилиана и Зондера. – Вы хоть понимаете, в какое положение поставили семью, мелкие засранцы?! Да я вас сошлю в такую дыру, где вы будете вечно убирать дерьмо за вонючими троллями.

- Отец, а что надо было делать? Унизится перед всем орденом? – подал голос более смелый и наглый Гилиан.

- Молчать пес! Он еще смеет вякать. Если бы вы это сделали, я бы порвал вас в клочья. Не надо было играть, если не уверен в победе. – схватившись за голову сэр Базенома тяжело сел в кресло и о чем то задумался. В комнате воцарилась гробовая тишина. Отец решал судьбы своих непутевых сыновей. Спустя некоторое время он угрюмо посмотрел на сыновей и сказал,  - Приходил посланник от Иссины - не гласно вы отчислены из ордена. – и при этих словах сэр Базенома сжал подлокотник кресла так сильно, что вековое дерево издало жалобные звук. – Но не желая портить со мной отношения, предложили отправить вас на не пыльную работу в отделение ордена на Далайне. Куда вы и направитесь. – он встал, и подойдя в плотную к двум съежившимся будто ожидая удара парням, посмотрев пристально им в глаза, тихо почти шепотом сказал,- Если вы и там напортачите, то духи пятого кольца мне свидетели, я  вас уничтожу. И плевать, что вы моя кровь. Я от вас откажусь, лишу вас имени и наследства. Я продам вас в рабство страмшингонам, этим  мерзким тварям, которые пожирают своих младенцев ради силы на пару мгновений. Вам все ясно? – и дождавшись судорожного кивание, отвернулся. Глядя на портрет своего предка, одного из первых командоров ордена свободных магов, который висел у него в кабинете, сказал - Убирайтесь с глаз моих долой. Отныне вы на испытательном сроке. Пока не докажите, что достойны носить фамилию Жисон с честью, как оно того и заслуживает.

Словно побитые собаки, выскочив из кабинета отца, братья поспешили скрыться в своих комнатах. Они даже не предполагали, что реакция отца будет такой бурной, а последствия их поступка окажет такой сокрушительный удар по их судьбам. Все пропало, отныне они под колпаком на неизвестный срок. Любая промашка и отец осуществит свои угрозы. Сэр Базенома никогда не бросал слова на ветер. Вот это и напугало братьев до чертиков. Увидев гнев отца, и услышав его обещания расправы, они, кажется, стали понимать, что значит честь семьи, которую они втоптали в грязь своим поступком.

Гилиан буквально влетел в свою комнату, громко хлопнув дверью. И присев на корточки, до боли сжал кулаки, покачиваясь в стороны.

«Это конец - подумал он. – Жизнь в благословенной Далайне превратится в ад. Ад который покажется раем, если они ошибутся вновь. Будь ты проклят Кинор, будь ты проклят».

Гилиан в венах которого, бурлила кровь Жисон не мог принять и согласится с таким положением дел. И он стал думать о том как доказать отцу, что они достойны его имени. И единственное, что пришло ему в голову так это то, что их позор можно смыть кровью Кинора. И только так они докажут отцу, что никто не смеет унизить Жисон, а заодно и Кингтам и остаться безнаказанным. Они убьют Кинора, и этого фигляра  Сизара. Гилиан решительно встал и пошел к своему брату.

- Зоренд, брат мой я знаю, что нам надо сделать, - широко распахнув дверь, сразу с порога воскликнул Гилиан.

- Что? – утирая злые слезы, спросил Зоренд.

- Нам надо убить Кинора и его подружку Сизара. Так мы докажем отцу, что не позволим никому над собой насмехаться.

- Согласен. Я тоже об этом подумал, - соврал он. – Каков план? Ведь он у тебя есть.

- А как же, конечно есть. Садись, обсудим. И налей мне вина, в горле пересохло. – усевшись за стол братья стали разрабатывать план убийства одних из лучших учеников ордена свободный магов.

Находясь в фамильном поместье семьи Жисон, непосредственно на глазах отца, о каких бы то не было действиях, и речи идти не могло. Поэтому они решил дождаться их перевода на Далайну.

Спустя месяц помощник отца  отвез братьев в отделение ордена на Далайне.

«И передав их в руки куратора, на прощание сказал»:- Ребята, вы выросли у меня на глазах. И мне больно наблюдать вашу с отцом размолвку. Искренне желаю вам восстановить доверие сэра Базеномы и вернуть его любовь. Если вам что-нибудь понадобится, обращайтесь. Лурье поможет вам по мере его сил.

У Гилиана все еще оставались друзья в ордене, с которыми он поддерживал связь. Ему доложили  о успешной аттестации Кинора, о успехах Сизара. Он понимал, что достать друзей на Кендо, будет невозможным, и поэтому приготовились к долгому ожиданию. В надежде, что рано или поздно Кинор с Сизаром покинут обитель и станут доступными, для атаки. А пока, они с братом были паиньками. Старались вести себя безупречно. Выполняя всю работу, какую им назначал злобный куратор. Но ничего, и этот ответит за свое к ним отношение.

И вот в один прекрасный день, когда Гилиан получил радостную весть, он принимал в своем кабинете очередного посетителя - шумного четверорукого грифа, посла грифского клана на Далайне, который жаловался на одного из «зодчих». Он должен был помочь сыну вождя грифов преодолеть страх высоты, что в принципе невероятно редкое отклонение. Как известно грифы очень похожи на людей только имеют две пары рук и передвигаются по воздуху, используя рукотворные крылья. Механизм, которых работал на магии воздуха, которая была врожденной способностью для этой расы и с помощью дополнительной пары мощных рук.  Магистр отказался продолжить обучение. Что могло означать только одно. Молодой гриф был безнадежен. А это приговор. Который будет означать неминуемое  изгнание с лишением одной пары рук. Если это был бы рядовой гриф, то и проблемы не было бы. Но поскольку речь шла о сыне вождя, его наследнике, это создало щекотливую ситуацию. Если он ее не разрулит, это будет означать провал и очередной удар по имиджу ордена. Гилиан почувствовал, что ходит по лезвию ножа.  И вот в этот момент, с ним связались. Это мог быть только его друг в ордене. А значит, есть какие-то новости касающиеся Кинора.  Извинившись перед послом грифов и попросив того пару минут обождать, вышел из кабинета.

«Да, мой друг, что нового?» – ответил на мысленный зов молодой «зодчий».        

«Удача, Гилиан. Безродный покидает обитель. Не знаю точно куда, но Иссина его отправляет продолжить обучение у мага не из ордена .Я не знаю кто это и где он обитает. Завтра Кинор уходит.»

«Отлично, друг мой. А что с Сизаром?»- спросил Гилиан.

«Этот мелкий прохвост остается в обители, пока, по крайней мере».

«Ладно, не страшно, его я поймаю позже. А теперь еще одна услуга друг мой. Тебе надо навесить на ублюдка, астральный маячок. Только так я смогу отслеживать его перемещения».

«Да, ты что Гилиан это не мой уровень, ты же знаешь. Астрал вне учебной программы ордена. Его не преподают в обители».

«Я знаю. Но есть один парнишка, зовут его Кион, не от мира сего такой. В этом году должен выпускаться. Он изучал эту тему самолично еще пару лет назад. Обратись к нему. Он из бедной разорившейся баронской семьи. Пообещай ему десять тысяч талантов за работу. За такие деньги он мамашу свою продаст».

«Хорошо Гилиан. Я все сделаю. И помни. Ты мой должник».

« Я буду помнить, поверь мне Руди, я не забуду этого никогда. И наступит день, когда я сполна расплачусь с тобой за это». – и оборвав связь, Гилиан широко улыбнулся.

- Господин посол, ответьте мне на один вопрос, - с порога попросил Гилиан, как только вернулся в свой кабинет. Полученная новость подняла ему настроение и придала уверенность в себе. – Скажите, что важнее, что бы наш маг продолжил бесполезное занятие по вытравливанию страха высоты из вашего парня, нанося тем самым вред по имиджу целого ордена? Или честь вождя клана, опозоренная неудачно «выпавшим из гнезда» сыном? И то и другое катастрофично, не так ли?  Неужели вы думаете, что если был бы хоть один малейший шанс выполнить работу, наш человек пренебрег бы им? Ведь вы должны это понимать. Ни один маг вам не поможет. Никто, понимаете? Может помочь, работа с сознанием, что-то вроде полного перепрограммирование личности. Но в таком случае это будет уже не горячее любимый сын вождя, а другой гриф. Все равно, что зомби из мальца сделать. Изучив донесение о проделанной работе, я убежден, что были приложены максимальные усилия для того, что бы молодой гриф  перестал бояться высоты. Вы слышали такую людскую поговорку «Рожденный ползать летать не сможет»?! Так вот, сын вождя рожден ползать и ничто не сможет ему помочь взлететь.

- И с чем же мне вернуться к вождю, - угрюмо спросил посол.

«Немного подумав, Гилиан подвинувшись ближе к послу, тихо сказал»:- А вот с чем: предложите вождю такой вариант – истинный гриф никак не может бояться высоты, а сын вождя тем более. Скажите ему, что наш магистр выяснил, что сын вождя не является стопроцентным грифом. А это значит, что он не приходится вождю сыном и соответственно все из этого вытекающее.

От услышанного, гриф потерял дар речи.

«Немного придя в себя, он хрипло спросил»:- Ты понимаешь, что ты говоришь, маг? Как ты себе это представляешь?

- Прекрасно понимаю, и еще лучше представляю. В гареме вашего вождя более сотни самок. У вас самого, небось, с десяток а, - подмигнув, сказал Гилиан.  И мне известно, что рожают самки грифов втайне от мужа. Подобная секретность необходима, чтобы не было причин выделять одну жену на фоне других, избегая тем самым конкуренции и не здоровой атмосферы зависти и ненависти между женами. Я говорю в нужном направлении, посол? – спросил, улыбаясь Гилиан.

- Продолжай маг. – нахмурившись сказал гриф.

- Итак, жены вождя имеют больше свободы, нежели другие грифы женского пола. Верно ведь?! Они могут посещать места проживания других рас. И  логично будет подумать, что гриф, который боится высоты, не совсем гриф. Сказать такое открыто, не посмеет никто. Кроме… Правильно, кроме независимого лица, да и то случайно открывшего эту тайну. А теперь скажите уважаемый посол. Что хуже, вождь, плоть от плоти которого имеет фобию боязни высоты и не умеющий с ней совладать, или одна из сотни, которая решила погулять на стороне, уверенная в том, что ее не вычислят? Скажите мне посол?

Гриф задумался и задумался надолго. Кажется, что он уснул. Но Гилиан знал, что четверорукое создание погружен в свои мысли, взвешивая все за и против. 

«Наконец  гриф поднял на мага глаза, и сказал»:-  Пусть будет по-твоему маг. Честь вождя важнее, чем честь одной из его самок.  Но ты должен понимать, что этот разговор должен остаться между нами.

- Конечно посол. Это и в моих интересах, так же как и в интересах грифов.

- Ты знаешь, что вождь сделает с мальцом в назидании его матери?

- Он его поднимет настолько высоко насколько это возможно и сбросит того вниз.- спокойно ответил Гилиан. 

- Ты бессердечный ублюдок, маг. Ты в курсе? – усмехнулся гриф.

- Это моя работа, посол. – пожав плечами ответил Гилиан.

Старший сын сэра Базеномы был невероятно горд своей смекалки и уму. Вон как хитро он решил такую серьезную проблему. Без зазрения совести отправил молодого грифа к принцам, и внес разлад и сумятицу в большую семью грифского вождя. Его мало волновали такие мелочи. Он перестал думать о грифах и их фобиях сразу, как только закрылась за послом дверь. Все его мысли сейчас были направлены в одну сторону. В сторону сына купца Датана.

На следующий день с ним связался его друг Руди. Он заверил его, что договорился с Кионом, и тот согласился повесить маячок. Кинор выходит сегодня. Исходники маячка, Руди обещал передать Гилиану как только сам их получит. А получит он их после того, как Гилиан переведет Киону деньги.  Нужно было срочно найти десять тысяч талантов. Гилиан пошел к своему брату.

- Зоренд брат, привет.

- И тебе не хворать братишка. Что нового? – заключив в объятья брата, спросил Зоренд.

- Все отлично, есть сдвиги. – и он рассказал, полученные им новости.

- Мда. – задумчиво сказал Зоренд и надолго умолк.

- Брат? Что-то ты не рад новостям. Наконец нам представилась возможность. Сама удача на нашей стороне. Или ты решил соскочить? – нахмурившись, спросил Гилиан.           

- Да нет, конечно. Просто я тут думал. Понимаешь я как бы осваиваться начал. Работа мне нравится не такая тяжелая. Куратор говорит, что даст хорошие рекомендации нашему отцу. В общем как то все налаживается, понимаешь брат. Может, ну его этого Кинора?! Пусть живет. Глядишь через пару лет, отец вернет нас домой. А если начнем охоту за этим оборванцем, неизвестно еще чем все это кончится.

Лицо Гилиана потемнело от гнева. Ему хотелось оторвать башку этому бесхребетному идиоту. Который волей случая считался ему братом. Наверно позже он так и сделает, но сейчас он ему нужен, очень нужен.

«Взяв себя в руки, и нарисовав на лице улыбку, он мягко сказал»:- Братишка ты серьезно? Я очень за тебя рад. Я так за тебя рад. Что ты даже не представляешь как. Ну что же каждый выбирает свой путь. Ты продолжай заниматься канцелярской работой, а я должен отомстить за нашу поруганную честь. За мою и за твою, честь.  И если я погибну, что скорее всего и произойдет, если тебя не будет рядом. Ты не горюй сильно, потому что наше дело правое, и умру я не за просто так. – сказав последние слова Гилиан крепко обнял брата и хлопнув того по спине решительно направился к двери.

Не слишком умный Зоренд, не был искушен в интригах и способностями брата не обладал, поэтому он почувствовал, что совершает предательство по отношению к Гилиану.  

- Постой брат. Я с тобой. Пошло оно все к принцам. – обреченно сказал он. Он не видел, как улыбался его хитрый братик, который сделал небольшую ставку и с легкостью выиграл крупный куш.

Позже Гилиан ругал себя за высокомерные слова о награде в десять тысяч талантов. Это раньше для него не составила бы труда достать подобную сумму, но сейчас отец перекрыл колодец, и найти столько золота стало настоящей проблемой. Он об этом не подумал. Обещание отдать всю сумму позже не сработало. Кион не соглашался передать исходники маяка, без денег. Гилиан кусал локти от злости. Кинор удалялся все дальше и дальше. И тогда он решил заработать нужную сумму игрой в кости. Игрой, которая и довела его с братом до такого состояния .

Сперва, это были мелкие игры в несколько сотен талантов. Гилиан оттачивал свое мастерство. Затем его уровень все рос и рос. Его стали приглашать на серьезные игры. Он выигрывал тысячи и столько же проигрывал. Ему нужна была одна игра, одна игра, которая даст ему сумму в двадцать-тридцать тысяч талантов.  Несколько месяцев он к этому шел. Пока не подвернулся случай и ему не нашептали об одной игре, которая должна быть завтра вечером. Он с радостью согласился. Имея на руках, пять тысяч талантов, которые Гилиан смог собрать,  он планировал многократно увеличить сумму. С этими мыслями Гилиан отворил покосившуюся дверь, ведущую в захламленную комнату припортового бара, в не самом красивом районе, шикарной Далайны. За большой винной бочкой сидели трое. Двое людей и орк.

- О Гилиан, пришел. Проходи дорогой, садись. Вино, эль, пиво? – улыбаясь, воскликнул один из них, который был хозяином этого заведения.

- Нет спасибо, Дрениш. Я пришел играть, а выпить я зайду к тебе в другой раз.

- Вот. Вот о чем я вам говорил. Молодое поколение нынче совсем разучилось развлекаться. А вот я помню в наше время…

- Дрениш, мне сказали, будет игра, и я пришел. Твоя болтовня, меня совсем не интересует. - нахмурившись сказал Гилиан.

- Ого! Да этот парень реально настроен нас тут всех раздеть и оприходовать. - захохотал хозяин. Вызвав ухмылки двух других сидящих. – Ладно маг, заходи. Садись где хочешь.

Гилиан осмотрелся, было свободно только одно место не очень удобное. Ну да ладно, выбирать не проходится. Ему, очень нужны были эти деньги. И без нужной суммы он отсюда не уйдет.

- Ну что господа начнем игру?! – сказал Дрениш. И получив утвердительные кивки всех присутствующих добавил,- Кстати, условия такие – играть пока в карманах не опустеет, и без всякой магии. – сказал он доставая артефакт гасящий силу.

Увидев мощный артефакт, которого здесь быть не должно молодой маг побледнел. Вызвав  тем самым усмешку Дрениша.

- Так, все вывернули карманы. Показывайте мои денежки. - Орк хмыкнув вывалил на стол кошель с двадцатью тысячами, второй показал пятнадцать своих, Дрениш играл имея на руках двенадцать. Гилиан не был уверен в том, что увидев пять тысяч его оставят за столом, а не прогонят взашей.

- У меня пять наличными, - бросив на стол пространственный мешочек, сказал маг и увидев нахмурившиеся лица быстро добавил, - И фамильное кольцо семьи Жисон, подарок отца, сэра Базеномы. Сильный артефакт – аккумулятор энергии. Стоит на рынке больше пятидесяти тысяч. – отчаянно посмотрев на игроков, сказал он.

- Ну во первых не пятьдесят тысяч, а не больше пятнадцати, у нас другие расценки. – сказал Дрениш с алчным блеском в глазах, быстро оценив дорогостоящее изделие. Так что общая сумма, с которой ты сядешь за стол это двадцать тысяч. – и беря кольцо из рук Гилиана Дрениш взглянув на мрачного мага, поспешил его успокоить, - Да ладно малыш, небоись, все пучком. Только в следующий раз приходи с золотом. Не люблю, я потом с артефактами возиться. Папенька еще придет начнет права качать, мол кольцо фамильное у дитяти отобрал, ну ну ну тебе, и все такое.

- Успокойся Дрениш, не придет папенька, потому что не видать тебе моего кольца, как своей задницы. Так что не разевай на него пасть, а давай уже начнем. – холодно процедил Гилиан, а сам  со страхом и отчаяньем в душе смотрел как его кольцо легло рядом с остальным золотом. Если он проиграет, то отец его просто убьет, в буквальном смысле слова. Он отбросил эти мысли подальше и сосредоточился на предстоящей игре.  Им выдали костяные фишки каждый номиналом в тысячу талантов. И началась игра.  Гилиан считал себя хорошим игроком, но те, кто собрался за этим столом, были настоящими профи. Поначалу игра шла нормально. Гилиану можно сказать везло. Кости падали в большинстве случаев, так как он и заказывал. Но набрав  около тридцати двух тысяч, удача отвернулась от него и он начал проигрывать кон за коном.  Он  бы на этом остановился, но было нельзя. Нужно играть до конца. Последний кто останется за столом заберет все, пятьдесят две тысячи золотом и кольцо. Молодой Жисон сокрушительно проигрывал.

С трех десятков он скатился до трех тысяч. Еще кон и он уйдет отсюда без кольца и без шанса поймать Кинора. Его колотило от злости. Он смотрел на эти гнусные рожы, и его сердце  переполняла ненависть. Ему было глубоко наплевать  на правила, на честную игру на уважение, и на саму жизнь. Он просто не имел права проиграть. Он должен отомстить. Только сейчас он понял, каким был дураком. Ведь у него было кольцо, которое если бы он его продал бы, то этих денег с лихвой хватило бы на все. И плевать, что фамильное и плевать что подарок отца. Оно было у него в руках, а теперь не будет и этого. А больше у него ничего нет. Злые слезы застыли в его глазах. Он смотрел как эти никчемные куски говорящего мяса, пили пиво, струи которого стекали на их рубахи и пачкали и так грязный стол. Эти с позволения сказать разумные существа не должны вообще существовать, и уж тем более существовать на его Гилиана деньги. Он не даст им его обставить. Он из великих домов Жисон и Кингтам, потомственных магов, командоров, главных советников королей, и архимагов. А они биологический мусор. Они неровня ему и поэтому он не мог проиграть. Только не им. Гилиан безумно хотел того, чего судьба и удача не хотели ему давать, ну и пусть, он возьмет это сам.

Перебирая в руках оставшиеся три костяшки, он сконцентрировался, заклиная самого себя на невозможное. Сделать то, что сделать было нельзя. Он не услышал, как ему сказали, что его очередь бросать. Он просто знал, что делать.

- Двенадцать, три тысячи. – объявил он.

- Принимаю. Восемь. – поддержал орк, кидая на стол три фишки огласив свою комбинацию.

- Десять.

- Куда тебе маг. Забудь про двенадцать. Я заказываю шесть.

На кону лежало двенадцать тысяч.

Гилиан раскрутил, как следует посильнее и бросил, заставив кости, закружится в невероятно красивом танце. Все прильнули к бочке. А Гилиан, словно во сне буравил взглядом сидящих вокруг игроков, на кости он даже не смотрел. Он желал, что бы эти увидели то, что он хотел, чтобы они увидели. Кости показали четыре и два. А в мозгу Гилиана горела цифра двенадцать.

- Черт, повезло. А ну как я. – сказал игрок, заказавший восемь, и бросил свои. Гилиан «горел огнем»:  три - нашептывал он окружающим. И все увидели комбинацию костей показывающие три. Такой же фокус он проделал с двумя другими. Этот кон принес ему двенадцать костяшек. Его руки тряслись от напряжения, но он ничем себя не выдал.

Последующий кон, а за ним и другие, Гилиан вторгаясь в сознания игроков, смог внушить им то, что ему нужно, и это далось ему уже намного легче. У Гилиана открылись ментальные способности. К концу игры остолбеневшие игроки смотрели, как Гилиан складывал их золото в свой мешочек.

- Как это произошло?  - схватив его за руку, спросил Дрениш.

- Вы просто проиграли, вот и все.

- Запомни Гилиан, я пойму как ты это сделал, а потом приду за тобой. И никто, запомни никто, не сможет тебя защитить.

- А теперь слушай, что я тебе скажу мразь. – вырвав свою руку, грозно ответил Гилиан, - Я просто бросал кости. Ведь в этом смысл игры, не так ли?! Ты же сам выставил артефакт, проверь его, урод. Не было магии, просто тебе не повезло, а повезло мне. Кости меня любят. Имей уважение к самому себе, если ты вообще знаешь, что это такое. Проиграл, прими это с честью. И не смей мне угрожать. И не льсти себе, такие как ты Дрениш, убирают навоз за  василисками в  стойлах моего отца. Я тебя не боюсь. И не позорься перед друзьями. Они, вон смотри, достойно приняли свое поражение, советую и тебе поступить так же. – сказал Гилиан и на прощание  громко хлопнул многострадальной дверью, унося с собой пятьдесят две тысяч талантов золотом.

Связавшись с другом, Гилиан сказал, что достал деньги и спросил, как Кион желает их получить. Тот узнав что Гилиан находится в отделении ордена на Далайне попросил передать их куратору а тот в свою очередь передаст деньги ему. Сделав все, как и просили, Гилиан стал ждать исходники. И наконец, получив их, помчался к брату.

- Зоренд, брат мой, все готово. С момента как этот борзый пацан покинул обитель, прошло несколько месяцев и он может быть где угодно. Но твой умный братец об о всем позаботился. На него навешен маяк, по которому мы сможем его отследить. Ты счастлив?

- Э…

- Вижу, что да. А теперь собирайся завтра выступаем.

- Хорошо брат, - обреченно сказал Зоренд. – К вечеру буду готов. Но что мы скажем куратору.

- Да пошел он лесом, чертов маразматик. – со злостью сказал Гилиан. Когда все будет сделано мы вернемся к нашему старику с доказательствами, того что мы способны отстоять честь семьи.

- Понимаю. А ты уверен, что отец воспримет убийство члена ордена как нечто само собой разумеющееся, в данном случае? – с сомнением спросил Зоренд.        

Гилиан повернулся к огромному окну и посмотрел на раскинувшуюся за ним  Далайну. Город был невероятно красив, он был полон возможностей и вариантов.  Он вспомнил, то что сделал во время игры и отпрыск сэра Базеномы как никогда ясно представил свое будущее. Светлое, яркое, бурное, будущее. Независимое от причуд старого Базеномы, глупых правил и морали. Он убьет этого мерзкого выродка. Он убьет каждого, кто посмеет встать на его пути. У него, наконец-то открылись глаза. Если ты обладаешь силой, то, по какому праву кто-то смеет тебе указывать, как жить и что можно, а чего нельзя. И если отец не захочет принять его таким, какой он есть, тогда он заставит его уважать собственного сына. 

- Не волнуйся за отца Зоренд. Он не глупый человек. Он нас поймет. Он поймет, когда увидит решимость и силу воли. Ему придется согласиться с тем, что сыновья достойны его имени.

Наутро братья Кингтам скрытно покинули орден и прыгнули из  Далайны в Таркаш куда и вел астральный след Кинора. У этого способа были, как и плюсы, так и минусы. С одной стороны следуя астральному следу, можно было точно узнать, где побывал их «друг» и идти строго по следу, постепенно настигая преследуемого. С другой стороны нельзя было просто так взять, и посмотреть где он находится именно в этот момент, не пройдя весь пути следом за ним. Возможно, если бы юноши были более искушенные знанием об астрале, то они наверняка могли бы избежать ненужных мытарств по мирам и просто скакнули бы сразу к месту пребывания объекта. Но это был не тот случай. После короткого пребывания на Таркаше они последовали за Кинором дальше по мирам. В одном из миров, на какой-то момент астральный след прервался, что было просто невозможным.  Он показывал, что какое-то время объект находился вне зоны действия астрала.  Это очень удивило братьев, но они не стали предавать этому значение и последовали по восстановленному заново следу, дальше. Далее была индустриальная  Нероста с ее бесконечными кузнями и сталеплавильными фабриками. Из Неросты Кинор скакнул в Дигнею, мир гора, принадлежащая гномам. Попасть на Дигнею без специального разрешения было не возможно. Если Кинор ни на Дигнеи, если он оттуда ушел, то, проследить, куда именно он прыгнул, можно было только с Дигнеи. Братьям просто необходимо было попасть в этот мир. Узнав, что на Неросте есть представительство Дигнеи, братья отправились туда. В надежде договорится с гномами.

- Чем могу быть полезен, господа? – спросил тучный гном в возрасте, вальяжно расположившийся на большом кресле, подозрительно изучая братьев Кингтам.

Уважаемый гном, - начал говорить Гилиан, - Мы вот по какому вопросу – нам необходимо побывать на Дигнеи. Как я понимаю необходимо разрешение на въезд.

- Вы все верно понимаете, нужно разрешение. Дигнея не туристический мир. Туда абы кого не пускают. В чем причина вашего желания посетить наш мир? – с интересом уставившись на Гилиана, спросил гном.

- Не буду ходить вокруг да около. Мы служители правопорядка с Далайны. Мы преследуем опасного преступника. Астральный след, которого ведет прямиком в ваш мир. Возможно, он уже ушел оттуда, но чтобы продолжить преследование нам необходимо войти в Дигнею, там мы поймем куда он прыгнул. Или если он еще там, то мы его возьмем. Совет орденов будет вам благодарен за оказанную помощь. – важно сказал Гилиан и стал ждать реакции гнома.

- Молодой человек, Дигнея не выдает беглых преступников. Тем более, что с Далайной  у нас нет дипломатических отношений. – сказал он и хитро посмотрел на двух парней, которые были слишком молоды, чтобы являться теми кем представились.

- Понимаю. А в качестве доброй воли и проявлении лояльности и здравомыслия? В конце концов, какой вам смысл утаивать информацию о преступнике и даже более того скрывать его?

- Мальчик послушай, что я тебе скажу. «Топору и молоту» плевать на Далайну и ее проблемы. И добрую волю в карман не положишь. – усмехнувшись сказал гном.  

- Я все понимаю, уважаемый, - переглянувшись с братом, промолвил Гилиан. – Сколько?

- А во сколько ты оцениваешь голову вашего беглеца?

- В тысячу  полновесных талантов?! – осторожно полуспросил полуответил Гилиан.

- Да ну, ты же не серьезно мальчик. – расхохотался гном.

- Слушай сюда гном. Я тебе не мальчик. Называй свою цену и хватит тут кривляться, у нас мало времени.

- Ого, а мы оказывается грозные до не могу. – все так же улыбаясь сказал гном, - Ну если ты серьезно хочешь знать мое мнение на этот счет тогда не буду тебя мучить неизвестностью. Десять тысяч на стол и получите разрешение на въезд на три дня.

- Десять тысяч?! – задохнулся от возмущения Гилиан. – Да ты с ума сошел гном. За что? Не нужно нам три дня нам и пара часов хватит. Три тысячи!

- Восемь!

- Пять!

-  Шесть с половиной.

-  Шесть и портал туда за ваш счет.

- А ты мастер торговли, сынок. Ну ладно, сумел уговорить старика. Да ты меня просто ограбил. Ну все, давай золото, пока я не передумал.

Гилиан кивнул брату и тот вытащил пространственный мешочек из которого извлек нужную сумму. Отсчитав деньги, гном выписал разрешение на посещение Дигнеи сроком на один день. И рассказал куда идти, что бы их перебросили в мир гномов.

- С вами приятно было иметь дело молодые люди. – со смехом сказал он на прощание, закрывая с таким трудом добытые Гилианом деньги в своем сейфе.

Выйди из здания представительства братья были вне себя от гнева. Проклятые гномы. Развели на деньги, на не малые деньги. Хуже грабителей с большой дороги. Зоренд плюнул в сторону представительства, при этом завернув длинную фразу, от которой их воспитательницу госпожу Эльсину, если бы она это услышала, просто стошнило бы.  Гилиан тоже был зол, но вместе с этим и счастлив, они продолжают преследования и если гном потребовал бы все деньги, что у них были, он не задумываясь заплатил бы.

Оказавшись на Дигнеи, они сразу преступили к отслеживанию следа. Он вел в мир Шигназ-Лаанир, как было указанно в реестре. Но тут их ждала неприятная неожиданность. Попытки открыть портал в Шигназ-Лаанир провалились. Мир был заблокирован. Они пытались вновь и вновь. Выложив за попытки еще тысячу талантов. Гномы не упускали случая подзаработать, и даже не пытались отговорить упрямых людей от последующих попыток открыть портал. Мир наглухо был закрыт. Его держали изнутри. Как объяснили магам, что вероятней всего там идут военные действия и такое бывает. Мир закрывают, лишая вражескую сторону возможности получить помощь извне. На вопрос как долго это может продлиться, им сказали, что не известно. Может быть пару недель, а может быть сотни лет, все зависит от размера конфликта и интенсивности его развития.

Это была катастрофа. Братья Кингтам не знали, что им делать. Время их пребывания на Дигнеи подходило к концу. Надо было срочно, искать выход из сложившейся ситуации. Пообщавшись с братом, Гилиан решил, что они уйдут в соседний с Шигназ-Лааниром мир и будут там ждать разблокировки мира. Зоренду он пока об этом решил не говорить, а то ему придется выслушать очередное нытье, которое просто бесило Гилиана.

Таким образом они оказались в Пинкроте, аграрный мир королевство. Крупнейший призводитель зерновых в этом секторе. Восемьдесят процентов территории Пинкрота был отданы под посевы, везде куда не глянь, были сплошные поля где колосились пшеница, рожь, ячмень и прочие культуры. Три крупных города, где обитали фермеры и подсобные рабочие, создавали правильный треугольник, по городу на его вершинах. В середине этого треугольника располагалась столица Пинкрота, мощный город одновременно служащий перевалочной базой и центром где осуществлялись, все купли продажи стратегического товара.  Шумная, душная, потная и крикливая столица Пинкрота, Линой, встретила братьев Кингтам гостеприимно открыв им свои двери. Гостям тут были очень рады. Многочисленные постоялые дворы, гостиницы, караван-сараи, готовы были предложить гостям столицы отменные условия проживания за умеренную плату. Бары, рестораны получше и заведения для очень состоятельных клиентов предлагали вкусить все возможные яства, рассчитанные на любой вкус и кошелек. А огромный городской рынок поражал своими размерами и разнообразием представленных  товаров.

В первую очередь братья позаботились о ночлеге. Выбрав средней по уровню постоялый двор, чистый опрятный с хорошей кухней и вместе с тем не очень дорогой.  

На вопрос Зоренда, как долго они здесь пробудут, Гилиан уклончиво ответил, что посмотрим, а сам приготовился к долгому ожиданию.

На следующее утро, встав раньше брата, Гилиан не стал его будить, он тихо вышел, закрыв за собой дверь, и направился на поиски мага портальщика.

- Уважаемый господин доброе Вам утро, - учтиво обратились к Гилиану, как только он спустился по лестнице в общий зал постоялого двора.

- Да, спасибо. И Вам того же. – растерянно автоматически ответил Гилиан, не сразу сообразив откуда голос. Повертев головой, он так никого рядом с собой и не увидел.

- Господин пусть меня извинит, но я тут, немного ниже, - раздался все тот же голос.

Посмотрев вниз, молодой Жисон увидел человека маленького роста, ну не то что бы совсем маленького, примерно ростом с восьмилетнего ребенка. Создание приветливо улыбалось, всем своим видом давая понять, что готов служить и радовать уважаемых гостей.

- Меня зовут Олс, я владелец этого заведения, к моему огромному сожалению не имел чести познакомится с господином ранее. Может быть господин желает позавтракать? – предельно вежливо но без подобострастия не раболепствуя предложил маленький человек.

Гилиан немного оторопел, потому что не понял с кем свела его судьба. Это создание было явно не  гномом и не гоблином и не скригом и наверняка не греоном. Он один в один был похож на человека только очень маленького.

«Что же, всякое бывает»: подумал Гилиан.

- Если Вам не сложно. – ответил он, сам удивляясь себе и своей учтивости. Что это такое на него нашло, интересно?!

«Усадив гостя за стол, Олс спросил»:- Вы желаете плотный завтрак или что-нибудь легкое?

- Я два дня нормально не ел. Голоден, как тысяча демонов.

- Понимаю. – улыбаясь, кивнул головой хозяин заведения. – Располагайтесь поудобней, я отдам распоряжение.

Оставив Гилиана дожидаться заказа, Олс заковылял к только, что вошедшему в зал орку. И все так же мило и вежливо поприветствовал и его. А потом другого, и так он встречал лично каждого гостя, лично принимая у них заказы.

«Сразу видно хороший хозяин, - подумал маг, - К такому хочется вернуться еще раз. Одобряю »

Несмотря на то, что Олс не покидал зал ни на мгновение, чтобы передать на кухню заказы которые он принял, к столу Гилиан подошла прекрасная дива с огромным подносом. И обворожительно улыбаясь, стала выставлять на стол блюда.

В красивой, глубокой тарелке, аккуратно были выложены печеные со специями душистые овощи. В другой тарелке располагалась горка ровно нарезанных кусочков белого хлеба, щедро смазанных маслом. А поверх масла все так же аккуратно была уложена тонко нарезанная копченая колбаса, истощавшая безумно приятный запах. Вслед за этим на стол легли: блюдо, с разнообразными видами сыров, две розетки с  вареньем, какие-то печенюшки, ваза с фруктами и кувшин из которого исходил пар.

- Горячее вино со специями. Очень вкусно. – объяснила девушка заметив недоумение на лице Гилиана с подозрением взглянувшего на кувшин. – Приятного аппетита, господин.   

«Элементала мне на макушку, - с восхищением воскликнул про себя Гилиан, - Вот это сервис»

Юноша принялся за еду. Все было умопомрачительно вкусно. Он съел все и не почувствовал тяжести в желудке. Особенно ему понравилось горячее вино со специями. Вот это изобретение. Он словно побывал в сказке. Пригубив вина, он почувствовал, как по телу распространилось приятное тепло, которое проникло в каждую клетку, наполняя ее силой. 

Подозвав девушку, Гилиан спросил, сколько он должен за этот прекрасный завтрак.

- Ничего мой господин. Завтрак входит в цену за проживание. А вот обед уже будет стоить. Но если вы собираетесь задержаться у нас более чем на три дня, то и обед будет за наш счет. – мило улыбаясь ответила девушка. 

- Ну тогда это лично для тебя, - сказал он, протягивая девушке талант. Он успел выяснить расценки, которые были приняты на Пинкроте. И талант можно было рассматривать как довольно крупную сумму.

- Что вы, я не приму это. Я получаю не плохое жалование, и Олс добр ко мне. Не оскорбляйте меня господин. Я к вашим услугам на протяжении всего вашего пребывания у нас, без дополнительной платы. Доброго Вам дня, господин.

- Чудеса, - промолвил Гилиан.

- Чудеса тут не причем, это Пинкрот, господин. – немного засмущавшись сказала девушка.

- А как тебя звать, я могу узнать?

- Конечно. Меня зовут Рийя. – представилась девушка.

- Приятно познакомится. Меня зовут Гилиан. Рийя у меня просьба. Давай ты будешь звать меня по имени, не употребляя слова господин. И я подумал вот еще о чем, немного панибратства в общении между нами не повредит. Как ты думаешь?  Хорошо?! А то зазнаюсь еще.

- Конечно Гилиан. Как тебе будет угодно. – прыснув от смеха согласилась Рийя. – Если позволишь я хотела бы сказать, Гилиан, что зазнаться у тебя не получится. Потому, что этой болезнью болеют те, кто лишен собственного уважения и чести. А твои глаза говорят мне, что у тебя доброе и благородное сердце. Ты знаешь себе цену и другие, тоже ее знают. Так что в твоем случае все предельно прозрачно и понятно. Я тебе точно говорю, не зазнаешься. – Рийя все так же мило улыбалась. 

- Скажи мне Рийя, почему ты здесь? Ты знаешь, что могла бы добиться большего, чем роль официантки в баре ресторане при постоялом дворе, в захолустном мире на границе секторов. Тогда почему? Ты молода, красива и умна. Перед тобой открыты многие двери, а те, что закрыты, ты с легкостью могла бы открыть, я в этом уверен. Что тебя здесь держит? Ответь мне, пожалуйста.

- Гилиан, ты хороший человек. Хоть и не желаешь сам себе в этом признаться. Но ты не понимаешь, что счастье это не высокое положение в обществе, богатство, власть, уважение или признание. Счастье это - душевный покой и жизнь в мире с самим собой. По крайней мере, так это для меня. Я родилась на Пинкроте. Тут мой родной мир и я его люблю. Люблю бесконечные поля пшеницы и ржи. Люблю шум и гам родного, Линоя, люблю этот трактир. Люблю, его хозяина. – последнее предложение она сказала тихо тихо, посмотрев глазами полные теплоты и обожания на маленького человека который расхаживал между столами, приветливо расспрашивая гостей все ли их устраивает.

Гилиан засмотрелся на эту простую красивую девушку, которая работала официанткой на этой большой ферме, под названием Пинкрот. Она не брала лишнего с клиента, даже если тот на этом настаивал. Девушка не желала себе лучшей доли, хотя наверняка могла добиться большего. Она не гналась за богатством  успехом. Он чувствовал, что Рийя искренне верит во все то, что говорит или делает. Ему казалось, что он знаком с этой девушкой много лет, хотя на самом деле всего лишь перекинулся с ней парой фраз. Он думал о том, как сильно они отличаются. Доброта и душевный покой против, злобы и отравленной ненавистью душой. Гилиан невольно стал свидетелем чуда и простого человеческого счастья. Маленький человек с большим сердцем пленил красавицу, сделав ее самым счастливым человек во всем конгломерате. А большего и не надо. Гилиану взгрустнулось, ведь единственный смысл его жизни на данном этапе это ненависть и месть. Не самые добрые и верные попутчики. Возможно стоило бы пересмотреть цели и приоритеты. Остаться здесь жить. Открыть подобный постоялый двор и кто его знает, может когда-нибудь и на него посмотрят подобными глазами. Но он не мог себя заставить забыть взгляд победителя Кинора, не смог забыть глумление Сизара, не сможет он забыть слова отца и то, как он смотрел на своих сыновей. С презрением и досадой.

«От мрачных мыслей, молодого Жисона, отвлек ангельский голосок Рийи»:- Гилиан, прости, пожалуйста, но мне надо идти отнести заказ. Запомни, ты лучше, чем ты о себе думаешь. Сегодня особый день. Тебе повезло оказаться на Пинкроте именно сегодня. Удачного тебе перерождения.  – пожелала на прощание девушка.

Не понимая, что она имела ввиду, Гилиан глубоко вздохнув, встал со стола, еще раз взглянув вслед этой мудрой девушки, и решительно направился к выходу. Ему надо было найти мага, владеющего пространственной магией. Они не могли каждый день пытаться открыть портал в Шигназ-Лаанир в надежде, что блокады снята.  Необходимо установить что-то на подобии сигнализации, которая оповестит, что мир перестал быть закрытым. Он еще не знал возможно ли это, но попытаться следует.

Выйдя из прохладного помещения гостиницы, где царили, тишина покой и умиротворение, Гилиан оказался на шумной многолюдной улице, по которой курсировали караваны груженые злаками, кричали глашатае оповещая о изменениях в ценах и новых квотах на вывоз зерновых. А пинкротское солнце нещадно жгло и палило. Что самое интересное так это то, что в районе полей солнце было намного милосердней и осадки выпадали как по расписанию. Создавая тем самым идеальные условия для роста и созревания злаков. Пинкротяне были уверены, что это матушка природа постаралась для них и очень

этим гордились. А на самом деле это была филигранная работа магов стихийников. Которые рассчитали и запрограммировали количество воды и света необходимые для полей, ни больше, ни меньше. Заклинания, работающие в автономном режиме, регулировали интенсивность солнечного света и количество осадков. Мощные артефакты установленные на полюсах излучали особую энергию покрывая весь мир невидимым куполом. Купол отвечал за мощность солнечных лучей в ту или иную пору. А  прозрачные линзы артефакты зависшие среди облаков генерировали кучево-дождевые облака, разряжая их в нужный момент и с нужной силой.  

Гилиан влился в людской поток, и его понесло этим течением  в самый центр Линоя. Не смотря на то, что людей было так много, что и яблоку негде было упасть, никто не конфликтовал и не ругался. Гилиан был поражен тем, что каждый с кем ему приходилось, пересечься глазами, улыбался магу и приветливо кивал головой. Крики и гам ничуть не раздражали и даже наоборот, Гилиан словно заразился этим неугомонным весельем и куражом. На какой-то момент маг забыл, зачем он здесь. Он просто отдыхал душой, полностью отдавшись витавшему в воздухе чувству беззаботности.

Тем времен его брат Зоренд, который претворялся спящим, желая остаться наедине с самим собой, ждал, пока Гилиан покинет постоялый двор. Наблюдая, как брат завтракает и общается с миловидной девушкой, Зоренд думал о том, как же сильно он его ненавидит. Гордый, спесивый братец с самого детства держал его на вторых ролях. Гилиан презирал брата за недальновидность и малодушие, и постоянно ему на это указывал. Зоренд терпеть не мог старшего барта. Из-за него он оказался в этой ситуации. Сколько он помнил себя, тот постоянно втягивал Зоренда в свои авантюры, не редко скидывая груз ответственности на его плечи. Ну а как же иначе. Он ведь такой умный сильный красивый, любимчик отца и будущее домов Жисон и Кингтам. А он кто?! Так, вспомогательный элемент, придаток к старшему брату. Его третья нога. Зоренд решил положить этому конец. И вынужденное зло обратилось для него благодатью.

Зоренд даже надеяться не мог на то, что отец так сильно отреагирует на происшедшее  в ордене и их отчисление. Он подумал, что все шишки как всегда падут на его многострадальную голову, а Гилиан выйдет сухим из воды, но отец наказал обоих, хотя если честно, то виноват во всем был только Гилиан. Потому что Зоренд отговаривал его от последней игры. В любом случае Гилиан пал в немилость отца, и он этим не примерно воспользуется.

Удостоверившись что брат ушел он достал кольцо и произнеся над ним заклинание связи, стал ждать. Спустя пару мгновений, перед ним в воздухе возник образ отца.

«Сэр Базенома хмуро уставился на сына»:- Что тебе надо сын?

- Отец, сегодня же сеанс связи. Вот я и связался.

- И чего ты ждешь, маминых плюшек? – ворчливо сказал он.

- Отец, мы ушли из Дигнеи, и теперь мы на Пинкроте, нужный нам мир пока под блокадой как я тебе вчера и рассказывал. Что делать?

- А что ты еще можешь сделать?! Жди. Наберись терпения. И жди. Будь покорен судьбе, и она преподнесет тебе подарок. Будь осторожен. Пинкрот не обычный мир. Там воплощаются мечты и чаянья. Это мир сон. Человек на Пинкроте забывает о своих целях. Мир, в котором ты сейчас находишься, он словно экзаменатор, тебя проверят на вшивость и испытают твою волю. И только сильный духом выйдет оттуда тем, кем зашел. И продолжит свой путь к намеченной цели. Будь осторожен Зоренд. Я ставлю на тебя. Этой твой билет в будущее. Я не верю в Гилиана. Он слаб и глуп. Тщеславие его наигранно, он сам в нее не верит. А вот ты другое дело. Ты всегда был вторым, но это не значит, что тебе не суждено стать первым. Это произойдет, если ты не упустишь свой шанс. Принеси мне голову того безродного ублюдка, который посмел опозорить нашу семью. И я вознесу тебя над твоим братом. И если для достижения цели необходимо пожертвовать братом, ты найдешь в себе силы сделать это. Мне не нужны слюнтяи, трусы и неудачники. Я расстался со слабым и бесхребетным ноющим существом, но жду назад  возмужавшего, сильного, волевого, умеющего решать проблемы, а не создавать их, мужа. Ты поступил мудро, рассказав о вашей затее. Теперь от этого зависит ваша, твоя жизнь. Ты вернешься с честью или не возвращайся никогда. Удачи сынок. – пожелав сыну удачи сэр Базенома оборвал связь.

Зоренд застыл, переваривая сказанное отцом. За всю свою жизнь он не услышал от отца и десятой доли таких приятных слуху и сердцу слов. Он не подведет его, и сделает все как надо. Он убьет Кинора и вернется домой победителем. При этом, братцу возвращаться совсем не обязательно. И Зоренд криво ухмыльнулся своим мыслям.

Людская волна выбросила Гилиана на площадь перед зданием городского совета. А улюлюкающая толпа понеслась дальше, вглубь города в сторону королевского дворца. С одной стороны Гилиана жутко раздражали все эти простолюдины, от которых несло потом, гужевой скотиной, навозом, и битым зерном. Это все отвлекало и мешало. Он опасался, что так и не сможет в этом хаосе разыскать нужного ему мага. С другой стороны, было во всем этом, что-то такое, что влекло его и манило. Хотелось приобщиться к всеобщему веселью, забыться, плюнуть на миссию и просто почувствовать себя обычным человеком.

«Поймав за ворот пробегавшего мимо мальчишку, Гилиан спросил»:- Эй, мелкий скажи, всегда ли на Линой так людно?

- Сегодня же праздник, господин. – ответил курносый пацан, и не пытаясь убежать, терпеливо ждал еще вопросов.

- Спасибо малыш. А скажи, что это за праздник такой. А то я недавно на Пинкроте, не в курсе.

- День рождение нашего покровителя, бога урожая, великого  Буюна. – радостно объявил паренек.

- День рожденья бога?! Однако! А именинник будет присутствовать? – спросил, улыбаясь,  молодой маг.

- А как же, обязательно, господин. Поспешите на дворцовую площадь, а то вся она забьется людом и вы не сможете разглядеть великого Буюна.

- Да конечно, скоро туда направлюсь, - почему-то решив отчитаться перед незнакомым мальчиком, сказал он. И вдруг его словно укололо. А как же миссия?! – Пацан скажи, а что из-за праздника никто не работает, что ли?

- Ага! Все лавки закрыты. Торги на бирже зерна приостановлены. Работают только постоялые дворы да гостиницы. Господин, вас еще что-нибудь интересует? - спросил малой, переминаясь с ноги на ногу явно желая оказаться в первых рядах, чтобы лицезреть самого Буюна. - Нет. Спасибо большое. Ты мне очень помог. На возьми, серебряник, купишь себе что-нибудь от даров вашего Буюна. 

- Спасибо господин, но не надо. – отказался ребенок от довольно крупной для него монеты, чем изрядно удивил мага и засверкав пятками помчался на площадь на последок прокричав Гилиану фразу которую он уже слышал от девушки официантки, - Желаю вам господин, счастливого перерождения.

«Что демон вас задери, тут происходит?»: спросил сам себя Гилиан. И решительно направился в сторону, куда убежал его недавний собеседник. Снова влившись в толпу, дал ей увлечь себя, отдавшись на милость бурному течению, которое спустя короткое время вынесло его на широкую площадь в центре города, в конце которой располагался дворец правителя Пинкрота, вечного короля и бога покровителя - Буюна.

Солнце нещадно палило, будто сконцентрировав всю свою силу исключительно на этой площади, от немилосердной жары «плавились» мозги, Жисон чувствовал себя окороком в печи. Солнышко Пинкрота явно пыталось из всех присутствующих приготовить отменное жаркое. Капельки пота моментально высыхали, не успев, скатится по коже. Смотреть можно было только вниз или куда угодно, но не на небо. Потому что в небе яркий солнечный диск грозил выжечь наглецу посмевший на него взглянуть глазные яблоки. Народу становилось все больше и больше. Со всех концов Пинкрота прибывали на празднование его жители и гости этого мира. Гилиан поначалу не понимал, что он тут делает, зачем ему стоять под безумно горячим солнцем, среди тысяч смердящих тел, радостно орущих и танцующих в предвкушении увидеть бога. Все это отдавало неким бредом. Однако уже позже, когда он перестал чувствовать свои ноги от усталости и напряжение, его охватила эйфория, он заразился безудержным и беспричинным весельем. Сперва, он начал тихо подпевать и смущенно топать ногами в ритм звуков барабанов и флейт, которые разносились над всей площадью. А потом Гилиан и не заметил, как стал подпрыгивать выше соседей и кричать слова незнакомой песни.  Вдруг с неба на площадь, прям на головы людей и нелюдей посыпались цветы, самые разные цветы. И запахи, которые так сильно смущали аристократа Гилиана, сменились цветочными ароматами. Даже закружилась голова. Практически сразу за цветами с неба стали падать капли прохладной воды постепенно наращивая темп. И вот уже проливной дождь сплошным одеялом накрыл площадь, охлаждая разгоряченные тела, и раскаленный воздух Линоя. Смывая грязь и пыль потоки воды утекали с площади по специальными водостокам. Это было похоже на ритуальное омовение.  А затем как по команде все стихло. И пение и пляски и дождь. Мгновенье и над площадью воцарилась абсолютная тишина.

- Дети мои! Я, ваш покровитель всеведущий дух Пинкрота приветствую вас. И Вас дорогие гости. – раскатился громом по площади приятный баритон. Гилиан вытянул шею, чтобы рассмотреть его владельца. Но тоже самое сделали и все остальные,  поэтому ему не было видно то что видели те кто были ближе ко дворцу. - Дети мои, весь год вы трудились на славу и награда вам обильные урожаи. Весь год вы не разгибали своих спин, но сегодня вы стоите, высоко подняв головы.  Я доволен вами, всеми вами. Я благословляю земли Пинкрота на еще более высокие урожаи, а вам дарую силу тела и духа. Откройте свои сердца и души и примите от меня благодать. Следующий год будет лучше предыдущего. Это говорю Я, ваш король и покровитель Буюн. – И вся площадь заревела криками благодарности.

Затем повеяло легким ветром, и Гилиан почувствовал как веки его стали тяжелыми. По началу он пытался бороться с сонливостью но ничего не получалось страшно тянуло ко сну. И он заснул, прям тут, на площади среди прочих гостей и жителей Пинкрота, которых также  сразил сон, заставляя медленно осесть на землю.

Гилиану снилось его детство, безмятежное доброе детство. Ему снился отец, который играл с ним в догонялки, по бесконечно длинным коридорам семейного особняка. Ему снилась его мать напевающая колыбельную, нежно целуя его в лоб. Ему снился младший брат с которым он бегал по саду, где они срывая сочные фрукты бросались ими друг в друга.  Сквозь сон на глаза Гилиану наворачивались слез умиления. Очистительные слезы.

Гилиан Жисон проснулся, открыв глаза, он обнаружил себя в кровати в комнате постоялого двора. Последнее, что он помнил так это площадь, голос бога, крики людей и то как он заснул, не сходя с места. Как он оказался тут он не помнил. Сам он пришел или его принесли, он не знал. Повертев головой, Гилиан обнаружил брата, сидящего за письменным столом, тот, что-то читал.

- Зоренд! – хрипло позвал старший брат.

- Проснулся?! – не поворачивая головы, отозвался Зоренд. – А ты не дурак поспать.

- Это была, какая-та магия, брат, тысяча демонов мне на загривок. Долго я был в отключке? – вставая, сказал он, при этом ощущая невероятную легкость во всем теле.

- Десять часов или вроде того. Ты вчера странно себя вел Гилиан.

- В смысле? – подозрительно посмотрев на брата, спросил он.

- Ну я даже не знаю как тебе сказать, - развернувшись к брату хмурясь сказал Зоренд, - Ты пришел весь такой румяный и веселый. Лез обниматься и целоваться. Говорил, как сильно ты меня любишь. Сетовал на то, что папы с мамой нет рядом. Потом стал просить прощения за все гадости, которые ты мне сделал. Потом пошел к Олсу, и стал говорить, как сильно тому повезло, что он живет в таком прекрасном месте и так далее. Еле тебя затащил в кровать, пытаясь утихомирить. А во сне ты плакал. Черт, да где ты так набрался?

- Мда, а я всего этого не помню. Я не помню, что вообще что-либо пил. Я был на празднике дня рождения местного божества. Представляешь?!

- Нет, не представляю, - ворчливо отозвался Зоренд.- «Этот гад везде найдет, где оторваться и повеселится, а он опять остался за бортом. Как всегда. Ненавижу». – пронеслось у него в голове. - Мага ты не нашел как я понимаю.

- Какого мага? – недоуменно спросил Гилиан.

«Будь осторожен. Пинкрот не обычный мир. Там воплощаются мечты и чаянья. Это мир сон. Человек на Пинкроте забывает о своих целях. Мир, в котором ты сейчас находишься, он словно экзаменатор, тебя проверят на вшивость и испытают твою волю. И только сильный духом выйдет оттуда тем, кем зашел. И продолжит свой путь к намеченной цели. Будь осторожен Зоренд». – вспомнил он слова отца. – « Гилиан слаб и глуп. Я ставлю на тебя»

- Ты чего? Случилось что? – спросил Гилиан, заметив нездоровый блеск в глазах младшего брата.

- Да нет, все нормально. – спохватился Зоренд. Чтобы не говорил отец, но Гилиан совсем не глуп. Если он не будет осторожен, то тот все поймет. На этот раз он не даст себя переиграть. – Помнишь, что мы идет по следу Кинора? Он в Шигназ-Лаанире, заблокированный мир. Мы ждем здесь пока падет блокировка и мы сможем туда войти, чтобы продолжить охоту. Для этого нам нужен маг, который знает, как работать с пространством. Чтобы навесил сигнализацию, которая сработает в случае снятия блокады с мира. И тогда двинемся дальше за этой безродной сволочью. Вспомнил? – откровенно издеваясь спросил Зоренд. 

- Да, не забывал я все это. И не смей разговаривать со мной таким тоном. Тоже мне. Сопли, сперва вытри урод. Или тебе напомнить, кто есть кто? – зло сверкнув глазами буркнул Гилиан. Приблизившись к младшему брату сжав кулаки, с которых стал стекать жидкий огонь, каплями падая на пол прожигая его насквозь. А сам испуганно подумал, что действительно забыл, зачем они здесь. Вся их миссия стала для него словно не важной, лишенной смысла.  

Зоренд не раз видел этот блеск в глазах, который не предвещал ничего хорошего. Это были глаза зверя, который кинется, не разбираясь, кто перед ним друг или враг. Еще не время для конфронтации. Еще не время.

- Эй братишка, да ты что, я же смеюсь просто. Умерь пыл. – поднимая руки вверх пошел на попятную Зоренд.

- Ладно проехали. – успокаиваясь сказал Гилиан, - Что ты нарыл пока я спал?

- Я нашел мага и сделал ему заказ на сигнализацию. Через пару дней будет готово. – опустив глаза в пол, что бы Гилиан не заметил как запылали его глаза гневом и яростью, сказал Зоренд. – А теперь разрешите отлучиться в уборную, ваше магичество.

- Зоренд братишка, ты меня прости. Иногда я бываю настоящей задницей. Ты же меня знаешь. – вдруг почувствовав стыд из-за сказанных брату слов, тихо сказал Гилиан.

- Знаю. – ответил Зоренд закрывая за собой дверь.  

Последующие два дня братья почти не разговаривали. Они вообще старались меньше видеться друг с другом. Вечером третьего дня Зоренд застал брата за ужином. Посмотрев на заставленный до краев стол и жующего брата, по доброму улыбнулся и присел на против. На приглашение присоединится к пиршеству, он махнул рукой, позволив себе лишь бокал горячего вина со специями. Зоренд смотрел на старшего брата, сильного, целеустремленного, умеющего радоваться жизни, стараясь взять от нее все по полной программе. Именно эти качества приводили его, а заодно и Зоренда к многочисленным проблемам. Без бьющейся через край энергии  Гилиана, он чувствовал себя мертвецом. Сколько он себя помнит, все мало-мальски имеющее значения события в жизни Зоренда были связаны с его старшим братом.  Он даже ест как будто последний раз в жизни. У брата, было чему поучиться. И все бы хорошо, но он всегда тянул одеяло на себя. Скоро все изменится. Он освободит нишу, которую единолично занимал Гилиан, освободит ее для себя.           

 - Маг принес заказ. Стоило это, без малого пять тысяч. Торговался до последнего. Но главное что артефакт у нас, я его запустил. Теперь ждем. Я тут переговорил с людьми, насчет Шигназ-Лаанира. Ничего нового конечно не узнал. Мир, который держат криминальные авторитеты, кланы. Опасное соседство. Постоянные набеги на караваны. Перехват грузовых порталов, захват заложников и прочая лабуда. В свое время чуть не привели Пинкрот к банкротству. Никто не хотел иметь с ними дело. Пока Пинкрот не заключил с кланами договор. Теперь они откупается от них годовой данью в какую-то астрономическую  сумму. И все наладилось. Еще поговаривают о какой то особенности Шигназ-Лаанира, больше похожей на сказку. Рассказывают о каких-то демонах ночи, терроризирующие жителей Шигназ-Лаанира. В общем туфта.

- Моложец! – невнятно похвалил он Зоренда набитым ртом, чем вызвал неприязнь и брезгливый взгляд младшего брата, и добавил – Бужемжат. – Что означала на языке культурных людей, которые не разговаривают с набитым ртом «Будем ждать»

Кивнув головой, Зоренд встал со стола и ушел по своим делам.

Прошла неделя артефакт молчал, за ней пролетели еще две, артефакт не показывал никаких признаков жизни. Два месяца они пробыли на Пинкроте, пару раз пытаясь открыть портал посчитав что артефакт не работает, но увы, результат был отрицательный, блокада пока не снята. Деньги подходили к концу. Гилиан пару раз садился за стол, где играли в кости, пополняя выигранными деньгами их казну. И вот когда терпение Зоренда достигло своего пика, в то время как Гилиан особо и не страдал по этому поводу, это случилось.

Поздно ночью, когда они спали, в мозгу вдруг заверещало, это сработала сигнализация. Оба вскочили как по команде. Веселый азарт, в глазах Зоренда и мрачное выражение лица Гилиана, говорили сами за себя.  Младший стал лихорадочно собираться, в то время как Гилиан делал это с неохотой. Ему так не хотелось покидать это прекрасное место. Ради чего? Зачем ему, куда-то идти? Кому и что он должен доказывать? Но посмотрев на брата, понял, что одного его не отпустит. Потому, что знал тот без него или погибнет или еще что произойдет. Так и быть, он поможет найти этого бедолагу, а потом вернется на Пинкрот и гори оно все пламенем, орден, отец, семейная честь и все остальное.

Спустившись в зал, они застали там одиноко сидящего у стойки бара Олса.

- Господа покидают нас! – утвердительно сказал он.

- Да, мой друг. К сожалению. - задержавшись сказал Гилиан. Зоренд же не сказав и слова и даже не посмотрев в сторону того кто ухаживал за ним почти два месяца вышел на улицу.

- Я знаю, как вам тяжело господин. Но я хочу, что бы вы знали. Всегда, запомните, всегда, чтобы не произошло, мои двери будут открыты для вас мой господин. Вы переродились сэр Гилиан, вы стали другим человеком. Вам еще предстоит узнать этого человека. Понять и полюбить  его. И я уверен, что вы преуспеете в этом. Удачи вам и вашему брату. Знайте, Пинкрот тщательно выбирает тех кому преподнести дар перерождения. Не все его получают, и не всем он достается. Только тот, у кого доброе сердце и чистая душа готов принять дар. И не важно как вы вели себя до того, кем были и чего хотели достичь, Буюн сморит в глубь вашего естества и видит вас насквозь. Идите и пусть ваш путь, как бы он ни петлял, приведет вас обратно сюда.

Пожав хозяину руку, Гилиан вышел во двор. С тяжелым сердцем он покидал это место, ставшее ему ближе родного дома.

Добравшись до мага портальщика, они разбудили его и потребовали немедленно открыть портал в другой мир. Не торгуясь заплатив на портал они стали ждать. Маг видно был профессионалом, поэтому портал открылся быстро, перед братьями предстало окно правильной формы, ровное свет бирюзового цвета исходящий от портала, освещал двор дома, где жил маг. По ту сторону окна был видны стены города. Зоренд решительно вошел в портал, а за ним Гилиан, напоследок подмигнув магу.

Вдохнув воздух Шигназ-Лаанира, братья приступили к поиску  астрального следа, надеясь, что Кинор окажется еще здесь. Но его здесь не было. Однако радовало то, что ушел он отсюда буквально несколько дней назад. Теперь осталось дело за малым, найти мага потальщика и уйти вслед за Кинором.  И братья Жисон направили свои стопы в город, у стен которого они оказались.

Город клана Бирьен представлял собой жалкое зрелище. Разбитые во множественных местах стены, словно их рвали когтями. Дома и постройки внутри города  так же имели подобные следы разрушения. Но самое страшное куда не посмотри красные разводы очень похожие на следы от высохшей крови. Улицы города, стены и двери домов и даже крыши были буквально залиты субстанцией очень сильно напоминавшую кровь. Что же здесь произошло, спрашивали себя братья. Запах в городе стоял ужасающий. Те немногочисленные жители города, которых они встретили, не обращали на них никакого внимания. Полностью погруженные в себя, одни отрешенно бродили по улицам, другие вытаскивали тела из домов, а точнее то, что от них осталось. На самом деле братья немного опасались того как их здесь встретят. Но видимо жители города еще не отошли от ужасов прошедшей войны, тем более что они не закончили хоронить своих.

- Хеес миир куупат? Зон диваар, диваар! – обратился к ним один старик с перевязанным глазом.

- Не местные мы, на общем давай. – взяв правильный тон Гилиан.  Зоренд же был занят исследованием своего желудка, ибо его тошнило от запаха и вида трупов.

- Не местные? А откуда вы? –прищурившись спросил старик, задержав взгляд на содрогающегося от рвотных позывов Зоренда.

- Мы с Пинкрота. Меня зовут Гилиан, а вон того идиота который рискнул попробовать щупальца сухопутного осьминога в сыром виде зовут Зоренд, он мой брат. 

- А, стервятники слетаются посмотреть, как нас тряхануло?! – сквозь зубы процедил старый бандит.

- Ты че, такое болтаешь старик. Мы по другому делу. Мы скорбим вместе с вами. И остались бы помочь, но дела требуют нашего отбытия, помоги найти портальщика, за мной не заржавеет. – сказал Гилиан доставая кошель с деньгами.

- А вы чьих будите. – спросил старик.

С Далайны мы. Бывал там? Знаешь Дрениша? Северо-западный порт держит. Его люди мы. Старик я серьезно говорю времени нет. Охотимся мы за одним, долг на нем висит не шуточный, след в след идем. Никак догнать не можем. Вот и сюда пришли по его следу, а его тут уже нет. Дальше идти надо пока не ушел гад. Поможешь или нет?

- А что вы сделаете с ним, когда поймаете? – невинно спросил дед.

- Как что? Ты что вообще спрашиваешь такое? На пику его насадим. Или ты прикажешь его цветочками закидать?! – нахмурился Гилиан. Свою роль он играл отменно. Недаром же он провел так много времени среди подобного люда, поднаторел, общаться так как они.

- Ну, я даже не знаю. Дорги нас хорошенько потрепали, вряд ли в городе найдется, хоть один живой маг и уж тем более портальщик.

- Дед, не нервируй меня. Я и так на взводе. Говори где портальшика найти. Я не пойму, ты заработать хочешь или нет?

- Да ладно, не кипятись ты так. Чаем хочешь угостить что ли?! Найдем тебе портальщика. Сотню мне скинешь, а остальное как выставит маг. По рукам.

- Ну конечно по рукам. Только тебе старый и двадцати хватит, а вякать будешь развернусь и уйду, сам найду мага. – Гилиан знал, что когда речь идет о деньгах, никогда нельзя сразу соглашаться, при этом хорошо не поторговавшись. Лихой народ к золоту относился трепетно и расставаться с ним очень не любил.         

- Ну и уходи. Меньше чем за семьдесят не отведу к магу, - насупился старик.

- Ладно дед, на вот пятьдесят и веди. По рукам?

- По рукам! – и махнул рукой, приглашая идти след за ним, повел их вглубь города.

Следую за стариком они вошли в старый покосившийся домик. В нем они нашли еще более на вид древнего старика. Тот сидел на кровати и дремал.

«Потом как вскочит резко да как завопит»:- Дорги! Маар хинат, дорги!

- Эй. Старый дурак успокойся, это не дорги это твой кореш Наарам.  Я тут с гостями.

- А,  это ты Наарам, а я было подумал, дорги прорвали оборону. Зачем пришел? – снова впадая в спячку, полусонно спросил старик.

- Работа есть. Со мной двое быков, их перебросить надо. Сделаешь?

- А у быков деньги есть? – вдруг оживилось ископаемое.

- Есть! -  встрял в разговор двух столетних бандитов, старший Жисон. – И мы не быки. – недовольно сказал Гилиан.

- Быки, кони, василиски, да какая к демонам разница. Пять сотен давай. - окончательно придя в себя, сказал дед и на ощупь стал приближаться к делегации.

- Он что слепой? – спросил ошарашенный Зоренд.

- Он маг со стажем. Зрение ему ни к чему. Паук выдавил ему глаза много лет назад, потому что посмел на его бабу засмотреться. Вы не бойтесь, отправит вас точно куда надо.

Братья отошли перетереть ситуацию. Очень не хотелось доверять свои жизни и успех миссии слепому старому магу маразматику. Это все-таки межмирный переход. Но поскольку выбора у них не было решили рискнуть.

- В общем, так старик. Сотню сейчас и четыре после того как мы перейдем на ту сторону. По рукам?

- Нет. Не по рукам. Ишь какие прыткие. Я им значит портал с доставкой в лучшей форме, а они мне ручкой сделают, когда окажутся на той стороне. Дурака нашли, козье вы дерьмо? – вскричал фальцетом старый маг.

- Послушай старик, никому не позволено так с нами разговаривать. И ты еще жив по двум причинам. Во первых ты нам нужен, а во вторых мы уважаем седину. Ты нас тоже пойми. А вдруг отправишь нас в никуда. Да еще и пять сотен на этом заработаешь. Не справедливо это.

- Не боись пацан. Я свою работу очень хорошо знаю. И без предоплаты нет работы, - сказал он и медленно направился обратно к кровати.

- Стой. Хорошо, мы согласны. На вот тебе пять сотен. И запомни старик. Если ты нас угробишь, то за тобой придут. И спрятаться у принцев у тебя не получится. Некромант вытащит и заставит вечность страдать. – предостерег его Гилиан, и кисло посмотрел на брата.

- Да-да, знамо дело. Куда отправлять?

- Сможешь по следу астральному навестись? – спросил Зоренд.

- Смогу. Давайте след. – изучив исходники, маг пожевал губу и сказал. – Это очень далеко. Меньше чем за две штуки не возьмусь.

- Тысяча и не талантом больше, -  у Гилиана стало кончаться терпение.

- Тысяча восемьсот.

- Полторы и прям сейчас, демона тебе в печень. – в запале ударив по стене кулаком, отрезал Гилиан.

- Хорошо, хорошо. Что ты сердишься. Нервы береги, ты же молодой еще, пригодятся.

Старый маг вышел во двор своего дома и стал плести сложное заклинание. Что, что но как говорят мастерство не пропить и не забыть не возможно. Магом высокого класса оказался, этот находящийся одной в могиле старик. Портал развернулся аккуратный и стабильный.

- Давайте недоноски  быстрее, долго держать не смогу. – прохрипел старик и братья сиганули в портал не глядя, пока маг не двинул конями.

Их выбросило на опушку леса. Странность была в том, что лес был совершенно раскурочен небывалым по силе взрывом. Тут явно совсем недавно была магическая битва. Гилиан не долго думая сразу стал искать след,  и он его нашел. Объект был в этом мире, и он удалялся от них на невероятной скорости.  Выхватив артефакт переноса в границах мира, он дал ему настроится на Кинора и переглянувшись с братом включил его. 

Согласно одному из законов энтропии, время в разных мирах течет по разному. Разница может составлять от нескольких секунд до сотен или даже тысяч лет. Так вот прыгнув на Рогнир, как именовался этот мир, братья обогнали время на пару дней. И прыгнув порталом в точку нахождения объекта, оказались именно там, где им и нужно было оказаться.

Из портала они вышли высоко в горах в нескольких сотнях метрах от Кинора, будто одержимый сотней духов он лез к вершине. Просканировав местность, они обнаружили, что за ним по пятам движется группа магов, явно преследуя Кинора. А потом вдруг…

 

- Смотри! Он сорвался. Сейчас его приложит об лед и все пропало.  – схватил Зоренд брата за руку и с волнением ее сжал.

- Не спеши брат. Этот гад в броне. Посмотрим, что будет дальше. Мы свое не упустим. Обещаю. – Гилиан заворожено наблюдал, как ненавистный Кинор падал вниз словно лист, сорванный с дерева. Медленно и с восторгом.

- Ух ты! Какой удар. Ты думаешь, он выжил Гилиан?

- Думаю да, Зоренд. А нет, отнесем его к Миграну. – вот пусть отец, братец и некромант - эти три маньяка и разбираются с этим, а он пас. - Ведь ты  помнишь вонючку некроманта?!

- Ну да. А ты уверен в этом брат? Мигран, мерзкий некромант, от него все что угодно можно ожидать.

- Не бойся, отец приучил его много лет назад. Он же, как домашняя собака, готовая лизать руку хозяина за кусок гнилого мяса. Но погоди, может быть, обойдемся и без него. – с призрением посмотрев на брата сказал Гилиан.  

- Хотелось бы, брат. Ты же понимаешь, отец нас за такое по голове не погладит. А орден так вообще с дерьмом смешает, если там  об этом узнают.

- Ну все, хватит. Ты все время ноешь. Я уже жалею, что позвал тебя в этот поход. Перестань быть бабой, Зоренд! Когда ты согласился и пошел на это дело, ты должен был осознавать степень риска. Тут дело чести. И я не отступлюсь, пока эта мразь не заплатит за то, что унизила нас. – Гилиану вдруг захотелось врезать самому себе за такие слова. 

- Да не ною я. Просто оцениваю наши шансы. Кстати он утонул. Что будем делать Гилиан?

- Будем ждать. Трансформированный  организм, насколько я могу судить, еще будет поддерживать жизнь какое-то время. Хребет Кирменсу экранирует магические потоки. Преследователи его здесь не найдут. Покрутятся немного и уберутся, несолоно хлебавши. А потом мы его достанем. Приведем его в себя и потребуем платы. – Гилиан ненавидел себя уже за то, что стоит тут и холодно рассуждает о том как будет линчевать ни в чем не повинного человека, волей судьбы оказавшегося у Кингтамов на пути. – Ты согласен со мной, Зоренд? – глядя вдаль, чтобы не смотреть в глаза кровожадного брата, спросил он.

- Как скажешь Гилиан, как скажешь. – сказал Зоренд, лукаво исподволь взглянув на старшего брата.

Братья спрятались, чтобы преследователи их не заметили, и стали ждать пока они уберутся. И вот наконец когда все утихло, раздосадованные маги ушли напоследок расстреляв ни в чем не повинную гору. Они спустились к озеру, Гилиану и Зондеру пришлось напрячься, что бы достать Кинора, сила плохо их слушалась в этих местах. Но они достали страшно деформированное, избитое и изломанное тело. Гилиан выпустил щупальца обволакивая Кинора с ног до головы, щупальца стали делится на более мелкие те в свою очередь на еще более мелкие пока тело молодого мага не покрыла сеть из щупалец больших и малых. Забрав у Зондера часть его энергии, Гилиан пропустил ее по всей сети. Толчками выбрасывая энергию, пытался оживить тело. Где то там глубоко внутри, сердце билось, очень редко, но билось, он это чувствовал, надо придать скорость биению. Раз потом еще раз и еще, как вдруг тело выгнулось дугой, и хрип пополам с водой вырвался из легких Кинора. Гилиан был полностью сконцентрирован, пытаясь стабилизировать состояние парня, как вдруг он услышал в своей голове голос. Голос брата.

« Ах какой молодец. Братец, ты настоящий кудесник. Мне до тебя далеко. Ох, как далеко. Да и плевать. Ты сделал, что от тебя требовалось, а теперь тебе пора умирать. Отец этого хочет, семья этого хочет, этого хочу я. Ты станешь отличной закуской для местных хищников, и в конце концов ты материализуешься в то чем ты всегда и был - в дерьмо.  Но сперва я убью того над кем ты так страстно поработал возвращая ему жизнь»

- Что? Ты что-то сказал, брат? – медленно, словно время присело отдохнуть, Гилиан стал разворачивает голову в сторону брата. Тот с гримасой мало похожей на лицо человека также медленно выкидывает руки вперед, порождая энергетический сгусток, который срывается с его ладоней и летит в лежащего на камне Кинора. – Нееет! – вскричал Гилиан и бросает свое тело наперерез шаровой молнии, полностью закрывая собой парня которого он так сильно как ему казалось, ненавидел, и которому желал лютой смерти. Сгусток смачно вошел в тело Гилиана, разворотив тому грудную клетку. – Брат мой, - с хрипом произнес все еще живой Гилиан пузырящимся кровью ртом, - Я тебя люблю. Всегда любил. И я тебе прощаю. Не делай того, о чем будешь, жалеет всю свою жизнь. Не убивай Кинора. Прошу. Ради тебя не ради него. Пожалу… - последнее слово он выговорить не смог, потому что  остатки воздуха стремительно покинули пробитые легкие.

- Прощаешь, ты меня прощаешь? Будь ты проклят и пропади ты пропадом ты и твое прощение, и он замахнулся второй раз и уже практически готовая молния почти сорвалась с рук, как вдруг сильный разряд энергии пришедший откуда-то сверху испепелил Зоренда, превратив того в обугленный кусок мяса.

Гилиан скосив один все еще работающий глаз в сторону, увидел черный силуэт, спешивший к ним, он и выпустил молнию, положив конец братской ненависти.

Он умирал, умирал, что бы переродится. В прекрасное сильное плодовое дерево на Пинкроте.

 

- Олс, милый, поди сюда, - позвала ангельским голоском Рийя, своего мужа.  

- Да дорогая, в чем дело?

- Посмотри пожалуйста, этого вчера не было. – и она указала на высокое  волшебное дерево шиенту, плоды которого очень ценились, по причине того, что они могли излечить буквально все болезни они могли даровать здоровье как телесное так и духовное. Но с одним условием, человек должен быть достоин второго шанса.

«Олс подошел к дереву внимательно на него посмотрел и прислонившись к нему головой печально произнес»:- Ты вернулся дорогой господин. Ты переродился. Но твое время еще не пришло. Жди мой друг, жди, как ждал и я.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

И сразу за ней...

 

 

 

Глава девятая.

 

 

Наарам задумчиво посмотрел в след прыгнувшим в портал двум странным парням, и решил, что стоит на всякий случай об этом рассказать. Старый вор в свое время состоял в банде самого Паука, когда тот еще был совсем молодым, но подающим большие надежды талантливым махинатором и сорвиголовой. Кланом тогда правил его отец. Наарам тоже не был простым вором, он занимался разработкой  планов бандитских операций, и заработал на этом не малый авторитет. Потому что, разработанные им планы были хороши, очень хороши. Тогда он и приобрел свою кличку – «голова». Нашумевшее ограбление  крупнейшего в секторе ростовщика Раима, помнят до сих пор. Тогда взяли более двух миллионов талантов золотом и драгоценными камнями. Раим имел такую охрану, что не могли позволить себе многие короли и правители целых миров.  Но хитрый Наарам придумал, как обойти многочисленные защиты, обдурить лучших магов из охраны Раима и взять кассу с сумасшедшей суммой.  А если вспомнить, как Наарам придумал угнать целый караван груженный десятками тысяч тонн отменной гномьей сталью так, что гномы до сих пор не могут понять, куда он делся, так вообще плакать хочется от восторга.

Но это было много, очень много лет назад. Наарам уже не тот, и память уже не та,  да и все не то. Кроме одного. Этот старый аферист, не растерял своих способностей к анализу, которые все еще работали, хоть и не так как раньше. Ему бы задержать парней  до того как они покинули Шигназ-Лаанир, но сделанного не воротишь. И он снова обратился к своему старому другу, магу портальщику, отправившему тех двоих часом ранее в другой мир.

- «Меткий», не пугайся брат, это снова я. – с порога прокричал Наарам.

- Кто это, я? – не узнавая голос своего старого друга с которым беседовал менее часа назад, - спросил старый слепой маг.

- Да я же, я это,  Наарам «Голова». – с досадой сказал он, хотя он все понимал и поэтому не сердился на своего друга.

- А это ты Наарам, заходи, садись. Как дела? Сто лет тебя уже не видел. Совсем меня забыл, гад ты ползучий. Вот только за это тебя на перо посадить надо, чтобы старых друзей не забывал.

- Да, да, ты прав брат, - вздохнув, согласился Наарам, посчитав, что начинать рассказ о том, что сегодня тот открывал межмирный портал для двух залетных, которых он Наарам и привел, при этом заработав полторы штуки, он не стал, потому что легче было просто согласиться. – Слушай «Меткий», подкинешь меня? А потом можно и на перо. А?

- Ты еще не пришел, а уже уходишь? Вот так всегда. Ты приходишь только тогда когда тебе, что-то от меня нужно, - горестно сказал древний маг.

- Ты прав брат, - не стал спорить «Голова» - но мне действительно нужно.

- Эх. Ну ладно. Куда кидать то? – спросил слепой портальшик по кличке «Меткий»

- В клан Сорбон мне нужно. С Юнуусом перетереть кое-что треба.

- Стой ровно, а то обкорнаю. – ворчливо сказал старик, - Я тебя экспресс почтой доставлю. Нет сил, пространство дырявить.

- Погоди брат, насколько я знаю, ты давно уже не использовал способ замещения материи. Ты уверен в своих силах? – обеспокоенно спросил «Голова». – Может все-таки дверку откроешь ну или хотя бы окошко, я протиснусь. А?

- Не сцы вор, все будет пучком. А не будет, значит, у тебя на роду написано сдохнуть именно сегодня. – «успокоил» он друга.

- Ну ладно, действуй давай. – согласившись на опасный эксперимент, обреченно сказал Наарам.

Встав по стойке смирно, «Голова» стал ждать. Старый маг, потерев руками,  начал делать ими пасы, мелодично напевая веселую песенку, которая только казалась просто песенкой, а на самом деле это было хитрым заклинанием. В воздухе над Наарамом стал образовываться небольшой вихрь, постепенно вихрь увеличился в размерах, и засветился сиреневым цветом, издавая пугающе громкие звуки. Затем вихрь стал медленно опускаться к голове Наарама, и как только кончик торнадо коснулся макушки человека, «Голова» стал будто размазанным, постепенно, частями пропадая в воронке вихря, пока не исчез в нем полностью. И вот как только это произошло все разом и песенка и вихрь и прочие звуки смолкли и исчезли вместе со старым вором.

Дом клана Сорбон, как и прочие города Шигназ-Лаанира пытался оправиться и прийти в себя после войны с мерзкими доргами. Хотя он практически и не пострадал. Но поскольку клан Сорбон во главе с Юнуусом стал главенствующей семьей, и соответственно центром всего Шигназ-Лаанира, поэтому город был переполнен людьми. Представители разных домов наполнили собой Сорбон  под завязку, надо было решать многие проблемы. И вот среди этой толкотни и балагана посреди рыночной площади появился небольшой вихрь, который постепенно увеличиваясь, материализовывал человека. С тяжелым выдохом и с широко открытыми глазами, Наарам упал на колени. Он ощупал себя с ног до головы, чтобы удостовериться, что все пришло и встало на место. Ведь про замещение материи многое чего рассказывают. Бывало, после пересылки не хватало частей тела, или же части собирались не правильно. Зачастую объект, если это было живое существо, погибало, так что можно сказать: Наараму очень повезло.

- Кто такой? Почему без предупреждения? – спросил его маг из охраны города.

- Я Наарам «Голова» из Бирьена. Нужно срочно поговорить.

- С кем, старик тебе надо поговорить? – нахмурившись, спросил маг. 

- Не знаю. С главным. Есть важная информация. В наш мир пришли двое, в поисках третьего который уже покинул Шигназ-Лаанир. Чутье подсказывает, нечисто тут что-то. – сумбурно заговорил старый вор. - И пить очень хочется, если можно.

- Ладно, иди за мной старик. – сказал маг и указав тому направление двинулся в сторону казарм. Там его усадили, и дали воды и приказали ждать. Через час за ним пришел один из охраны и повел к адъютанту главы Юнууса.

- Наарам «Голова» это ты? – спросил его молодой парень лет тридцати на вид.

- Да я. А ты кто? – спросил он того в ответ.

- Я адъютант главы Сорбона, Омрииш, наслышан о тебе «Голова», зачем пожаловал, да еще и таким довольно опасным способом? Дело действительно важное?

- Да, ты прав Омрииш. – ответил Наарам и пересказал ему то, что произошло несколько часов тому назад. – Я сперва не придал этому значение, а потом вспомнил - Чел который заправляет подпольными играми на Далайне, я его знаю и зовут его не Дрениш.

- Ну и что с того? Далайна огромна, это город в целый мир. Мало кто там, где и чем заведует. Ты не можешь знать всех и каждого. Да и потом, ты давно там был? Может все изменилось и теперь за главного -  этот Дрениш.

- Может быть и так. Но я сопоставил несколько фактов. Во первых, мы были под блокадой почти шесть с лишнем месяцев, и вот как только снимается блокада в мир моментально прыгают парни и ищут другого парня, который оказывается уже ушел. Что уже странно. Во-вторых, какой же долг должен быть, что бы так потратиться на охоту? На переходы, на ожидание, на артефакт, который должен сигнализировать им о снятии блокады, а он им просто необходим, на дальнейшие переходы и прочее. Поэтому я к вам и пришел. Глава Юнуус как мне помнится, объявил о блокаде, и об ее снятии тоже должен был объявить он, верно?! Так что Омрииш проверь у вас кто уходил, когда уходил, может что и нароешь, а мое дело предупредить. И если можно отправьте меня назад обычным порталом.

- Хорошо, я понял, но ты не спеши пока. Посиди тут я скоро.

Через буквально пять минут в комнату ворвался глава Сорбона и всех кланов Шигназ-Лаанира.

- Кто они и как они выглядели, говори быстро. – сходу схватив старика за грудки, прорычал глава.

- Да  рассказал я уже все, что знал твоему адъютанту, глава Юнуус. – другой бы наложил в штаны, увидев такую реакцию босса, но Наарам уже слишком долго коптит воздух, и поэтому ничего и никого не боялся.

- Скажи мне старик, как сам думаешь, кто они такие? – уже спокойней, спросил глава.

- Убийцы! – ответил «Голова». – Убийцы, преследующие свою жертву. Я практически в этом уверен. А кто он этот парень, за которым они идут? – спросил Наарам.

- Кинор освободитель. – ответил Юнуус, над чем то задумавшись.

- Они идут за нашим Кинором? – ошеломленно спросил старик. И тут же до боли сжал кулаки. Святая ясса требовала оплаты долга, защитить парня ценой жизни. – Я пойду глава, пошли меня следом я знаю, куда они направились, - зачастил дед.

- Ты отдал свой долг яссе «Голова», теперь черед молодым и сильным отдать свой. – положа руку на плечо старого вора, сказал глава. Тебя отведут домой. Спасибо Наарам. Иди. – когда за стариком закрылась дверь Юнуус срочно вызвал к себе мага открывавшего портал для Кинора и одного из трансов который был еще  и отличным боевым магом.

В комнату вошли двое магов, один из которых был трансформирован Кинором для войны с доргами и так до сих пор не вернувший себе нормальный человеческий облик.

- Ясса, требует выполнения долга, ребята. За Кинором освободителем идет пара наемных убийц. Задача перехватить и спасти того кто спас всех нас. Все ясно? – нахмурившись, спросил на всякий случай Юнуус. – За дело!

Маг портальщик открывает портал, и они оба прыгают туда без раздумья. Оказавшись строго в точке, где высадился Кинор, маги стали на колени и погрузились в себя. Святая ясса это не просто обязательство, долг, который необходимо отдать, во что бы то ни стало. Ясса это связь должника и того кому должны. Какую магию и какие заклинания использовали, что бы такое стало возможным, сейчас уже не понять, но так или иначе, эта связь и указала, где именно находился Кинор. Перед взором магов предстала следующая картина: Кинор весь переломанный лежал на камне возле горного озера в беспамятстве возможно живой, а возможно и нет. Над ним склонился один мужчина, творя над ним какую-то магию, в то время как второй стоял над ними и заносил руки для энергетического удара, об это говорила аура яркого света, исходившая от него.

«Транс, вскочив на ноги, вскричал»:- Закидывай меня туда, быстро. – что портальщик и сделал: моментально открыв портал используя связь как ориентир.

Оказавшись на краю гряды в нескольких сотнях метрах, транс увидел, как с рук мага срывается шаровая молния, и летит в Кинора. Но вдруг, тот второй, закрывает Кинора своим телом, принимая удар на себя. Это купило трансу время. Он делает умопомрачительный прыжок ввысь и вперед, и перепрыгнув с гряды на гряду, устремляется к ним. В это время убийца стал заносить руки для второго удара.  Транс был уверен, что не успеет, и он рискнул. Он рискнул ударить с расстояния, в надежде, что не промахнется, ведь Кинор находился в опасной близости от своего убийцы. Разрядив давно заготовленную цеп-молнию, транс послал ее в цель.

 

Открыв глаза, Кинор увидел низко расположенный сводчатый потолок, кое-как покрашенный белой известкой. Он почувствовал запах вареного мяса, вина и пряностей. И  понял, как сильно хочет есть. Маг не задумывался о том, где он и как тут оказался. Живой, и слава богам. Кинор попытался встать, но не смог. Он не ощущал своих рук и ног. Он вообще не чувствовал своего тела, а вот это уже немного забеспокоило сына Датана. «Зодчий» хотел позвать на помощь, но глотка с трудом смогла родить лишь невнятный хрип. Повернуть голову, что бы рассмотреть место, где он находился, оказалось так же не простым делом. Кинор почувствовал боль, и это хорошо, он был рад почувствовать хоть что то. Вспотев от натуги, молодой маг все-таки смог немного сдвинуть голову в бок, и увидел довольно большую комнату с низким потолком заставленную  винными бочками, коробками с едой и прочим хламом.

Видимо, что это было подсобное помещение, какой-то таверны или трактира. И запах мяса наверняка шел с кухни, которая располагалась рядом.

Спустя короткое время Кинор вновь провалился в беспокойный сон.      

Следующий раз он проснулся от шума. Открыв глаза, он увидел паренька, который гремел медным тазом, набирая в нее всякие овощи из корзины. Кинор попытался позвать мальчишку, но не смог. Он попробовал двинуть рукой, что бы привлечь внимание, из этого тоже ничего не вышло.  Все эти телодвижения сморили Кинора и он снова уснул.

Ему снились отец и родное поместье. Как он, загоняя непослушных кентавров в загоны, весело и безмятежно распевая песни. А купец Датан с доброй улыбкой сидел в кресле качалке с неизменной трубкой в зубах и ласково смотрел на сына. Кинору снился его названый брат Сизар, как они, прячась от наставников, распивали гномье пиво, под мелодичное насвистывание певчих птиц. И словно не было сумасшедшего марафона по мирам, не было доргов, не было сканфиса, Менкоса с его трагедией тоже не было. Он просто изучал магию в одном из самых спокойных мест в конгломерате.   

- Эй, пацан! – вдруг он услышал сквозь сон. – Просыпайся, давай.

Кинор разлепил веки и увидел сидящего напротив него здоровенного мужика с огромным шрамом на все лицо, с выбитым правым глазом, с отсеченным на половину ухом, и с переломанным  носом. Он хотел поздороваться, но не смог произнести и звука, как и в прошлые разы.

- Парень, не пытайся разговаривать и двигаться. Ты под заклинанием. Дай телу восстановится. Тебя принесли сюда всего переломанного и разбитого. Если бы не твоя броня…, я даже не знаю. К тому же ты был полностью истощен. Впрочем, и сейчас ты не в лучшей своей форме. Тебе надо лежать и дать магии тебя вылечить. Но даже магия не в силах будет тебе помочь, если ты не будешь есть. Так что давай я тебе покормлю.  – и страшный на вид верзила приподняв голову Кинору вложил тому в рот ложку с пахучей и надо сказать вкусной жидкостью. – Суп из драконьих хрящей. Питательная и целебная штука. – пояснил он. – Ешь давай!

Но Кинора не надо было заставлять, он и так был очень голоден. И потом он чувствовал, что еда ему была жизненна необходима. Если он хотел быстро поправиться, то ему надо было есть и есть много.  Кинор судорожно стал глотать вкусную похлебку, тем самым вызвав добрую понимающую улыбку, здоровенного мужика.

«Пока он ел, мужик решил представиться»:- Меня зовут Ургур по кличке «Не смотри на меня такими глазами, а то прихлопну»  Ну или просто «Прихлоп». Я уважаю святую яссу, парень. И буду ухаживать за тобой, пока не встанешь на ноги. И потом, твое кольцо, - сказал Ургур, указывая на подарок главы клана, - Ты важная птица парень. Так что не беспокойся, о тебе позаботятся, все будет в лучшем виде. Кстати место, в котором ты сейчас находишься, это мой трактир. Который как ты догадываешься, называется  « У Прихлопа». Приобрел его, на старости лет, так сказать.

Он говорил и говорил, а Кинор молча, слушал и ел.  Ощущая, как возвращаются к нему силы.

- Ну все, теперь спи. Здоровый сон и хорошая еда и ты будешь как новенький. – сказал «Прихлоп» заботливо укрыв Кинора одеялом.

В течении недели два раза в день «Прихлоп» приходил его кормить, рассказывая при этом разные истории. Кинор чувствовал, как восстанавливается его организм, сращиваются и встают на места изломанные кости, размозженные органы обрастают новой тканью, а разорванные мышцы и сухожилья вновь срастаются, становясь крепче и сильнее прежних. Очень сильная магия. Это была работа настоящего мастера целителя.

Кинор изнемогал от бездействия уверенный в том, что он полностью излечился. Маг уже был готов попытаться самому высвободится от оков чужой магии, как вдруг открылась дверь подсобки и в комнату вошла женщина. Раньше он ее тут не видел. Из-за накинутого на голову капюшона нельзя было разглядеть ее лица. Но изящные и тонкие линии ее тела говорили о молодости и силе, а клинок работы эльфийских мастеров наводил на определенные мысли. 

«Подойдя к кровати старательно пряча свое лицо, она, внимательно осмотрев Кинора, заговорила приятным голосом»: - Ты полностью восстановился маг. Это хорошо. Я буду снимать с тебя сейчас «Вуаль Дамраны».

«Эльфийская магия»: - удивился Кинор. Он читал об этом в трудах командора «Зодчих», великого путешественника Бальсирона. Который, в свое время проделал огромную работу по сбору и классификации национальной магии основных рас нелюдей, - орков, гномов, эльфов.  Кинор вспомнил, что прочел в его трудах о некой эльфийской принцессе Дамраны, которая разработала множество заклинаний основанных на магии жизни. Одна из которых называлась «Вуаль Дамраны» Сверх мощное и запретное заклинание. Эльфы тех времен многое из своих знаний прятали под замок. Чтобы другие расы не смогли воспользоваться трудами эльфийских знатоков, во вред самих эльфов. Однако это были, как и полагается заклинания из разделов боевой магии. Однако «Вуаль Дамраны», так же была внесена в этот список. По каким причинам, Бальсирон так и не смог выяснить.  И насколько Кинор мог судить по книгам, которые прочел, запрет так и не был снят. А это значит, что это дама, которая его лечит – эльфийка. Эльфы очень ревностно относятся к своим традициям, и не понятно, что могло заставить представителя древней расы нарушить свои законы и применить «вуаль» к человеку.   

- Приготовься, это будет больно. Очень больно.

Кинор кивнул головой и приготовился к боли. Однако он не мог себе даже представить, что его будет ожидать такое…

Девушка, засучив длинные рукава, оголила кисти рук и тонкие запястья и развела их в стороны, остановив одну руку над головой Кинора, а другую над его животом. Не было видимых эффектов, типа огня или света исходящих или падающих с ее рук, но маг вскоре почувствовал приятное тепло во всем теле.  Каждый член его тела каждый орган, завибрировал. Он почувствовал, как тяжелый камень упал ему на грудь, выгнав из легких весь воздух. Словно рыба, выброшенная на сушу Кинор стал хватать ртом воздух, но ничего не получалось. Невидимый камень давил все сильнее, ломая и дробя кости. А потом, он почувствовал жар нестерпимый жар. Он горел огнем. Все нервы без исключения, сигнализировали в мозг о нестерпимой боли. Кинор даже стал ощущать запах горелого мяса. Понимая, что все это ему лишь кажется, он попытался сконцентрироваться на чем-то приятном, чтобы не отключится. Кинор почему то посчитал, что это очень важно – находится в сознании. Он вновь вызвал из своей памяти образы отца и брата. Он нужен им и поэтому вытерпит любую боль и страдания. Кинор перестал обращать внимание на действия эльфийки, сейчас он был в другом месте, в месте, где нет боли. Он сидел сейчас за столом, заставленным всякой вкусной снедью, с родными ему людьми, смеясь и слушая рассказы отца о новых походах, истории Сизара о его проделках.

«Из мира грез его вывел голос волшебницы»:-  Невероятно! Ты не потерял сознание. Я поражена. – с превеликим удивлением воскликнула эльфийка, скинув с головы капюшон.

Чтобы не говорили об эльфах, одно было у них не отнять – красоту. Ослепительная краса молодой на вид девушки, пьянила и кружила голову. Кинор был почти влюблен. Это было еще одно оружие эльфов против людей - их красота. Многие богатыри и великие маги поплатились за это своими жизнями. Кинор быстро взял себя в руки и прогнал наваждение, напомнив себе о той боли, которую испытал. О том, что она вырвала его из лап принцев, сейчас он старался не думать. Он захотел встать с постели и почувствовал, как его тело наполнено силой под завязку. Рывком, вскочив на ноги и вдохнув полной грудью, Кинор прогнал по всему организму волны энергии. Волосы на всем теле заискрились и встали дыбом. Никогда он не ощущал в себе столько силы и мощи. «Вуаль Дамраны» одним словом. Однако было еще кое-что, что он не понимал, что то, что вуаль сделала с ним,  причина по которой она и была под запретом. 

- Это невозможно. – продолжала удивляться целительница. – Этого просто не может быть. Такую боль никто не в состоянии выдержать. Даже мощные маги не могут блокировать эту боль. Как ты смог?

- Это ведь не лечебная магия, ни так ли? – спросил Кинор, который стал догадываться, об истинном назначении «Вуали». - Это заклинание для пыток. Ведь так? Побочный эффект который заключается в полном восстановлении организма, для того что бы продолжить пытать с новыми силами и так вечно, если на то будет необходимость. – Кинор не был уверен в том, что его догадки верны, он просто ткнул пальцем в небо. И по реакции эльфийки было видно, что он попал в цель. – «Вуаль Дамраны» перестраивает организм, прописывая в нем способность к полной регенерации. Фактически это эльфийское бессмертие. Я прав?

- Да ты прав. Никто и подумать не мог, что Дамрана создаст подобное. Это было случайностью. И заклинание положили под замок. – удрученно ответила она. – Кинор заметил, как при этих словах зло сверкнули глаза этой странной эльфийки.

«Он положил свои руки ей на плечи, посмотрел в глаза цвета синего неба и мягко сказал»:- Пусть великая Дамрана не печалится. Это было не твое решение. Истинно-великое искусство рано или поздно должно увидеть свет. И я в неоплатном долгу перед тобой и твоим мастерством принцесса Дамрана. – сказал он, и при этих словах эльфийская волшебница древности в страхе отпрянула от него, схватившись за эфес тонкой рапиры висящей у нее на поясе. – Не пугайся, твоя тайна умрет вместе со мной, сколько бы я не прожил. Скажи только одно, что заставило тебя пойти на это.

- Ясса! – глубоко вздохнув, сказала она. - Покинув родные края, я много путешествовала. А потом сама не понимая, как это получилось, влюбилась в одного пирата. Он стал смыслом моего существования. Я прожила долгую счастливую жизнь подле этого удивительного человека, приняв его образ жизни его идеалы. И я  дала  в свое время клятву яссе, поклялась следовать кодексу. И вот я здесь пред тобой. Я твой должник по яссе и я возвращаю долг. – сказала великая волшебница и медленно развернувшись направилась к выходу.

- Принцесса! – окликнул ее Кинор. – Ответь напоследок. Почему ты не даровала бессмертие своему пирату?

- Не называй меня так. Я давно уже не та кем была. – сердито сказала Дамрана. – Я не сделала этого,  потому, что между нами не было яссы. – горестно ответила Дамрана и закрыла за собой дверь. Больше Кинор, ее никогда не видел.

Теперь когда здоровье поправлено пришло время найти учителя. Кинор обратился за помощью к «Прихлопу» но старый бандит не знал никого под именем Аглай Бильморро, он обещал выяснить, и как только у него будет информация, оповестит Кинора. Но так случилось, что Урнур все выяснил довольно быстро.  Мага с таким именем никто ни знал и тогда  Ургур посоветовал направиться в южную часть мира к пиратам с островов Гриеи. Он почему то был уверен, что если кто то и сможет помочь Кинору так это они. Попасть туда порталом было не возможно, потому что это единственное место, в Рогнире, которое не было подконтрольно орденам Пиреи и Гинжана. Архипелаг Гриеи был ненаселен и не имел никакой ценности. Поэтому так сложилось, что власть имущие никогда не интересовались этой зоной, хотя она и принадлежало королевству Пирея. Однако около восемьсот лет назад на островах обнаружили большие залежи золота, и Пирея, стала крайне заинтересована в разработке этих приисков.  Но возникли проблемы, весь район архипелага оказался аномальной зоной, где магические потоки очень плохо слушались магов. Поэтому на магию рассчитывать не приходилось. Вдобавок, южное море, в котором располагалась сеть золотоносных островов, было известно своим свирепым нравом. И наконец, там, где золото и море там обязательно заведутся пираты. Жестокие и беспощадные, готовые ради желтого метала отправится к принцам, прихватив с собой всех кто встанет у них на пути. Добыча золота в таких условиях, практически обесценивало его стоимость. Поэтому король обратился к частным картелям, оснастив их оборудованием людьми и деньгами. Пусть они сами решают все проблемы за пятьдесят процентов с добытого золота, решил король. И дело пошло. Когда власть перешла к магическому ордену, ничего не изменилось. Все старались соблюдать статус-кво. Так вот, из за аномальной природы этой зоны орден даже не пытался навести стационарный портал. А частным образом это сделать тоже было проблема, открытие портала в ту зону чем-то или кем-то блокировалось. «Прихлоп» не верил в аномалию, он думал, что это заслуга какого-то сильного мага или группы магов не подчиняющиеся орденам, и которые хотели контролировать архипелаг. Чем демоны не шутят, может этот самый Аглай и находится именно там.  Максимально близко насколько можно было прыгнуть, это грузовой порт Синдей, откуда отправляются и прибывают корабли золотодобытчиков. В этом порту происходила отгрузка добытой руды и ее дальнейшая переправка, вглубь страны. Но там было полно магов. А Кинор сейчас меньше всего искал встречи с ними. Поэтому было решено, что «Прихлоп» свяжется со знакомыми людьми на Синдеи и договорится о встречи вдалеке от главного порта в одной из рыбацких станов, а там уже как-нибудь придумать, как выйти на пиратов.

Еще неделю Кинор гостил у Ургура, пока тот наводил справки. Виды винных бочек и запахи из кухни постепенно сводили молодого мага с ума. Кинор не находил себе места, бьющаяся фонтаном энергия требовала активных действий, а вместо этого он словно мышь забился в нору и сидел, чего-то ожидая. Конечно же, он понимал, что когда за тобой охотятся все маги мира, то лучше не торопить события и все сделать как надо.  Но ожидание было хуже пытки. Он был готов пробиваться с боем, готов был сразится с целым орденом, все лучше, чем еще хоть один день провести в этой опостылевшей подсобке. Конечно «Прихлоп» мог перевести его наверх, к людям, но он опасался, что его узнают и доложат ордену о его местонахождении. Кинора это мало утешало, и он решил, что завтра с утра уйдет в любом случае. Поздно ночью открылась дверь, Кинор подумал, что это мальчишка Груль пришел взять снедь, для позднего ужина очередной группы бандитов, которые заскочили к «Прихлопу» поесть, после удачного дела.   

- Парень, ты не спишь? – раздался бас «Прихлопа». Подслеповато щурясь, пытаясь рассмотреть Кинора, сидящего в кромешной темноте

- Да нет, заходи. Уснешь тут у тебя. – угрюмо ответил Кинор, хрустя сочным фруктом в форме звезды, испускающего флуоресцентный свет.

- А что сидишь в темноте то? Свечи кончились, что ли? Вот я этому босяку задам. – сердито сказал Ургур, намериваясь устроить Грулю взбучку.

- Успокойся «Прихлоп», есть у меня свечи. Целая корзина. Просто я уже видеть не могу эти твои бочки и ящики со жратвой. – насупившись пробормотал Кинор состроив кислую мину, которая в зеленоватом свете интересного фрукта стала похожа на лицо обиженного ребенка.

- Понимаю, брат. Сам был на твоем месте. Помню, три месяца отсиживался в пещере на севере. Холод жуткий. Огонь развести нельзя, могут заметить. Спал на холодном камне и ел в основном ящериц.

«Кинору стало стыдно за свое брюзжание, и он тихо сказал»:- Ургур, прости. Ты не подумай, что я не благодарен тебе. Я в долгу перед тобой. Просто не могу больше сидеть на одном месте. Понимаешь?!

- Понимаю конечно. Молодой, кровь кипит и все такое. Сам был таким. Готов уже броситься головой в кипящий котел, да?! Но ты сам подумай, достигнешь ли ты цели, если будешь действовать опрометчиво, не подумав и не просчитав все варианты. И если надо, ты у меня здесь год сидеть будешь. Понял, щенок! – схватив его за локоть, сказал «Прихлоп». – Но да ладно, не делай ты такие круглые глаза. Не придется тебе сидеть тут год. Вышел я на нужных людей. Завтра ночью отправим тебя куда надо. – похлопав молодого мага по спине сказал он и кряхтя встав с кровати направился к выходу из подсобки. – И вот еще что, Кинор освободитель, ты мне ничего не должен. Святая ясса, о! – воздев указательный палец вверх, воскликнул старый бандит. 

Следующей ночью, Ургур вывел Кинора из погреба наружу. Маг впервые увидел, как выглядела верхняя часть трактира «У Прихлопа». Довольно обширное помещение, заставленное старой мебелью - столами стульями и диванами с порванной местами кожаной обивкой, пол был устлан грубыми досками, которые скрипели и требовали ремонта. Оконные проемы затянутые бычьим пузырем, и дыры в потолке через которые можно было наблюдать звезды, единственный атрибут былого богатства были чадящие масленые светильники работы мастеров гномов. 

Кинор вспомнил, что ни разу, за все время его пребывания в погребе у Ургура, мальчишка Груль не наполнял кувшины из находящихся в погребе бочек. Он понял, что там просто нечего было брать. Одинокие головки сыра и вялые овощи вот и все что хранилось на складе у «Прихлопа». Пару раз приносили туши, каких-то животных, которые в тот же день забирали на кухню. Хозяин бедствовал.

«Сын купца удручающе посмотрел на здорового, но уже совсем не молодого бандита с искалеченным лицом и сказал»:- Друг мой, почему ты ничего не говорил о своем положении?

- А что тут скажешь?! Даже бандиты брезгуют у меня останавливаться. – грустно улыбнувшись ответил он. За редким исключением, да и то приходят со своей едой. Не парься парень, «Прихлоп» и не такое переживет. – с напускной бравадой и одновременно смущением в глазах подбодрил он Кинора. – Ладно идем, на улице тебя ждет маг портальщик который перебросит  к рыбацкой деревушке близ Синдея. Они в курсе всего, им можно доверять. Во первых там встретишь человека по кличке «Пятно». Почему пятно?! Потому что у него на лбу большое родимое пятно в виде подковы. Он мой должник. Во вторых за тебя всю работу сделает ясса. И в третьих твое кольцо убедит остальных. Тебя доставят к пиратам, и вот там ты уже должен будешь действовать на свой страх и риск. Все ясно братишка?

- Мне все ясно Ургур. Но подожди немного, есть еще кое-что. – сложив три пальца Кинор попросил подождать. Он достал пространственный мешочек, который чудом уцелел и не был утерян во всей этой беготне.  Высыпав на стол гору золота, он отмерил пять тысяч талантов. И подвинув их в сторону хозяина трактира, сказал, - «Прихлоп» возьми эти деньги и приведи свои дела в порядок.

- А ну спрячь золото обратно пока я тебе лещей не надавал мелкий ты засранец, - сердито, нахмурив кустистые брови, сказал Ургур. Я же сказал, святая ясса, я выплачивал свой долг и ты мне ничего не должен.

- Дурак ты «Прихлоп». Это не плата. Это вложение в твое дело. Я вкладываюсь в твой трактир и выкупаю часть. Скажем десять процентов. Согласен?

- Десять процентов? Да на это золото ни то, что десять процентов, весь трактир и хозяина с потрохами купить можно, а это гора ничуть не уменьшится.

- Ургур, я сын известного на весь сектор купца Датана, я знаю в этом толк и могу отличить прибыльное дело от не прибыльного. На это золото ты отремонтируешь здание, а лучше снеси этот сарай и построй красивое добротное здание, а так же достроишь или построишь новое под комнаты для тех кто захочет выспаться или остановится у тебя на некоторое время, закупишь первосортные продукты и алкоголь, наймешь профессиональных поваров и красивых официанток и поверь мне, дела твои взлетят в гору, а заодно и мои проценты. Усек «Прихлоп»? И пока я не вернусь, вкладывай мои проценты в дело, не зарывай их на заднем дворе в землю. Вернусь, рассчитаемся. А не вернусь, передай их своим детям как подарок на день рожденье. Ясно тебе?! Или я не подхожу тебе  как партнер?  – хитро улыбнувшись, спросил Кинор.

Битый жизнью бандит, на лице которого можно было прочесть насколько она была бурной, стоял не находя слов. Огромные кулаки привыкшие душить и крушить бессильно сжимались и разжимались. Он не был дураком и понимал, что на самом деле хотел этот мальчик. И он так же понимал, что отказываться не стоит. Подарок сделанный от чистого сердца не может принести несчастье и он кивнул головой соглашаясь с предложением этого странного паренька, на пальце которого красовалось кольцо Имульга  и которому весь преступный мир был должен по закону святой яссы.

- Вот и отлично, - выдохнув с облегчением, сказал Кинор, ожидая яростного сопротивления. – А теперь пошли друг. Не гоже заставлять ждать уважаемых людей. – и они вышли во внутренний двор трактира.

Там их ждал не молодой маг, готовый открыть портал в любой момент. Увидев приближающуюся пару, он без разговоров, стал творить заклинание перехода, пробив пространство, соединил две точки – вход и выход, и в воздухе появилось окно небольшого размера.

- Поскольку там тьма магов, поэтому мне пришлось идти в обход, иначе засекут. Надо торопится, лезь в окно давай, пока орден не почувствовал искажение пространства. – сказал маг, как только к нему подошли «Прихлоп» и паренек которого надо было доставить в Синдей.

- Удачи Кинор! И пусть Имульг царь воров вершит справедливость, и впредь будет прикрывать твою задницу. Пусть карманы твои ломятся от золота, а чарка твоя с вином да не покажет дна. Пусть постель твоя будет согрета горячим девичьим телом, а ножи твои всегда найдут свою цель. Пусть сила не покинет твоих рук, а глаза останутся зоркими как в дни молодости.  - произнес Ургу древнее напутствие.

- Прощай брат, - махнул рукой Кинор и сиганул в окно, из которого тянуло соленым морским  воздухом, и доносился шум прибоя.

 

Кинор вывалился из портала и упал на морскую гальку. Он попытался встать, но сильный холодный штормовой ветер сбил его с ног. Вдруг его кто-то подхватил под руки и помог, встать на ноги. Молодой маг оглянулся и увидел небольшую группу людей во главе с человеком, с большим пятном виде подковы на лбу. Внимательно рассмотрев Кинора, тот молча, махнул рукой, и его отвели в рыбацкую хижину на холме.

Сидя у очага и пробуя на вкус местный алкоголь, маг ждал, пока с ним заговорят. «Пятно» все так же молча посасывая винцо из кувшина с узким горлышком рассматривал гостя, думая о чем-то своем.

- Я разговаривал с «Прихлопом», - вдруг просто начал он. – Ты тот, кто требует выплаты долга по яссе? – спросил он, хитро прищурившись.

«Кинор понимал среди кого он находиться и поэтому решил вести себя напористо и нагло»:- «Пятно», я не совсем понимаю, что ты у меня спрашиваешь. С тобой говорили тебе, все разъяснили. Этого мало? – подавшись вперед спросил Кинор глядя тому прям в глаза. - Ты разве сам не чувствуешь зов клятвы яссе? Если нет, то у тебя проблемы  «Пятно». И если этого недостаточно, то взгляни на кольцо Имульга на моем пальце. Но если вдруг так сложилось, что и это тебе не авторитет то возможно золото в моих карманах смягчит этот стальной блеск, в твоих глазах.

- Не дергайся пацан и не пытайся меня пристыдить не на того напал. Плевать я хотел на твое кольцо, на яссу, и твое золото. Если оно мне понадобится, я сам его возьму. – махнув рукой сказал бандит. – Мне интересна твоя история, расскажи мне все от начала и до конца. Ночи здесь длинные и холодные и меня окружают сплошные бестолочи из местного населения. Тоска страшная. Развлечешь меня, так и быть отпущу на все четыре стороны, а нет, пущу на корм рыбам, или ордену отдам за награду. Они ведь тебя ищут, ни так ли?! – озорно сверкнув глазами, спросил бандит.

- А как же ваша с «Прихлопом» договоренность? – обалдев от услышанного, спросил Кинор.

- А что «Прихлоп», он уже не в удел. Старый немощный дурак, который отказался от лихой жизни в угоду спокойной старости. Трактир вон открыл, в который никто не заходит. Не жизнь, а сказка.

- Значит, твое слово ничего не стоит! - сердито сказал маг.

- Ну почему не стоит. Очень даже стоит, только вот вопрос в том, кому его действительно давать, а перед кем и покривляться не грех.

- Слушай сюда «Пятно» - медленно встав со своего места, тихо сказал молодой «зодчий», - Я не собираюсь тебя развлекать. Тоже мне скомороха нашел. Если думаешь, что сможешь взять меня голыми руками, то спроси у своих друзей из ордена, во сколько я им обошелся и посчитай, выгодно ли тебе это будет. А то, знаешь ли, от натуги и селезенка лопнуть может. – Кинор мгновенно сконцентрировался к моментальной трансформации. Волны энергии прошлись по всему телу, скапливаясь и аккумулируясь в точках выхода. С его уст готовы были сорваться заготовленные боевые заклинания, нацеленные на нагло ухмыляющегося бандита и возможных его подельников находящихся снаружи. Огонь в очаге и в светильниках практически потух из за мощного забора силы из потока, его руки засветились и загудели от переизбытка энергии, он был готов к бою.

- Ого! Теперь я верю, что ты тот кого все называют Кинор освободитель. – совершенно спокойно отреагировав на проявление силы, сказал бандит. - Я сам маг и кое-что в этом смыслю. Способ выкачки энергии совершенно не похож на то, как это делают местные. Немного затратный, но видимо это из-за нехватки опыта. Ладно, успокойся пацан, выпусти пар, а то лопнешь. Не враг я тебе. Это было проверкой. В последнее время орден конкретно взялся за пиратов, а мне не хочется подставлять своих друзей и засылать к ним непонятно кого. Не верю я и в то, что орден вызвал мага извне только для того что бы попытаться сунуть шпиона пиратам. Так что добро пожаловать, пацан. Пойми, «Прихлоп» хороший мужик только доверчивый, а я не такой доверчивый. Давай спускайся уже с неба на землю пока маги не почувствовали, что кто то тут неподалеку работает с потоком.

Все еще не доверяя тому, кто недавно ему угрожал, Кинор аккуратно вернул в поток позаимственную силу, и при этом, не расслабляясь, сел обратно на стул.

- Что дальше? – спросил Кинор немного дрожащим голосом. Его все еще мелко трясло от возбуждения. Приятно было почувствовать, спустя долгое время, как волны чистой силы бурлят в его естестве. Кинор ощущал, что он способен намного больше того на что мог рассчитывать раньше. Подарок Дарманы говорил сам за себя.

- А что у нас по плану? – снова присосавшись к кувшину  как ни в чем не бывало спросил «Пятно».

- Мне нужно попасть к пиратам.

- Не проблема, а зачем?

- Я ищу одного колдуна отшельника, звать его Аглай Бильморро. Знаешь такого? – с надеждой в голосе спросил Кинор бандита.

- Хм. Нет, не знаю. – пожевав немного губу, ответил тот. – А с чего ты решил, что пираты будут знать?

- Ургур мне сказал. Он навел справки, и если кто-то и будет знать так это только пираты. Ну а если и они мне не помогут, то я просто покину Рогнир и вернусь домой.

- Ну ладно. Я сосватаю тебе пиратов. Но ты должен знать одну вещь. Про яссу и кольцо я, конечно, просто так сказал. Я глубоко уважаю кодекс и верен атрибутам власти короля воров. Но вот пираты эти сделаны совсем из другого теста. Они не из наших. Это потомки тех золотодобытчиков обычных парней, которые разрабатывали прииск еще в самом начале, а потом видимо тяжелый труд и лишения заставили их выйти в открытое море и продолжить добычу золота уже не на земле, а на воде. Они не уважают яссу, а твое кольцо для них просто глупая не имеющая цены железка. Сечешь?

- Спасибо за предупреждение. Я должен рискнуть. Этот маг мне очень нужен.

- Ну хорошо. В таком случае располагайся поудобней. Придется ждать. И сколько времени придется ждать, я не знаю. Может пару дней, а может и пару месяцев. – сказал «Пятно» и вышел из хижины оставив Кинора наедине, размышлять о том, когда же закончатся его мытарства и придет ли этому когда-нибудь конец.

Рыбацкая деревня или правильней сказать небольшой стан в десяток покосившихся домиков стоял на довольно большом отдалении от города Синдей. Главного порта и перевалочного пункта для золотой руды, а заодно и рыбы. Со стороны можно было подумать, что это обычная рыбацкая деревенька. Висящие на кольях сети, лодки на берегу, развешенные для сушки грозди рыб и так далее. Только на самом деле все обстояло не так. Это место являлось перекрестком для потоков и поэтому, тут можно было открыть портал так, что его не заметят маги ордена. Через этот  стан пираты переправляли награбленное на материк. Тут заключались крупные сделки, сюда же доставлялись необходимые пиратам товары. В общем, непримечательный поселок был превращен в серьезную перевалочную базу. Множество сканирующих заклинаний самостоятельно дрейфовали по периметру  поселка и прилегающих к нему территорий, готовые, в любой момент среагировать и сообщить о нежеланных гостях, если таковые вдруг появятся. Все в округе было усыпано магическими и не только, ловушками и капканами. А еще на территории базы были размещены с десяток серьезных артефактов пробивающих пространство, которые при срабатывании сигнализации одновременно должны открыть по два портала, давая возможность всем находящимся скрыться в самых различных направлениях. В общем, все было сделано по высшему разряду. В самых лучших традициях диверсионного подразделения армии какого-нибудь короля. Хотя удивляться тут было нечему, когда речь идет о золоте в больших количествах, в особенности если золото это краденное, а за твою голову дают как за не большой фрегат, то безопасность становится вещью первостепенной. Поэтому тут особо не разгуляешься без опасения врубить сигнализацию или попасть в капкан или ловушку. 

Кинор изнемогал от безделья. Все это его жутко бесило. С каждым днем молодой маг становился все мрачнее и мрачнее. Прошли две недели, к деревне никто так и не причалил. Кинор чувствовал что его разводят, или по крайней мере это была снова какая-та проверка. Продовольствия в поселке было с избытком. Бочки, заполненные превосходным вином и пивом. Мешки с вяленым мясом и сухарями, солью и сахаром. Ящики с сырами и сушеными овощами. Тьма тьмущая засушенных трав и кореньев. В общем, все это ждало своего хозяина. Вопрос, когда он появится. Кинор обладал многими талантами, но терпение не было одним из них. Точно так же он страдал в погребе у «Прихлопа», а теперь еще тут ему приходилось маяться, в ожидании встречи с пиратами. Так или иначе, ему придется взять себя в руки и таки дождаться встречи, ведь это был единственный выход на старого мага. Он не хотел возвращаться в орден после похода, который занял почти год, при этом, так и не найдя Аглая Бильморро. Какими глазами на него посмотрит Иссина, и все остальные командоры. Основатель ордена не иголка в стоге сена, можно было бы и разыскать. А он вернулся несолоно хлебавши. Это позор. Нет, он будет ждать этих проклятых пиратов столько сколько нужно.

Чтобы не тратить время просто так, Кинор стал тренироваться, доводя до автоматизма процесс забора энергии с потока и ее аккумуляцию в нужных точках. Он тренировал себя выводить боевые заклинания мгновенно, не тратя времени на поиск и составление нужных формул.

Кинор находился в трансе, когда кто-то вошел в дом и внимательно стал наблюдать за происходящим. Маг почувствовал присутствие человека, он знал, что единственный кто мог зайти к нему это «Пятно», а это значит, что есть новости насчет встречи. Кинор заставил себя медленно не торопясь выйти из транса, и привести себя в порядок, не показывая возбуждения и сильной заинтересованности.

- «Пятно»?! Привет.  – с напускным спокойствием поприветствовал Кинор бандита. – Есть новости?

- Да. Есть. Иначе я бы не пришел. Сегодня вечером прибудет корабль для обмена. Ты уйдешь с ними, я договорюсь. Но должен еще раз спросить тебя маг. Ты уверен, что хочешь этого? Потому как там ты будешь предоставлен сам себе. Ты чужой для них. А чужих они очень не любят. Даже с нами они делают дела, через не хочу. Понимаешь?  Они ничем мне не обязаны. И твоя жизнь ничего не будет стоить в их глазах. Я даже не знаю, чем ты можешь их заинтересовать, чтобы они тебе помогли отыскать этого твоего Аглая.     

- Спасибо тебе «Пятно» за предупреждение. Но я все решил. Как-нибудь разберусь.

-Ну, хорошо парень. Твое дело. Жди вечера. И мой тебе совет не показывай страха, но и борзеть не стоит. Попробуй уговорить их отвести тебя к «отцу». Это что то вроде их «пахана», ну главный их. Понимаешь? – Кинор кивнул головой давая понять, что все понял и осознал. – Эх, в петлю лезешь, пацан. – махнул рукой бандит.  

С заходом солнца, когда густой туман повис над морем, группа из нескольких человек с факелами вышли к воде, помахивая ими в стороны, словно миниатюрные маяки, указывая направление. И вот из тумана показались носы трех крупногабаритных шлюпок. Из них стали выпрыгивать подтянутые парни с кривыми саблями в руках. Некоторые несли в руках артефакты. Назначение которых было не ясно. Дюжина пиратов вытянула шлюпки на берег и увереным шагом двинулись к группе  поджидающей их на берегу. «Пятно» вышел вперед и стал с ними общаться. После недолгого общения они о чем-то договорились, и пошло движение, с лодок стали сгружать объемистые мешки с чем-то, а из рыбацких домиков люди стали переносить на лодки продовольствие и прочие товары. Кинор наблюдал чистый бартер.

Затем «Пятно» помахал рукой Кинору, подзывая его.

- Сирен, вот этот пацан, о котором я тебе говорил. – сказал «Пятно» обратившись к низкорослому мужику с широкой грудью, мощными бицепсами и со свирепым лицом.  

Пират подошел к Кинору, и оказалось, что тот был на голову ниже его. Но совершенно по этому поводу не комплексующий. Он тяжело посмотрел на Кинора своими глубоко посаженными глазами. Но парень выдержал тяжелый взгляд пирата. Хотя чувствовал себя при этом очень не уютно.

- Чего так смотришь?  Понравился что ли? Так ты не в моем вкусе, Сирен. – сказал Кинор заметив как побледнел «Пятно».

- Крутой да? – хрипло спросил пират.

- Не люблю когда на меня пялятся. Ты что себе кентавра выбираешь? «Пятно» обрисовал тебе ситуацию, так что давай по делу. Ну а если действительно понравился, так я тебе свой портрет подарю. Будешь одинокими ночами любоваться.

Пират сжал эфес своей сабли. Возникшая между ними  напряженность готова была в любой момент взорваться. «Пятно» замер и задержал дыхание.  А потом вдруг пират захохотал каркающим смехом.

- Ты мне нравишься, малой. Давай грузись в лодку, отправляемся. – сказал он отсмеявшись и указал на одну из шлюпок. 

Попрощавшись с «Пятном» Кинор пошел к указанной пиратом лодке. Забравшись в нее, он оказался в обществе трех головорезов, все как на подбор – жилистые с мощной мускулатурой и свирепыми рожами.

«Один из пиратов кинул Кинору весло и приказал»:- Греби давай!- Кинор не стал качать права, а покорно взял весло и начал грести.

Вереница груженых лодок шла в тумане все дальше и дальше удалялась от берега, вглубь моря. Морские демоны знали свою работу очень хорошо, поэтому спустя пару часов активной гребли показались два внушительных корабля. Пираты быстро перебросили груз с лодок на корабли, затем подняли шлюпки и закрепили их на кильблоках. Кинор оказался на более крупном корабле пиратов. Капитан корабля огромный детина, с невероятно длинной бородой заплетенной в косу шепотом отдавал приказы боцману, а тот так же тихо передавал их команде. Кинор заметил, что все дорогу до кораблей, сама отгрузка и действия всех без исключения матросов проходили в тишине, никто не кричал и не шумел. Причину этому  он поймет позже, а пока он, так же как и все, пытался соблюдать тишину, чтобы это не значило.

Молодой маг заметил, как один из матросов по приказу помощника капитана бросил нечто в море. После этого вокруг корабля появилась матового цвета пелена, обхватившая все судно.

«Защитный купол»: подумал Кинор.

Второй корабль проделал тоже самое. И два судна пришли в движение выстроившись один за другим стали заметно набирать скорость. Режим секретности соблюдался вплоть до заката. А потом, видимо перейдя некую границу, был снят купол и пираты перестали шептаться и ходить на цыпочках. К Кинору на которого до сих пор не обращали внимание, подошел знакомый ему пират, Сирен.

- Ну что парень, пойдем. Тебе хочет видеть капитан. – криво ухмыльнувшись своим мыслям сказал пират.

Они вошли в каюту капитана. За широким столом из цельного дерева сидел бородатый мужик, с добрыми глазами приветливо улыбаясь. Кинор понимал, что внешний вид этого морского демона обманчив. И расслабляться было нельзя.

- Ну здравствуй, дорогой гость. – пошевелив усами произнес великан.

- Мое почтение капитан. – уважительно поприветствовал Кинор.

- Я не совсем понял причину твоего тут нахождения. Зачем ты здесь? Что тебе надо?

- Капитан, меня зовут Кинор сын купца Датана. Я послушник ордена свободных магов. Я уже целый год идут в Рогнир, в надежде найти тут старого мага, основателя нашего ордена, Аглая Бильморро. У него я должен продолжить обучение.  Мне сказали, что если кто и сможет мне в этом помочь так это ваше сообщество капитан. Возможно, маг которого я ищу, находиться на островах. Я прошу вашей помощи в моих поисках.

- Скажи мальчик, тебе кажется, что ты находишься в бюро находок? А я добрый старый гном, который за символическую плату поможет тебе найти папу с мамой? – издеваясь, спросил капитан пиратского корабля. – Я не знаю, о чем ты там договаривался с Сиреном. Мне наплевать. Дай мне хоть одну причину, не отрывать тебе башку прям сейчас.

- Да нет, мне так не кажется капитан. – добавив немного стали в голос медленно ответил Кинор. – Я точно знаю, где я нахожусь и кто передо мной. Я стою в каюте капитана пиратской бригантины. Который, может сделать со мной все, что захочет. Или, по крайней мере, попытаться. Я готов оплатить поездку на архипелаг капитан.  Я не создам Вам проблем. Просто отвезите меня на острова, а там я сам.

- Ишь ты, какой прыткий, на острова его отвези. Оплатить собирается. Угрожать вздумал. Да что ты о себе возомнил, червь?! – грозно сказал капитан, встав во весь свой огромный рост. – Ты мне не интересен. Совсем. Хотя, ты же маг, да?! Прекрасная возможность проверить на тебе наши новые боевые артефакты.

На лице Кинора не дрогнул ни один мускул. Моментально как на тренировках он сконцентрировался готовый к мгновенной трансформации, он потянулся к потокам и … Ничего.

Капитан с улыбкой наблюдал, как изменилось выражение лица Кинора.

- Все верно колдунчик. Нет тут для тебя силы. И не надейся. – весело сказал бородач, поглаживая трольский череп оформленный драгоценными камнями. А за его спиной, откуда не возьмись, возникли три матерых пирата с ножами в руках. Кинор был уверен, что этот череп был сильнейшим артефактом блокирующий магию. Он понял, что попал. Это конец.

«Вдруг в каюту ворвался помощник капитана и прокричал»:- «Борода», патруль на горизонте. – только ему было позволено называть капитана по кличке.

- Как патруль? В этих широтах они же не ходят. – ошеломленно спросил капитан. 

- А теперь ходят, босс. Три корабля. Механизированные, гномья робота. Идут под броней. Сканеры говорят около шести десятков магов. Что будем делать «Борода»?

Десять секунд времени, понадобилось старому морскому демону, что бы принять решение как действовать дальше.

- Всех свистать наверх,-  приказал он. Весь арсенал на готовность. Вывести броню. Подготовить металки. Пятерых под воду.  Сцепить корабли. Задействовать фату. - выстреливая распоряжениями капитан быстро облачился в доспех вытачанный из горного хрусталя. Открыл сундук и стал доставать оттуда всякие разные предметы наполненные силой, это Кинор определить сумел. Он аж побледнел, увидев такое разнообразие мощных артефактов, которые были в распоряжении у обычного пирата.

- А что с ним? – спросил помощник.

- А его, в трюм под замок. Потом разберемся. – кинул капитан и быстро вышел из каюты.

Кинора схватили за шиворот и потащили сперва наружу, где он успел увидеть приготовления к бою с орденским патрулем. Тяжелые металлические пластины уже покрывали борта бригантины, паруса спущены, а из брюха судна доносился какой-то гул. Корабль двигался, несмотря на спущенные паруса, видимо благодаря некому  магическому двигателю. Кинор заметил, как второй корабль состыковался с первым, и задействованный артефакт стал преобразовывать их, сращивая два судна в одну конструкцию, тем самым увеличивая мощность и устойчивость. Все пираты были облачены в необычные доспехи из того же материала, что и капитанский доспех. Кинор подозревал, что все доспехи были артефактами.

«Демонов вам на макушки,  да откуда же тут так много первоклассных артефактов?»- подумал Кинор.

- Быстрей шагай, - поторопил его конвоир.

- Слушай друг. Я могу помочь.  Я не плохой маг. Не надо меня запирать. – пытался Кинор урезонить пирата.

- Какой я тебе друг, шерсть. Двигай булками, пока я тебе их не оторвал. – прикрикнул он, при это больно ударив сына купца по голове. 

Кинор был вне себя от злости. Но трольчий череп охранял плешивого пирата от гнева молодого «зодчего», крепко ухватив Кинора своими щупальцами не давая возможности запустить руки в поток и набрать силы.         

Кинора сбросили в трюм и рядом положили этот злополучный артефакт, чтобы маг чего не учудил.

Кинор сидел в брюхе пиратского судна, не имея возможности, что-либо предпринять. Спустя полчаса затишья он вдруг услышал и почувствовал шум и удары. Наверху шел бой. Закусив губу, Кинор ждал. Сотрясения судна все увеличивались. А шум от взрывов огненных шаров или еще чего просто оглушали. Как вдруг рядом раздался взрыв, который выбил из Кинора дух. Спустя какое-то время, придя в себя, он обнаружил огромную пробоину в борту бригантины. Пострадала так же и его клетка, плечо был вывихнуто ударом, а на лоб стекала кровь с рассеченной головы. Кинор вылез из клетки, пнул подальше от себя череп и почувствовал, как сила вливается в него. Благодаря Дамране  тело моментально затянуло раны, встало на место плечо. Кинор был готов к бою. 

Он бросился к пробоине в которую толчками заливалась морская вода грозя затопить судно. Опустив в воду руки он произнес заклинание  перестаивающее молекулы воды определенным способом образуя кристаллическую решетку или другими словами он заставил всю воду превратиться в лед, одновременно закрыв собой пробоину.

Затем он выскочил на палубу, на которой творился форменный хаос. Все что могло гореть горело и плавилось. Он увидел, что одно из двух кораблей патруля шло ко дну. Но зато, два оставшихся методично обстреливали спаянные пиратские бригантины огнем водой и воздухом.  Пираты пускали металками – небольшими катапультами,  бомбы артефакты. Но они мало чем помогали, ибо их сбивали еще на подлете.

Яростно крича, бородатый капитан продолжал обстреливать корабли патруля без видимого на то успеха. Пираты фактически были обречены.  Капитан подозвал одного из матросов надел ему на пояс какое то устройство. И поцеловав в лоб, указал на патруль.  Матрос сплюнув прыгнул в воду и очень быстро поплыл к кораблям полностью покрытыми стальной броней.

Кинор не переставая наблюдать за пиратом в воде, создавал в воздухе сети из капель воды, для отражения огненных шаров, а точнее делая их, не столь эффективными как хотелось бы магам из патруля. Сбивал ударные волны воздуха, направляя их в стороны, где благодаря им, рождался невероятный по силе шторм. Огромные волны грозящие накрыть пиратов и смолоть их в труху он останавливал проверенным способом- превращая их в лед.  Что кстати было не очень хорошо потому, что пиратские судна оказались, закованы в лед, потеряв возможность к маневру. Тем временем матрос, за которым вполглаза наблюдал Кинор, доплыл к одному из кораблей патруля. И тут же раздался сильнейший по силе взрыв. Облако дыма и воды объяло корабль. Но когда все спало, к великому разочарованию пиратов перед ними предстало совершенно невредимое судно. Защита у корабля ордена была отменной. Проклиная все на свете, капитан беспомощно оглянулся по сторонам. Их глаза встретились. Кинор улыбнувшись подмигнул бородачу и ласточкой прыгнул за борт. На ходу трансформируя свое тело под морского монстра.

Кинор стремительно по диагонали уходил на глубину, одновременно погружаясь и приближаясь к кораблям патруля. И вот когда он достиг глубины трех корабельных корпусов, находясь строго под одним из них, он стал закручивать водоворот. Все быстрее и быстрее острием вверх, а потом еще один и еще и еще. А затем  придавая ускорение он послал их верх. Достигнув  киля и бортов судна они словно сверла стали ввинчиваться в метал, разрывая его на части. Пара секунда и корабль буквально разлетелся на куски и все что на нем было разорвано и раздавлено. Еле еле Кинор успокоил смерчи. Оставался еще один корабль, и с ним подобный фокус уже не пройдет. Но в арсенале молодого мага было еще кое-что. Незаметно подплыв к последнему судну, он прикоснулся к нему руками, ощущая структуру, метала ее особенность. Кинор видел магическим зрением, как много защит было наложено на броню. Однако тот, кто заколдовывал листы брони, не подумал защитить ее от коррозии. Лишь специальная смола, которой был покрыт корабль, защищала ее от воздействия воды. Ну что же они получать урок. Кинор произнес заклинание, которое стремительно распространяло по всей обшивки  корабля, губительную ржавчину. Словно волна из бешеных муравьев, коррозия стремительно расползалась по всей площади судна, пожирая, метал. Корабль разваливался на глазах. Тем временем, освободившись от ледяных оков спаренные пиратские бригантины, подошли вплотную к разлагающемуся на глазах металлическому каркасу, и стали добивать болтавшихся в воде магов, чем только не придется. На их головы скидывали  огонь и лаву, поливали кислотным дождем, просто обстреливали отравленными стрелами. А они словно дети не мощные ничего не могли сделать в ответ. Рядом с ними плавал ухмыляющийся череп тролля.  Кинор находился на небольшом отдалении от бойни, с одной стороны он понимал, что орден ни друг ему, и при случае они бы пленили его и демон знает, что еще с ним сделали бы. Но вот такая смерть, словно они слепые котята, которых топит в мешке жестокий ребенок, эта смерть недостойна боевых магов. Но пираты есть пираты. Главное победа. Кинор вывел из всего этого еще один урок.

- Пацан! – услышал он знакомый голос Сирена. – Давай руку! – за всеми этими размышлениями, Кинор и не заметил, как к нему подплыла лодка. Взобравшись на лодку и зябко поежившись, Кинор благодарно кивнул пирату.

Поднявшись на практически разбитый пиратский катамаран из огромных бригантин, Кинор проследовал на мостик где стоял Капитан. С опаленной бородой, разбитым и расплавленным доспехом, с перевязанной головой, но жутко счастливый, он выкрикивал приказы, восстанавливая порядок и возвращая кораблям способность двигаться если не так как раньше, то хотя бы достаточно хорошо, что бы добраться до дома.

- Мальчик мой, - распростер он объятья, ожидая пока в них упадет Кинор. – Ты всех нас спас.  

- Не в первой, - тихо пробормотал он, не спеша броситься, на шею капитану.

- Не держи зла, парень. Такова наша жизнь. Все проверяется в деле, никому не верят на слово.  Пойми, ты совершил нечто такое, за что пираты архипелага будут тебе должны по гроб. – торжественно сказал Капитан поглаживая свою опаленную бороду.

- Тьму демонов тебе в печень и в селезенку, капитан. Не нужны мне ваши, обязательства. Надоело! Каждый раз когда я вмешиваюсь в ваши разборки, гибнут люди и много людей, а потом то ясса то долг по гроб жизни и вся прочая ерунда. Я освобождаю вас от всех мать вашу долгов. Просто помоги мне найти нужного мне человека, и все. Ясно тебе или нет, капитан? – прокричал Кинор от избытка чувств.

- Хм. Ясно конечно. Не дурак поди. Найдем мы этого мага. Че кричать то? А долг останется по любому. Так у нас заведено. И ни тебе менять сложившиеся веками устои. – Кинор понимал насколько это безнадежно и бесполезно, пытаться что-либо им доказать, а поэтому просто махнул рукой, и уселся на чудом уцелевший табурет, опустив вдруг ставшую тяжелой голову, на руки.

Более десяти дней заняло морским разбойникам, чтобы достичь родных берегов. Кинор посмотрел на раскинувшиеся  острова архипелага, их было более сотни разбросанных на огромной площади. Можно было сказать, что это было целое островное королевство. Одни маленькие другие большие, огромные и совсем крохотные.  Причем на некоторых шла добыча желтого метала, на других проживали те, кто отнимал добытое золото, и  где-то посередине разделяя их на два лагеря, жили просто обычные люди.  Причалили они конечно к острову на котором жили пираты. Их встретили с возгласами удивления, рассматривая, во что превратились две мощные бригантины, а потом узнав причину такого состояния кораблей удивление сменилось на гнев и уже позже на восхищение и радость от того, что бравые братья утерли носы орденскому патрулю, потопив их три корабля.  Видимо до сих пор пираты старались избегать прямой конфронтации с магами ордена. Так или иначе, Кинор с радостью покинул осточертевшую посудину и направился в город. Все тот же Сирен вызвался быть его гидом и сделал Кинору не большую экскурсию по пиратскому городу Гринбо.  Город как город ничего примечательного. Кинор заскучал.

- Сирен должен сказать, что город прекрасен. Но ты же помнишь, зачем я тут, верно?

- Не беспокойся маг. Все на мази. Вечером тебя пригласят к отцу. Он окажет тебе свое уважение и благодарность за спасение ценного груза. – что было ценного в вяленом мясе и сахаре Кинор ума приложить не мог, но да ладно, это его не касается.- И тогда ты попросишь его найти нужного тебе человека. И поверь мне, если он находится в этой стороне света, то ты будешь об этом знать.

- Хорошо если это так. Слушай Сирен может, хватит с меня местных достопримечательностей, может в кабак пойдем? – с надеждой спросил Кинор, потому что ему ну уж совсем было тоскливо лицезреть закоулки пиратского городишки.

- Наш человек. - обрадовался Сирен. Который и сам предпочел бы кувшин вина и отбивную прогулке под палящим южным солнцем по вонючим улицам Гринбо.

Пройдя пару кварталов они зашли к какую-то подворотню заканчивающаяся низкой дверью, не долго думая Сирен отворил дверь вошел в нее и потянув Кинора за рукав потащил за собой. Кинор не успел удивиться, большому помещению открывшееся его взору, как к ним подбежали два пацана, и схватив за руки потащили мимо барной стойки к свободному столику, на ходу забирая со стойки кувшины с вином. Не спрашивая, что господа желают, стол мгновенно был заставлен едой и питьем. И как только гости опорожняли сосуды, их тут же меняли на новые. Заведение было переполнено людьми. Народ ел и пил, пел и танцевал. В общем веселился. Нормальное естественное веселье, обычных простых людей. Да конечно стоит отметить, что это были воры и убийцы, головорезы и мерзавцы, морские демоны как их величают на материке. Но пока они здесь, они на время забывали о реках крови ими пролитой, о загубленных душах.  Об этом не думал и Кинор, он просто отдыхал.

«Как вдруг спустя пару часов расслабона, Сирен кричит ему на ухо»:- Пацан, надо двигать. Отец ждет тебя, как я и говорил.      

Они быстро покинули кабак, оставив там серьезную сумму золотом. Чем вызвали радостные улыбки пареньков официантов.

Ведя через проулки и незаметные переходы, Сирен вел Кинора на встречу с самым главным пиратом. Остановившись у неприглядной двери Сирен указал Кинору на вход. И молча, его подтолкнул.

«Тут что все помещения замаскированы под непонятно что?!»- подумал молодой маг, открывая скрипучую дверь. Войдя в темное помещение он увидел двух громил. Которые, закрывали своими телами еще одну дверь.

- Оружие, артефакты, личные вещи на пол. – приказал один. Что Кинор и сделал, не говоря и слова.

- Надень пояс. – приказал другой. И маг вновь подчинился, тут же почувствовав блокировку магии. Умно.

Проверив посетителя еще раз, охрана расступилась, приглашая его пройти дальше в следующую дверь.

Кинор отворил дверь и попал в небольшую комнату с порталом. Что же, этого следовало ожидать. И он смело вошел в портал. Его перенесло на террасу, которая располагалась на вершине, какой-то горы. Было очень красиво, если не сказать завораживающе. Он невольно залюбовался видом моря с высоты птичьего полета, и даже не почувствовал, как к нему неслышно подошли.

- Впечатляет, не правда ли?! – раздался у него за спиной голос, заставляя молодого мага вздрогнуть от неожиданности.

- Действительно красиво, - согласился Кинор и медленно развернулся к обладателю бархатного баритона. Перед ним стоял ничем не примечательный мужчина средних лет, лишенный всякой пиратской атрибутики, элегантно одетый с коротко стриженной бородой и умными глазами, который смотрели Кинору прям в душу. – Простите, но я не знаю, как вас называть. – попытался Кинор скрыть вопросом свое смущение.     

- Называй меня как все – отец. – просто сказал глава пиратов.

- Простите, но это слово в моем лексиконе уже принадлежит тому, кто посвятил мне свою жизнь. Я не могу Вас так называть.

«Главный пират склонил голову на сторону и с интересом посмотрел на Кинора, а потом сказал»:- Я уважаю твои принципы маг. Тогда называй меня  капитан Тодор или просто капитан. – И Кинор опустил голову в знак уважения. 

- Что ищешь ты в этих краях, послушник? – отстраненно спросил он, устремив свой взор далеко за горизонт.

- Я ищу своего наставника Аглая Бильморро. Я должен продолжить у него обучение.

- Аглай Бильморро, - словно пробуя на язык, повторил капитан Тодор. – Давно я не слышал этого имени.

- Вы его знаете? - с надеждой спросил Кинор.

- Конечно! – улыбаясь, ответил он. – Только он себя уже давно так не называет.

- Капитан Тодор, окажите мне честь. Скажите, как зовут сейчас великого мага и как мне его найти.

- Послушник я наслышан о твоих подвигах. Ты очень сильный и изобретательный маг, хоть и молодой. Не удивительно, что тебя послали учиться у Аглая. Но прежде, чем я скажу тебе, как и где его найти, мне бы хотелось озвучить свое предложение. – он замолчал на  некоторое время затем внимательно посмотрев в глаза молодого «зодчего», сказал,-  Знаешь, я то ли по воле рока или судьбы, не имею возможности иметь наследника – старое проклятие. И вот, что хочу тебе предложить: Ты войдешь в мою личную свиту, я тебя всему научу, а потом ты унаследуешь все это – и капитан простер руки. – Сила пиратов растет, и со временем ордена сдадут позиции и оставят южное море полностью. Оно им и так уже многого стоило, а с потерей трех судов оснащенных по последнему слову техники и магии и потеря шести десятков магов нанесло по ордену ощутимый удар, от которого они долго еще не оправятся. Власть над южным морем это власть над самыми крупными залежами золота и метала. Да, да и метала. Недавно мы открыли богатые месторождения железной руды. Это все может стать твоим и довольно скоро.

- Зачем вам это, капитан? Вы меня не знаете. И предлагать подобное первому встречному как минимум глупо. Но даже если тут и есть какой-то скрытый смысл, который я не улавливаю, то я все равно отказываюсь, Вы уж простите. Но меня интересует лишь искусство владении магии. Вот и все.

- Ты знаешь послушник, что я благодаря тебе, только что проиграл очень крупную сумму. – сказал капитан спокойным голосом в котором очень сильно чувствовался, метал.

- Я не понимаю, - похолодев, ответил Кинор.

- Аглай Бильморро мой старый знакомый. Собственно говоря он помог мне взойти на этот трон. Он самый талантливый алхимик которых я видел за всю жизнь. Он поставляет сообществу артефакты вот уже сотни лет. Только благодаря его искусству мы можем хоть как то противостоять орденами. И это он попросил меня искусить тебя властью. Он был уверен, что ты откажешься, а я поставил на то, что ты согласишься. И проиграл пари. Я проиграл мой мальчик время, которое алхимик предоставит полностью тебе, в течении, которого он  не будет заниматься изготовлением новых артефактов. Понимаешь, о чем я говорю? – капитан был раздосадован таким поворотом. Но быстро взял себя в руки и сказал, - Мой тебе совет, учись быстрее и верни мне моего алхимика обратно в строй. Или не тяни с этим и сдохни, что тоже меня устроит.

- Я Вас понимаю капитан. – осторожно начал Кинор. – А что вы скажете на то, что  как только я начну обучение у мастера, то сам буду делать для вас артефакты? И мне тренировка и вам выгода. Что скажите? Тем более мне нужна будет скоро приличная сумма.

- А ты молодец послушник. Что же если твои изделия смогут соперничать с изделиями самого волосатого человека, то я не против.

- Волосатый человек? Кто это. – спросил недоуменно Кинор.

- Волосатый человек это и есть твой Аглай Бильморро мальчик мой. Известный алхимик, мастер артефактов и демонов ему с десяток на загривок, хитрожопый игрок в генуйю.

- А почему волосатый то, - все еще ничего не понимая, спросил он.

- Сам увидишь. Видимо неудавшийся опыт какой-то. Если «волос» захочет, расскажет, а теперь тебе пора.

Кинор обернулся и увидел открытый портал, возле портала стоял небольшой столик, на котором лежали его вещи. Он посмотрел на капитана, который продолжал смотреть за горизонт, выжидая чего-то или кого-то. И потом он вошел в портал.

 

- Ну, привет, ученик. Наконец то, ты добрался.   Добро пожаловать сынок. Прошу любить и жаловать, Аглай Бильморро - основатель ордена свободных магов, – перед Кинором стоял человек возраст, которого определить было довольно сложно, потому что его лицо было полностью покрыто длинными курчавыми волосами.     

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
1 час назад, Туранчекс сказал:

Аглай Бильморро - основатель ордена свободных магов

Звучит как чей то статус в сети)):cool2:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Только что, djafarchik сказал:

Звучит как чей то статус в сети)):cool2:

 Что там основатель ордена. Вот статус в сети это дааа... 

 

:star:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
3 часа назад, Туранчекс сказал:

Что там основатель ордена. Вот статус в сети это дааа... 

 

Подсел я на твой сериал бро)) читаю):friend:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Глава десятая.

 

 

Кинор расположился в самом верху высокой башни, которая принадлежала «волосатому человеку». Аглай трудился над этим сооружением несколько десятилетий. Сложенная из многотонных мегалитов она было облицована, каким-то гладким покрытием из неизвестного материала. Девственно чистый, белый цвет башни, ослеплял и заставлял содрогаться от восторга. Тонкая словно игла она уходила высоко в небо. У того кто на нее смотрел, создавалось впечатление, что тяжелое каменное сооружение готово было вот-вот сорваться с места и стрелой взметнуться в верх. Башня Аглая была построена на пике самой высокой горы, на третьем по размеру острове. Совсем не маленький кусок земли, если сравнивать его с другими островами архипелага, и он полностью принадлежал известному алхимику. И выглядела она словно шпиль маяка, который можно было разглядеть с любого места на острове и за его приделами. Другими словами то было произведением искусства, назначение и смысл которого, Кинор пока не понимал.      

Окна его апартаментов выходили на бескрайнее море, простирающее до горизонта, но если присмотреться, то можно было увидеть береговые линии близлежащих островов. Это было красиво и действовало успокаивающе. Особенно ночью, когда глазам Кинора представала воистину величественная картина звездного неба отраженного в бесконечной морской глади.

Молодой «зодчий» еще не решил, как ему относится к своему учителю. Как бы это мягче сказать… он оказался не совсем таким, каким его представлял себе сын купца.  Молодой маг думал, что встретит величественного мага прошлого, высокого с мощным телом, с глазами лучащиеся острым умом, и в которых можно было увидеть отражения тысячелетнего опыта. Того, чей властный голос мог заставить любого покорно встать на колени не имея смелости поднять на его обладателя глаз. Мага основателя одного из сильнейших орденов конгломерата.

Но этот сгорбленный  немощный старичок, из рук которого вечно что-то падало, потому что они у него дрожали.  Постоянно чему-то хихикающий и разговаривающий сам с собой, он был похож на дикого гоблина, и по мнению Кинора это чудо-юдо совершенно не соответствовало представлениям молодого «зодчего» о великом Аглае Бильморро. 

Да, он очень искусный алхимик. И просто никем непревзойденный в этом богами забытом мирке, мастер по артефактам. Ну и что? Таких как он миллионы и если хорошенько поискать, можно будет найти и получше. Кинор был разочарован. Столько испытаний и страданий, которые ему пришлось перенести за этот год странствий, не стоили того, чтобы в конце пути оказаться в обществе старого и наверняка уже сошедшего с ума, мага. Былое величие и мощь ушли вместе с годами. Какая потеря.

Кинор принял решение, вернутся в орден и продолжить обучение там. Ему было обидно до слез. Завтра же он скажет бедняге, что уходит. Как бы тяжело это не было. Кинор просто физически не мог здесь больше находиться.     

В ночь перед уходом сын Датана никак не мог заснуть. Он смотрел на отраженные в воде звезд и размышлял. Он думал, о том, как все-таки странно устроен мир. Окружающая всех действительность зачастую намеренно искажает реальные факты, переворачивая все с ног на голову. Прям, как эти звезды, которые на самом деле находятся высоко над головой, а в определенные моменты кажутся, что плавают на поверхности моря. Зло порой ведет себя как добро, а от доброты иногда приходится делать ноги, чтобы оказать от нее как можно дальше. Разумное решение, принятое на основе определенных рациональных фактов в конечном итоге приводит к погибели. И совершенно иррациональный и глупый поступок может спасти многие жизни. Почему это так? Кто создал такую систему? С какой целью? Зачем опускать звезды с неба, если в этом нет практической пользы. Это красиво это приятно глазу, но лишь на мгновение. А потом? А потом ты просто разворачиваешься и уходишь, а звезды в воде остаются ничего не значащей проекцией. Или во всем этом да есть смысл? Кинор чувствовал, что он что-то упускает из виду. Ему не нравилось такое построение системы. Данное положение дел его совершенно не устраивало. Он пообещал себе, что постарается все или хотя бы часть окружающего его хаоса, исправить. Он, конечно же, был юным идеалистом, и многое не понимал. Но что-то, в глубине его естества кричало о том, что он может и должен привнести немного гармонии в устои существующего порядка.

Кинор стоял у окна словно замороженный, устремив взгляд в никуда. Как вдруг пелена и туман прошлись по его глазам, закружилась голова и его качнуло в сторону, а потом все резко прошло, он решил, что еще не привык к такой высоте и видам открывающимся с окон башни. Эта мимолетная слабость показалась Кинору странной и не характерной для него. Затем внезапно тьма буквально взорвалась перед его глазами, будто кто-то выключил свет, а заодно и звук и остальные органы чувств. У мага подкосились колени от страха, он перестал, что-либо чувствовать, промелькнула мысль, о атаке. «Зодчий» попытался сконцентрироваться, но ничего не вышло, он ощутил себя немощным и беспомощным, в плотном коконе, где нет доступа ничему. Кинор все еще пытался этому сопротивляться, но все было тщетно. Лихорадочно перебирая в уме варианты, он искал способ выбраться из этого кокона,  как вдруг что-то стало, происходить. Кинор увидел сначала точку света, которая постепенно увеличиваясь, вытеснила собой мглу. И вот он уже окружен и ослеплен ярким белым светом,  понимая суть происходящего еще меньше, чем до этого. Даже закрыв глаза, Кинор ощущал яркое сияние, пробивающееся сквозь веки. Спустя короткое время он почувствовал облегчение, и снова стало темно. И так раз за разом, тьма уступала свои границы свету, свет же в свою очередь ретировался, под натиском тьмы.  Будто эти двое вели тихую борьбу за его сущность, не слишком заботясь о нем самом. Они были готовы разорвать его на части,  лишь бы он не достался товарке.  А потом все прекратилось, так же резко, как и началось. Кинор обнаружил себя стоящим на холме, он посмотрел вдаль за горизонт и увидел, как облака на небе стали стремительно разбегаться в стороны, словно пугливые лани и весь небосвод, очищенный от облаков вдруг стал огромным экраном транслирующий какие-то картинки. Смысл которых, поначалу не доходил до молодого мага, он все смотрел и смотрел, и со временем  постепенно Кинор стал осознавать, что именно ему показывают. Это были видения, видения будущего конгломерата. От увиденного им кровь застывала в венах и черные как смоль волосы становились белыми от осознание того какие грядут ужасы. Будущее Кинора освободителя были радужным только в его снах и мечтах.  Но эти видения ниспосланы, чтобы предостеречь, они пришли показать, насколько пагубными могут быть попытки вмешательства в устоявшиеся сбалансированные законы природы и общества. Но он так и не сможет проанализировать полученную информацию, потому что он не вспомнит ничего из того, что увидел. Реальный смысл увиденного или правильно сказать показанного, не смог бы объяснить и сам Аглай в период его максимального могущества.

Проснувшись утром с разрывающейся от боли головой, Кинор со стоном поднявшись, сел на край кровати. И даже подарок принцессы Дарманы не мог успокоить эту боль. С ним творилось что-то неладное. Тысячи острых игл впились в мозг, проникая все глубже и глубже насаживая на себя нерв, за нервом заставляя юношу, корчиться в страшных муках. А потом опять все резко прекратилось. С трудом разлепив веки, он увидел перед собой заросшее волосами человеческое лицо, не сразу сообразив, что это его учитель он попытался его ударить.

- Все хорошо мой мальчик, все хорошо. Успокойся, все кончилось. Тебе больше не больно. – учитель держал Кинора в своих объятьях и покачиваясь с ним из стороны в сторону, успокаивал словно ребенка который резко проснулся от ночного кошмара.

Кинор довольно быстро пришел в себя, но учитель не хотел его отпускать. Он не хотел быть грубым и отталкивать старого человека, который решил проявить заботу. Однако ситуация становилась комичной – волосатый с ног до головы мужик, баюкает молодого парня.

- Учитель, я в порядке, - смущенно сказал Кинор, пытаясь отвести от себя его заросшие рыжим волосом руки. – Я действительно в порядке. – повторил он, когда Аглай не услышав его, или якобы не услышав еще крепче приобнял. – Учитель отпустите меня, пожалуйста, - эта близость уже начинала его злить.

Но объятья стали только крепче. Кинор стало трудно дышать.  Он не на шутку испугался. При попытке силой вырваться из захвата он почувствовал себя беспомощным младенцем в руках свирепого огра. Он совершенно не мог пошевелиться. Вдруг, казавшийся хрупким и немощным стариком, Аглай Бильморро удивил ученика поразительной силой рук. Кинору показалось, что его стягивает стальным прутом, все сильнее и сильнее. В какой-то момент он просто потерял сознание.

- Как себя чувствуешь ученик? – донесся издалека блеклый голос, принадлежащий его учителю – Аглаю Бильморро, - выводя Кинора из тумана и ступора.        

Парень открыл глаза и осторожно осмотрелся. Пелена налипшая на глаза никак не хотела проходить. Куда-то пропала резкость, все виделось размытым. Он стоял на террасе башни, одной рукой ухватившись за высокие перила, а другой он держал кубок, в котором плескалась жидкость теплого янтарного цвета.

- Выпей настойку. Сам готовил. – голос понемногу обретал силу и глубину.

Кинор обернулся, увидев сквозь пелену, как учитель пыхтит над жаровней, укладывая на угли сочные куски мяса. Клубы ароматного дыма понимались над мангалом, но Кинор не чувствовал приятных запахов.

- Пей, тебе говорят. Это поможет восстановить органы чувств.

Кинор пригубил кубок, не ощутив никакого вкуса. С усилием протолкнув в себя настойку, он стал прислушиваться к своим ощущениям.

- До конца пей. – приказал Аглай. Эта доза рассчитана для тебя. Меньше не поможет, больше, превратишься в сплошной оголенный нерв. Пей до последней капли. – и Кинор сделал как приказали. – Хороший мальчик, - улыбаясь, сказал «волосатый человек», - А теперь присядь, а то упадешь.      

Кинор действительно почувствовал, как его повело, и он быстро сел в кресло. Голова закружилась. А когда он открыл глаза, то обнаружил, что зрение полностью восстановилось. Защипало язык и небо, и хотя лекарство было уже выпито, его послевкусие Кинор ощутил сполна. Аглай положил на тарелку перед юношей огромный дымящийся кусок мяса, снятый только что с углей. Нос затрепетал от шикарной гаммы приятных и аппетитных запахов. А рот непроизвольно наполнился слюной.

- Кушай малыш. Это тебе необходимо. Настоящий мужчина должен быть сильным. Тем более, что твое тело и сознание истощены. Давай жуй. – Кинора не надо было заставлять. Он набросился на стейк, будто изголодавшаяся матикора. Жадно отрывая зубами большие куски, и глотая, он не слишком усердствовал, чтобы их тщательно переживать. Не успев расправиться с одним куском, он потянулся за следующим. Кинор не помнил, чтобы когда-либо чувствовал подобный голод. Наконец, после  четырех чудовищно-больших куска, он откинулся на спинку кресла и жадно присосался к кувшину с вином. Напротив него сидел «волосатый человек», внимательно наблюдал за учеником, непринужденно попивая винцо. За все время Кинор не проронил и слова.

Насытившись, Кинор посмотрел в глаза Аглаю и содрогнулся от невероятной мощи и силы, которые излучали эти глаза. Как же раньше он этого не заметил. Или это учитель не хотел, что бы он заметил. Кинор был обескуражен последними событиями. Что из этого было реальностью, а что бредом, он не знал.  Сын Датана почувствовал, что надо что-то сказать, и совершенно не важно, что.

- Зачем все это? – спросил Кинор. – Зачем жаровня, и все такое?

- Ты предпочитаешь сырое мясо? Или тебе не понравилось, как я готовлю? – ухмыльнулся алхимик.

- Нет конечно, все было очень вкусно. А имел ввиду  

- Я понял, что ты имел ввиду, - перебил его Аглай, - И я тебе отвечу. Магия это тебе ни палочка-выручалочка. Магию нельзя использовать, если есть под рукой время и старый  добрый мангал из хорошей стали, древесные угли от дерева тьян, которые при сгорании издают  изумительный аромат, способный превратить человека в мантикору, - подмигнув Кинору одним глазом, его учитель улыбнулся, и продолжил свой монолог.-  Магия не должна заменять руки и ноги когда они на месте, здоровые и сильные. Я вот, например, всегда готовлю еду обычным традиционным способом. Это касается и всего остального. Она не может быть панацеей  от всего плохого, что тебя окружает мальчик мой, она не сможет излечить социум и его недуги, и никогда не станет ответом на все твои вопросы. Магия хороша в меру. Ты спросишь - кто же устанавливает эту меру, что же я отвечу - ты сам. Но мера должна быть в любом случае. Иначе магия из сторонника и помощника превратится в твоего хозяина, и ты станешь навечно ее рабом. Она поработит твое сознание. Нет, ты не будешь жаждать власти, славы или удовольствия более низкого уровня. Ты будешь тяготеть к обладанию еще большей власти над самой силой, потоками, узлами и так далее. Это как удовлетворять самого себя. Убогое зрелище, ни так ли? Поверь мне, ибо я был свидетелем тому, когда сама система рухнула под тяжестью этого греха. Да что там система, я и сам тоже был заражен этой болезнью. Момент истины наступил, когда я осознал, что используя силу, я могу позволить себе все. И я стал позволять себе все. Я взошел на вершину став богом наравне с подобными мне небожителями. Пока не пришел тот, кто не мог позволить себе ничего, и поверг в пучину хаоса все то, что я знал и любил. Так вот ученик, все дело в мере. Используй силу с умом и в меру и будешь счастлив. – Аглай остановился чтобы отпить вина, и посмотрев куда-то вдаль, спросил, - Ты желаешь еще, что то спросить?

Кинор конечно же желал, еще много чего осталось невыясненным. Насчет видений, их природы, и что же на самом деле произошло. Да и потом, он не понял и половины из того, что только что услышал. Вершина, боги, соблазн, и мера. Слова и словосочетания, которые так и  не сложились в понятную для него картину. Но Кинор чувствовал спинным мозгом, что сейчас совершенно не подходящее время выяснять детали.

- Спасибо учитель. На сегодня хватит. – сказал Кинор вставая с кресла.

- Все правильно сынок. Во всем должна быть мера. – похвалил учитель Кинора. – Это может означать, что ты у меня еще немного задержишься? – хитро улыбаясь, спросил Аглай Бильморро. Тем самым вызвав на лице ученика, целую гамму чувств – удивление, напускное недоумение, смущение и стыд, и наконец, покорность и готовность впредь внимать каждому его слову. – Отдохни пару дней. Потом приступим к твоему обучению.

Когда Аглай ушел, оставив Кинора на террасе одного, тот задумался над тем, что жизнь в очередной раз показала, что не все что кажется, является именно тем, чем кажется. Молодой маг вспомнил звезды отраженные в воде и подумал, о том, что было бы, если звезды на самом деле отражались бы как раз на небосводе, и реально являлись бы жителями морских глубин. Наверно, это было бы прекрасно.

Последующие два дня Кинор медитировал, очищая свой разум и тело от всего, что накопилось за долгое время, подготавливая себя к массированной атаки знаниями и премудростями самого Аглая Бильморро.

Кинор встал засветло, ему не спалось, хотя сон был легкий  и оздоровляющий, без кошмаров и всяких ужасов. Он просто проснулся, почувствовал, что выспался, и решил не тратить время зря. Немного физических упражнений, чтобы погонять кровь и разогреть мышцы, и Кинор бегом сбежал по витой лестнице вниз, ведущую в главный зал башни. Там ему встретился слуга и помощник «волосатого человека», а может скорее всего просто друг (этого было не понять), изящный, но реально старый эльф, которого звали Лер. Парень даже боялся предположить, сколько тому лет.

- Кинор! Ты уже на ногах! Это очень хорошо. Видел желтое здание у западного крыла башни?! Это складское помещение. Пойдешь туда, там сразу у входа найдешь мешки с металлическими чушками, их надо перетащить вниз в деревню к кузнецу Вагрону. Просто отдай их и возвращайся, и я тебя накормлю завтраком, а потом придет алхимик, и вы с ним займетесь тем, чем вы человеки,  обычно занимаетесь, ерундой всякой, в общем.

- Ээ, а я хотел к морю сбегать, поплавать немного. – сказал Кинор и умоляющи посмотрел на Лера. Но старый эльф не мигая, смотрел на юношу, делая вид, что совершенно не понимает, что он там вякает. – Ну-у ладно, поплаваю после того как отнесу мешки, - уронив голову на грудь сказал Кинор.

- Вот и ладненько, -  воскликнул эльф, и грациозно развернувшись на сто восемьдесят градусов, удалился стелящейся походкой.

Солнце еще не взошло, но ее первые лучи, уже показались из-за горизонта и осветили небосвод своим светом. Было довольно прохладно, но это утренняя прохлада, она освежала и бодрила. Кинор дошел до деревянной пристройки, окрашенной в неуместный желтый цвет. Она была заперта, а у входа располагался холм из нагроможденных друг на друга мешков. Кинор схватил один из них и попытался взметнуть его себе на плечо, результатом этого неосмысленного поступка, могли бы быть вывихнутое плечо и грыжа, но все обошлось, на этот раз. Мешок был просто неподъемный. А их тут было не меньше дюжины. Что они здесь делают, тысячу демонов ему на загривок как они вообще тут оказались. Кинор недолго думая вызвал ветер, произнеся заклинание из разряда стихии воздуха, скомпоновал его, придав форму лодки. И с улыбкой победителя стал грузить мешки в импровизированную лодочку. Закончив погрузку хитроумный сын купца, словно погонщик кентавров, кинув соломинку в зубы вразвалочку начал свой спуск с горы в долину, где находилась деревня, а лодка с грузом тихо плыла за ним.

«Магия не должна заменять руки и ноги когда они на месте, здоровые и сильные», вдруг пришли ему на ум слова учителя, сказанные им пару дней назад.

«А может это испытание?»:- подумал Кинор. Он тоскливо посмотрел на пройденный им уже не малый путь, и глубоко вздохнув, развеял заклинание. Лодка исчезла, мешки, на мгновение, зависнув в воздухе, с грохотом упали на землю.

«Все должно быть честно. И пусть это будет мне наукой»:- сказал себе Кинор взваливая тяжеленный мешок на спину и понес обратно к башни. Несколько часов он перетаскивал мешки к исходной точки и вот, наконец, когда все мешки были благополучно возвращены на место он перевел дух и начал спускать их вниз в деревню. На каждый мешок Кинор тратил по три часа. После второй ходки, когда Кинор вернулся на склад, он обнаружил столик, на котором заботливой рукой были расставлены блюда с обильным поздним завтраком. Основательно подкрепившись, Кинор продолжил работу. Перетаскав к вечеру чуть меньше половины груза, молодой маг вернулся к башне и обнаружил, что его ждет сытный ужин. Покончив с едой, он посмотрел на ненавистные мешки и решил, что не остановится, пока не закончит работу.  Ночью таскать с одной стороны было легче, потому что не пекло солнце, но намного опасней из-за того, что при лунном свете была плохо видна дорога. Да и натруженные за весь день мышцы ныли и требовали срочного отдыха.  Ожидавшему его утром завтраку Кинор ничуть не удивился и не обрадовался, потому что сил не осталось даже на еду. Жутко хотелось просто упасть и забыться сном. Два последних мешка с проклятыми чушкам, укоризненно поглядывали на мага, обвиняя его в лени и требуя отнести их к своим собратьям. Кинор пнул от злости мешок, затем взвалил его себе на спину, схватил второй мешок рукой и набрав в легкие побольше воздуха, решительно ушел в свой последний рейд. Долгих, пять часов занял у него этот поход.  Он уже ничего не хотел. Все тело адски болело. Усиленная эльфийская регенерация помогала не очень. Видимо эльфы даже в своих кошмарах не предполагали, что им придется заниматься подобным, и поэтому на такое издевательство их заклинание рассчитано не было. Не доходя до самой башни, слева от дороги раскинулась крохотная полянка с высокой пышной и мягкой на вид травой, которую Кинор заприметил еще вчера, каждый раз когда он согбенный под тяжестью металла проходил мима нее, он представлял как было бы хорошо просто прилечь на эту мягкую постельку и забыть о ненавистных мешках. Но каждый раз приходилось бороться с искушением и продолжать двигаться. После пару троек ходок он возненавидел полянку лютой ненавистью. Он даже хотел остановиться на минуту и спалить к демонам всю траву, чтобы не смущала и не искушала бедных путников своим видом. Как же он был рад, что не сделал этого, и вот теперь, когда он, наконец, прилег на вожделенную травку, Кинор почувствовал, как расслабляются мышцы и распрямляется его бедный позвоночник. Эта полянка стала его призом, и в который раз он подумал о том, как все-таки мало надо, чтобы ощутить настоящее блаженство и счастья.

Кинор уткнувшись в травку, мило посапывал, как вдруг, что-то влажное и шершавое начало касаться лица молодого «зодчего», оставляя за собой липкую слизь, которая щипала и плохо пахла.

- Эй, демона вам в печенки. Что за …? - вскочил Кинор, брезгливо утираясь. 

Заприметив в кустах, что-то маленькое и жалобно скулящее он тигром метнулся в заросли и схватил злобное чудовище. Им оказался щенок пуасона, милого безобидного зверька. Которого он нашел и приютил еще в первый день своего пребывания на острове. Щенки пуасонов выглядели довольно уродливо, но  они были милыми и пушистыми. Никто никогда не видел взрослых особей. На каком-то этапе роста зверек просто исчезал с глаз хозяина, и никто не знал куда.

- Крит это ты малыш?! Прости, что напугал. Ведь я не знал, что это ты дружище. Ты как здесь оказался?! – поглаживая по загривку животное, приговаривал Кинор. А тот в ответ махал змеевидным хвостом и ластился к своему другу. – Ну ладно, ладно я виноват, прости. Знаю, ты хотел как лучше. Ну, все, идем домой, а то я уже продрог. – Кинор встал с травы, в пояс поклонился полянке за то, что она приютила и даровала спокойный сон, и держа на руках маленького пуасона направился к башне.

Молодой маг застал учителя за странным делом - он рисовал. А точнее вышивал. Аглай заканчивал вышивать гобелен, на нем был хоть и очень красивый, но мрачный рисунок. Тема жертвоприношения красивой девушки не очень соответствовала яркими узорами и цветочками на полях гобелена.

- Учитель. Что ты делаешь? – спросил он.

- А, это сынок?! Да вот балуюсь от нечего делать. Ты вон, делом занят был, а мне скучно, вот и решил развлечь себя немного, – не отрываясь от полотна, ответил учитель.

- А что это, вообще такое? Тема мрачная. Где такое вообще повесить можно?

- Это не украшение. Это оружие сынок. Артефакт.

- Да ну! – удивился Кинор, - А как оно работает?

- Очень просто. Выяснишь это, зачту тебе раздел по предметной магии. Ну, все хватит ерундой страдать. Пора начинать работать. – отвернувшись от полотна, грозно сведя брови вместе, сказал «волосатый человек». – Ты мне скажи, за каким овощем ты два дня убил на таскание мешков с железками? И кстати, ты поосторожней будь с пуасоном.

Вопрос и предостережение учителя застали Кинор врасплох.

- Что значит, за каким? Лер приказал. – с недоумением ответил он.

- И он тебе приказал  таскать их вручную?

- Нет но…

- Он разве не обещал накормить тебя завтраком по окончании работы? А разве ты успел бы к завтраку, если бы смысл был в том, чтобы сделать эту работу, надо было использовать собственные мышцы?

- Да, но учитель ведь ты же сам сказал, про здоровые руки ноги и магию. – отчаянью Кинора не было границ.

- А еще я говорил, про меру. Помнишь дурень? Все должно быть в меру. И глупость тоже. Если ты можешь выполнить работу с помощью магии за три часа, а потом спокойно позавтракать и приняться за учебу, зачем убивать себя двух дневным трудом  чтобы выполнить эту же работу. Скажи мне, разве в этом был смысл того что я говорил? Одно дело приготовить себе завтрак, не используя магию и совсем другое перетащить несколько тонн, метала на дальнее расстояние, при этом в ущерб занятиям. Тебе еще многому надо, учится, мальчик.

Кинор до крови закусил губу, так сильно ему было обидно.

- Ладно, не бери в голову. В этом тоже есть толк. Мышцы подкачал, тоже хорошо. – улыбнувшись себе в бороду, сказал «волосатый человек».  Считай это первым уроком, физическая подготовка. Чем мощнее и сильнее физически маг, тем пропорционально он сильнее в магии. Ты не встретишь по настоящему сильного мага, который при этом выглядит как соломинка на ветру. На работу с потоками затрачивается масса энергии, которую надо во первых иметь и конечно же постоянно восполнять. И если ты тщедушен и хил, то и заклинания у тебя получатся соответствующие. Так что все нормально ученик. Все было запланировано, - подмигнув ему, сказал Аглай Бильморро. И если бы ты перенес мешки магией, то я бы все равно дал бы тебе задание на проверку силы и выносливости, позже.

Кинор заскрежетал зубами от злости. Демон его задери, этого старика. Он над ним просто издевается. Хотя старая школа, может так и надо. И Кинор приготовился ко всяким неожиданностям.

- Учитель, а что ты имел в виду насчет пуасона. Я не понял.

- Этот милый зверек, что трется тебе о щеку. На самом деле злобная тварь из межмирного пространства. Взрослый пуасон забредает в какой-нибудь мир, что бы отложить яйцо. Вылупляется малыш и растет, а потом когда приходит время, уходит в межмирное пространство, в зону своего обитания.

- Ну и что. Ушел и ушел. Чего опасаться то? – Кинор не понимал.

- А того сынок, что иногда очень редко но бывает, пуасон привязывается к тому кто его опекает и решает остаться с ним. И тогда он вырастает в реальном мире. Превращаясь в страшного зверя. Взрослого, разъяренного пуасона который атакует, остановить под силу очень не многим. Бывало, что такой зверь уничтожал целый мир. Как правило, когда их находят, их просто убивают, конечно, если понимают, с кем имеют дело, а так приходится надеяться, что ему у нас не понравится. 

- А почему ты его не убил? Ведь ты нашел его раньше меня. – спросил Кинор.          

- Иди за мной. – сказал Аглай, проигнорировав вопрос насчет пуасона  и походя легко и без прелюдий открыв портал скрылся в нем.   

Кинор последовал за ним и вышел на плоском плато, сильно напомнившее ему плато горы Кендо, только очень маленькое по размеру. Это больше напоминало срез самой вершины горы. Дул сильный холодный ветер, практически ледяной, но очень сухой. Ноздри моментально слиплись. Кинор потянулся к потоку в попытке прихватить немного энергии для заклинания, которое их согреет. Но не тут-то было. Не поток, а хилый ручеек, не хватит даже отогреть нос, не то, чтобы полностью согреется.

- Главное в хорошем маге это – выносливость и находчивость. – сказал учитель закрывая за собой портал.

Кинор кисло посмотрел тому в след и приготовился к ожиданию. С ужасом обнаружив, что все еще держит малыша Крита на руках.  Мороз все крепчал. Порывы сухого ледяного воздуха, ножами резали кожу. А попытки сделать вдох превращались в натуральную пытку. К вечеру ветер усилился и мороз вместе с ним. Кинор был уверен, что не переживет эту ночь. Малыш пуасон забился ему в подмышку и забирал те крохи тепла, которые все еще продолжал производить организм Кинора.  Он должен был выжить. Маг потратил весь запас сил, что у него был, что бы согреть Крита ну и может себя немного. Вспомнив слова учителя о выносливости и находчивости, молодой полу замерзший маг решил во, чтобы то не стало выполнить задание, так как надо. И он стал думать, как это ему сделать. Маленькие бесполезные порции, которые он мог зачерпнуть сами по себе ничего дать не могли. Однако если он будет аккумулировать их и собирать, то возможно соберет достаточное его количество, чтобы хватило на одно, но серьезное заклинание. И он стал прыгать танцевать, пытаясь разогнать кровь, и разогреется. При этом, не переставая собирать энергию. Крит жалобно попискивал, не понимая, почему так холодно и отчего его друг все время прыгает. Кинор уже не чувствовал свои руки и ноги но все равно продолжал свое дело. Вот он уже собрал достаточно силы, что бы развести небольшой костер или просто пустить энергию на обогрев тела. Искушение было велико. И Кинор чуть  было ему не поддался. Но вспомнив, что учитель не говорил когда вернется за ним, если вообще вернется, и поэтому ему надо было думать, как самому выбраться отсюда. А именно ему надо собрать достаточно энергии для портала. А это очень и очень много, исходя из того как мало дает этот ручеек. Второй день Кинор уже не мог танцевать и прыгать, его сковал холод, и если бы не магия Дарманы он был бы уже мертв. Но и она не бесконечна, и наступит момент, он все-таки обморозится настолько, что просто заснет и уже не проснется. Надо что-то делать. Того, что он собирает не достаточно. По его подсчетам ему понадобится больше месяца на это. Столько он не выдержит в любом случае. Отгадка в другом. Но в чем же? «Зодчий» сел на ледяной камень и сконцентрировался, пытаясь отмежеваться от ветра и пробирающего до костей мороза. Он еще раз обратился к потоку. Маленький слабый ручеек. Что же надо сделать, чтобы собрать с него достаточное количество энергии? Кинор потянулся к ручейку по обратному вектору его течения, к его истоку, откуда тот брал начало. Кинор никогда не делал ничего подобного. Словно юркая рыбка он поплыл против течения, уходя все дальше и дальше. Он не думал, что прям сейчас в эти мгновения из его обмороженного тела утекали последние капли тепла и жизни. Если он не найдет энергию ему некуда будет возвращаться. Стрелою рыбка неслась против течения к истоку этого ручейка, и вот, о чудо его вынесло в широкий бурный поток. Изголодавшийся и опустошенный маг стал впитывать всем естеством энергию огромными количествами, оживляя практически замерзшее тело. Волнами прогоняя энергию по организму вливая живительную силу в каждую клетку, отогревая их и пробуждая к жизни. Кинор смог дотянутся до сильного потока, который был вне досягаемости, используя его хилое ответвление. Согревшись и набравшись сил Кинор, вдруг вспомнил о Крите маленьком пуасоне, что прятался у него под одеждой. Потянув из-за пазухи маленькое тельце, он заметил, как за ним потянулись какие-то прозрачные нити, которые были прицеплены к его телу. Просканировав природу этих нитей, Кинор понял, что в последний момент Крит поделился с ним своими жизненными силами через эти нити, это подарило Кинору лишнее время на поиски потока. Иначе он был бы уже мертв. Пуасон еле дышал, его сердечко все еще билось, но через раз. Кинор срочно стал вливать в щенка жизненную энергию, и радостно вскрикнул, когда маленький пуасон открыл глаза и слабо лизнул его в нос. Кинор решил убраться отсюда побыстрее, и создал заклинание пространственного перехода внутри одного мира. На это он был способен. Осталось лишь надеяться, что Аглай не перенес его у другой мир. К счастью он перебросил его на другой остров, на самый край архипелага.

Вывалившись на террасу башни, Кинор упал на колени – силы не были еще восполнены полностью. Он жадно припал к потоку, набираясь сил и энергией, восстанавливая запасы.  Крит запищал и попросил его отпустить, Кинор осторожно опустил того на пол и пуасон стремглав убежал в неизвестном направлении. 

Очень хотелось есть. И тут как тут, из ниоткуда возник Лер с подносом.

- Кинор, есть будешь? А то я мимо проходил, увидел тебя, думаю может парень голоден.

- Лер, я тебя люблю, за то, что ты такой предусмотрительный. Я голоден как тысячу демонов, – воздев руки вверх, воскликнул Кинор, набрасываясь на еду. Все как он любил. Бараньи ребрышки, в винном соусе с агнуолой (это местный фрукт, прекрасно сочетается с мясом).  Куски горячего хлеба, с которых стекал расплавленный острый сыр. Гора горькой зелени, кувшин пива – конечно гномьего, и тьма тьмущая сладких фруктов, без которых он жить не мог.

 

Эпизод седьмой.

 

Посмотрев, как ест человеческое дитя, старый эльф брезгливо поморщился и, пожелав приятного аппетита, удалился. Прожив столько времени, бок о бок с людьми, истинный сын эльфийских лесов, так и не смог побороть в себе природную неприязнь к этим приматам. Лер не ненавидел людей, он просто ими брезговал. Как брезгуют прикоснуться к лягушкам или дождевым червям. Люди, никогда не были ровней великой расе бессмертных эльфов и никогда ими не станут. Старый эльф слишком многим был обязан Аглаю Бильморро, всей его бессмертной жизни не хватит расплатиться с владыкой за все-то добро, что он от него видел. Еще до дней смуты, Лер - остроухий, как его называли за глаза его коллеги люди, был главнокомандующим эльфийскими гарнизоном лучников, который насчитывал более ста тысяч первоклассных стрелков. Воинов эльфов набирали в сотнях мирах населенные эльфами. Личная армия владыки Тирона всегда была наготове. Владыка любил и умел воевать. Воины конгломерата шли умирать за Тирона, не моргнув глазом. Не деньги и слава влекли наемников в армию владыки, а сама идея быть частью нечто великого и могущественного. Владыка Терон и был именно этим знаменем. Когда все рухнуло, владыка чудом спасся, благодаря своей смелости благородству и смекалки. Он повел всю свою армию на узурпаторов, нет, не для того что бы вернуть отобранное, ничего было возвращать, а вот отомстить возможность была. Эта была великая битва, владыка сражался бок о бок, со своими солдатами, умытый чужой и своей кровью Тирон не сошел с места даже когда на поле не осталось никого, кто мог бы держать меч в руках, кроме него самого и командиров его полков и гарнизонов. Лер – остроухий был одним из последних, которого взяли в плен. Смертному всегда легче расставаться с жизнью, ведь рано или поздно все умирают, но вот бессмертным эльфам расстаться с ней было во много раз тяжелее.

«Возьмите мою жизнь, но оставьте в живых моих воинов» попросил тогда Тирон стоя на коленях перед победителями. Никогда и не перед кем владыка не становился на колени. Но он был готов, унизится, чтобы сохранить жизни Леру и еще паре десяток взятых в плен военачальников. Это была великая жертва великого человека. Пораженный благородством владыки враг, отпустил пленников по просьбе Тирона. Лер на какое-то время потерял связь с владыкой. Но он был уверен, что тот еще жив. Эльф слишком хорошо знал владыку и знал, на что тот был способен и не сомневался в том, что тому удастся заморочить врагам головы и заставить их сохранить ему жизнь. Его надежды оправдались. Спустя шестьсот лет он обнаружил владыку, в далеком мире в рабском ошейнике. Пускающее слюни лишенное памяти и воли существо, представляло собой некогда великого воина и могущественного владыку седьмого кольца. Задохнувшись от гнева и горя, эльф и в страшном сне не смог бы представить себе такую картину. Лучше наверно было бы, если бы они его убили. Благо, хозяин раба и не подозревал о том, кто у него в рабском ошейнике таскает дерьмо из ямы. Эльфу удалость освободить Тирона и он стал его выхаживать. Сотни лет заняло у него восстановить владыку. Память вернулась, но силы нет. А это было и не важно. Лер поклялся, что никогда не оставит Тирона и он следует своей клятве вот уже многие тысячелетия. Бывало что владыка заводил разговор, в котором он говорил, что все еще вернется на круги своя. И Лер еще встанет над войском многократно превышающее прежнее. И эльф улыбаясь, кивал каждый раз, когда его старый друг заговаривал об этом с безумным блеском в глазах. Но прошло время, и вот уже много, много лет Тирон, а теперь Аглай Бильморро не вспоминал об этом. И это было к лучшему. Однако терзающая душу обида, не могла быть бесследно забыта. Лер слишком хорошо знал  этого человека. Он был уверен, что бывший владыка просто затаился, разрабатывая  хитроумный план. Эльф знал, что последует за ним, куда бы тот не пошел. Хотя он сам и считал, что стал слишком стар для всех этих приключений. Глубоко в подсознании, не решаясь признаться самому себе, он мечтал о былых деньках и страстно желал их вернуть. Люди всегда, куда то торопились, они торопятся жить ибо век их короток и скоротечен, надо успеть совершить все задуманное. А он что? Зачем это ему? Наверно Лер со временем стал больше походить на человека чем на эльфа. Плохо это или хорошо на это у него не было ответа.

Бывший главнокомандующий вытащил из-за пояса старое потертое кольцо с большим сапфиром. Посмотрев по сторонам, он потер камень и шепотом произнес заклинание связи, спустя мгновение он почувствовал тепло. А затем перед его взором возник образ эльфа в королевских одеяниях и короной на голове.

- Лернаур сын Пинтрура, давно я не слышал от тебя вестей, - раздался мощный голос привыкшего повелевать и вершить судьбами эльфа.

- Мой король, – упав на колени, произнес старый эльф. – Свершилось мой король. По моему мнению, тот, кого мы ожидали, пришел. Тирон занялся его обучением.    

- По твоему мнению?! А кого оно вообще интересует Лернаур? Мне нужна стопроцентная уверенность. Ты слишком долго молчал. Если ты уверен, что это он, тогда почему владыка до сих пор жив? Разве не такой был план? Хватит откладывать задуманное. Сдается мне, ты слишком привязался к этому человеку. Или ты забыл, сколько наших погибло от его руки?!

- Не гневайся мой король. Тирон нужен, чтобы обучить карателя магии. Лишь поэтому он все еще жив. – потупив глаза тихо ответил Лер.

- К демонам карателя! – рявкнул король эльфов. – На крайний случай мы сами его обучим. Избавься от владыки. Ты должен был сделать это много лет назад. И плевать мне на карателя. Главной задачей было наказать Тирона, а не выполнять условия пророчества. Ты забыл, как ты пришел ко мне словно побитая собака, моля о прощении? И я принял тебя назад. Тебя, воевавшего на стороне людей проливая свою кровь и кровь своих собратьев ради них. Ты забыл, как вербовал братьев по всему конгломерату, а затем посылал их на смерть во имя интересов владыки?  Мне нужна голова Тирона. Не заставляй меня усомнится в твоей лояльности сын Пинтрура. Действуй. Иначе я пошлю принести мне две головы. Мое терпение кончилось. – сказав это эльфийский король оборвал связь.  

Все еще стоя на коленях, Лер мелко дрожал от переполнявших его чувств, вдруг за спиной раздался грохот упавшего на пол медного подноса с фруктами. Резко обернувшись, эльф увидел мальчишку  Узрума, которого он подобрал прихоти ради еще младенцем брошенного на голодную смерть «сердобольной» мамашей и вырастил его, ухаживая как за родным сыном. Лер понял, что тот все слышал. И злые слезы отчаянья брызнули из его глаз.

- Узрум, подойди ко мне малыш, помоги встать. – севшим голосом позвал он паренька.

Ничего не подозревающий мальчик доверчиво подошел к эльфу, и подал ему руку, чтобы тот смог на нее опереться. Лер схватил парня за руку и потянул к себе. Сверкнул тонкий стилет, и пробив грудную клетку глубоко вошел в детское тело, нанизав на себя маленькое доверчивое сердечко.  

- Отец? – недоуменно произнес мальчик, почувствовав резкую боль и то, как стремительно стали покидать его силы. Все еще ничего не понимая он держался за того кто дал ему кров тепло и заменил отца, постепенно оседая на пол.

Стилет с легким шипением высвободился из груди ребенка, давая крови покинуть свою обитель вслед за ним. С каждым толчком крови жизнь покидала молодого Узрума.

- Прости мальчик мой, прости меня. – тихо рыдал старый эльф, баюкая безжизненное тело названного сына.

Избавившись от трупа, Лер сказал Аглаю, что отослал его к пиратам пусть, мол, юнгой походит на одном из пиратских фрегатов, окрепнет немного.

 

 

После урока, который Кинору преподнес его учитель, прошло три дня. «Волосатый человек» вызвал к себе молодого мага.  

- Кинор, ты уже здесь маешься больше месяца, пора серьезно приступать к занятиям.

- Так я давно готов учитель. Просто разные вещи постоянно меня отвлекали. То грузчиком работал то градусником. Вот и задержка, – с издевкой, ответил Кинор.

- Поговори у меня еще, салага. Все это было элементы обучения. В общем, пошли со мной, кое-что покажу.

Молодой маг и не подозревал, что у башни есть подвал. А он был, да еще и какой. Чуть ли не на всю высоту, башня уходила вниз. Десятки магически запертых комнат, назначение которых не были ясны сыну Датана. Спустившись почти до самого низа, взору Кинора открылась широкая зала переполненная книгами, свитками, гравюрами, картинами и всякими предметами.

- Вот она. Моя коллекция. Конечно, не сравнить с тем, что я имел раньше, но тоже я тебе скажу, заслуживает пристального внимания. Тут есть все, что тебе понадобится. Даю тебе полгода для того, что бы разобраться во всем этом. Бери только то, что надо. Не засоряй  мозг ненужной информацией. – сказал «волосатый человек»  оставляя Кинора наедине с его страстью - книгами.

У юноши разбегались глаза, он не знал, за что ухватится. Бессмертные труды Полиана – «Основополагающие принципы работы стихийной магии», редчайший трактат Озгроля Белесого « Некромантия воплоти», невероятный сборник заклинаний вызова духов с третьего по восемнадцатый уровень. Исторические и автобиографические очерки  вернувшихся из мира принцев, полное собрание сочинений по  демонологии с полной классификацией – в алфавитном порядке, работы известнейших архимагов по тем или иным разделам магии алхимии и так далее. Кинор просто прослезился, увидев все это сокровище. Даже библиотека ордена ни шла, ни в какое сравнение с этими залежами знаний.  Он полностью погрузился в изучение древних манускриптов. 

Полгода, как и сказал учитель, Кинора не беспокоили, предоставив его самому себе. И он с максимальной пользой для себя использовал это время. Кинор проглатывал фолиант за фолиантом, свиток за свитком, все, за что бралась его рука, перекочевывало в его память. Он не спал и не ел, жадно поглощая всю эту мудрость без остатка. И вот однажды когда он в очередной раз мчался во весь опор по ступеням вниз, чтобы побыстрей оказаться в библиотеке, она оказалась запертой. Разгневанный он побежал искать учителя, и нашел его в излюбленном его месте - на террасе.

- Учитель! Библиотека заперта. Почему? – с порога гневно спросил Кинор.

- А здороваться в ордене тебя не учили? – невозмутимо осадил его «волосатый человек».

- Мое почтение учитель, прости. Так что там с библиотекой. – не унимался молодой маг.

- Помнишь, что я тебе сказал? Полгода и все.

- А разве прошло уже полгода? – опешил ученик.

- Прошло Кинор, прошло. – усмехнувшись ответил Аглай Бильморро.

- Но учитель мне надо еще, я как раз остановился на …

- Мне без разницы, на чем ты остановился сынок. Ты не умеешь слушать. Тебе дали срок. И я говорил не забивать свою голову всякой ерундой, только реально необходимые вещи.

- Но там столько всего интересного, - застонал от отчаянья Кинор, понимая, что больше не увидит дорогих его сердцу книг и свитков. – Что это за учеба такая, если от ученика закрывают на замок библиотеку. – обиженно надув губы и плюхнувшись в кресло проворчал Кинор.

- Сынок, ты надеешься стать хорошим магом прочитав кучу книжек? – невинно спросил Аглай.

- Да! – с вызовом ответил юноша.

- То есть, проведя полгода в моей библиотеке, ты хочешь сказать, что приобрел уйму навыков и знаний? – спросил учитель, прикрыв глаза.

- Конечно, а как же иначе. – ответил Кинор не чувствуя подвоха.

- Другими словами если я вызову тебя на поединок, то ты сделаешь меня как желторотого цыпленка? Ведь я не прочел и десятой доли того, что там у меня хранится. Времени знаешь ли никак не находил для этого.

- Ну, ты и скажешь тоже, учитель. Где ты и где я. У тебя опыт, и наверняка, ты прочел намного больше, чем находится в твоей библиотеке. Сам говорил, что раньше у тебя была библиотека и побольше.          

- Согласен. Опыт у меня есть, но и ты ведь не лыком шитый, согласись. Так что давай-ка мы проверим, что ты там начитал у меня. Вставай мелочь пузатая, потанцуем. – сказав это «волосатый человек» нарочито медленно встал из кресла.  И махнув рукой, не принужденно открыл портал. – Ну что, ты идешь, Кинор освободитель? – с обидным хохотом спросил «волосатый человек», приглашая ученика пройти в портал первым. 

Заходя в портал, Кинор ожидал чего угодно - оказаться на вершине горы, в дремучем лесу, на айсберге, или в открытом море бултыхающимся среди морских чудовищ, но это… Он вышел из портала, инстинктивно втянув шею, ожидая любой пакости. Но он никак не думал оказаться в центре шумного рынка переполненного людьми, это было более чем неожиданно, ведь речь шла о поединке. Какой может быть поединок, если вокруг тебя люди, много людей. Озираясь вокруг, Кинор пытался найти хоть мало-мальски подходящее место для спарринга, но ничего путного найти не мог.

- Потерял чего? – заботливо поинтересовался «волосатый человек».

- Почему мы тут, учитель? Ты же говорил, что будет поединок. – спросил молодой маг.

- Все правильно сынок. Мы будем биться и будем биться всерьез. И учитывая ситуацию, трупы гарантированны. А они все милые люди, многих, я знаю лично. Но что поделать, если тебя застали врасплох в людном месте, а ты не любишь когда страдают невинные? Что делать ученик? Ты же не думал, что все поединки происходят исключительно в нелюдных местах. А значит, твоя задача - это минимизировать ущерб среди мирного населения. Свести его к нулю. Соответственно ты сам не можешь использовать боевые заклинания обширного действия, это раз, два, твой оппонент, то есть я, не стеснен моральными принципами. И поэтому бить будет во всю силу и плевать на мирных граждан. Что означает, ты должен будешь не только нападать и оборонятся, но и отводить удары от людей, что бы избежать лишних жертв. Так, что скажешь ученик? Каковы твои действия?

- Навязать противнику, свою тактику боя, - прошептал Кинор, прекрасно понимая, что учитель его услышал.

В мозгу моментально возникли формулы активизации ментальных сил, прочтенные им в трактате гоблинского шамана Хенторк Аагула – Машнарка, где подробно описывался процесс, как активизировать метальные способности и как ими управлять.      

Без подготовки и тренировок Кинор с легкостью вошел в состояние которое описывалось в трактате, как нечто похожее на сильное опьянение. Если человек войдя в это состояние, не сможет овладеть контролем над своим состоянием, он, как там было написано, неизменно погибал, а точнее погибал его разум, а тело продолжало жить на одних инстинктах. Страшная вещь. Но Кинор недолго думая рискнул.

Все вокруг поплыло, время замедлилось, мозг взорвался сотнями мыслеформ, это были разумы рядом находящихся людей. Надо срочно найти разум учителя и атаковать. Кинор сосредоточился, отметая лишнее, выискивая нечто грандиозное по мощи и эманациям. Таким должно быть сознание великого Аглая Бильморро. Сам того не заметив Кинор, полностью овладел состоянием в котором находился. Гул из мыслей других людей, потихоньку спал. И вот Кинор увидел его, разум Аглая Бильморро, это было не просто чем-то мощным и ярким, он фактически подавлял своей грандиозностью. Кинор на мгновение подумал, что такое ему не одолеть, однако тут же отбросил сомнения в сторону и атаковал. Ударил он по простому, как бьют в рожу нахальному прохожему, посмевшему отпустить сальную шутку в адрес твоей женщины.  С размаху и со смаком. Со стороны это выглядело так – двое мужчин среди толпы праздно снующих и ничего не подозревающих о бушующих страстях людей, неподвижно стояли, один против другого, прикрыв глаза.  Все это заняло по времени не больше промежутка между ударами сердца. Ударив, Кинор ожидал хоть какого-нибудь эффекта, однако это было, похоже скорее на то как бьют подушкой о каменную стену. Учитель даже не поморщился. И тогда молодой маг начал наносить удар за ударом, сокрушительные мощные оплеухи по сознанию старого мага. Но, увы, результат был нулевым.

«Ты готов?» - возник в голове Кинора вопрос. К тому, что произошло мгновеньем позже, готовым он не был.

Бах! Бабах! Юноша почувствовал на своей шкуре, что это такое когда бьют не в лицо, а по разуму. Лучше бы в лицо и пожалуйста, кованым сапогом. На какой-то момент он забыл, кто он и как его зовут и почему его так больно бьют. От столь сильных ударов его сознание просто отключилось, отправив хозяина в благодатный мир тишины и покоя.

Возвращение в сознание сопровождалось дикой головной болью и металлическим привкусом крови на губах. Он открыл глаза, они адски болели, словно в них насыпали горсть песка. Попытка встать на ноги повлекла за собой неприятные симптомы морской болезни. Кинора качало и нещадно рвало, аккурат на любимые цветы, растущие в фаянсовых горшках, расположенные на террасе, которые так любил учитель.

И даже спустя несколько часов Кинор так и не пришел в себя. Все еще кружилась голова и рассудок отказывался осознавать степень повреждений, которые были ему нанесены. Разум пытался уговорить себя, что все хорошо, так бывает, ничего страшного, еще немного и все пройдет. Стремление скрыться от реальных проблем, и полный отказ принять действительность, были сопутствующие ментальному удару признаки повреждения сознания. Кинор находился в прострации. Он не помнил кто он, как здесь оказался, и почему чувствует себя так плохо. Он что-то мычал, пытаясь связать звуки в нечто более осмысленное, чем просто мычание. Но ничего не получалось. Он разучился разговаривать. И самое страшное было в том, что он не понимал серьезность своего состояния.

- Не сильно ты его это, бахнул, а? – спросил Лер.

- Не рассчитал силы. – угрюмо ответил Аглай.

- Хочешь, дать ему еще немного помучится, великий воин? – откровенно издеваясь, спросил эльф.

- Да пошел ты, – проворчал «волосатый человек».

Подойдя к дергающемуся в конвульсиях Кинору, он стал проводить над ним руками. Окутав того в ярко красный кокон из света, постепенно стал восстанавливать раздробленное сознание.

Первое, что вспомнил Кинор когда стал потихоньку приходить в себя – это смех оркского шамана, когда тот выливал ему на голову вонючую жижу, служившая рабу дневным пайком. Вкус этой мерзости Кинор хотел забыть всем сердцем и никогда больше не вспоминать. Затем он вспомнил, как его били и унижали в оркском стане, заставляя делать всякие непотребные вещи, чтобы развлечь шамана и его гостей. Он вспомнил, как первый раз увидел Датана и грустный взгляд его глаз переполненных жалостью к человеческому ребенку. Память стала восстанавливаться кадр за кадром. Все плохое и хорошее, что с ним произошло, вернулось на свои полочки, и аккуратно расставлены по местам. Он вспомнил все, и многое из того, что так старался забыть, за исключением периода до того как попал в рабство к мерзким оркам.         

- Довольно! Я в порядке. – отбросив руку учителя прочь, прокричал полностью пришедший в себя Кинор. – Что это было? Ты что решил меня угробить?

- А чего ты ожидал, выскочка? – сердито парировал Аглай Бильморро.- Прочел пару книжек и решил, что все можешь? Все вы лучшие ученики ордена, ничего нестоящее дерьмо. Я всегда говорил Иссине, что орден не способен подготовить и выпустить по-настоящему великих магов. Все вы выскочки, которым очень далеко до уровня магов прошлого. Если бы ты только знал, что такое  быть истинным магом, способным держать удар в сотни, тысячи раз сильнее, чем те, что ты  получил от меня сегодня. Тренировки и еще раз тренировки, увеличивая степень тяжести, постоянно балансируя на гране смерти и жизни, вот залог настоящего успеха. А не тонна макулатуры, которую ты прочел и якобы освоил. Ясно тебе, недоучка? Ты выбрал правильную тактику, там на рынке. Но ты не был готов, использовать ментал для боя. А соответственно твой проигрыш был закономерен. И поделом. Фактически ты уже труп. Я просто восстановил тебя, чисто из альтруизма. Никогда не воюй оружием, которым владеешь хуже своего соперника. 

Кинор еще ни разу не видел разъяренного Аглая Бильморро. Грозно нависший над юношей «волосатый человек» метал гром и молнии, пытаясь донести до Кинора простые истины.  Конечно же, тот был прав. Прав во всем. Ну, куда он полез?! Прочел пару книжек и в бой. Право, же смешно. Это тебе не в карты выиграть у двух заносчивых невежд.

- Что ты должен был сделать? Отвечай! – прорычал учитель.

- Я должен был принять факт, неизбежных жертв, среди мирного населения и бить во всю силу хорошо известными мне способами, невзирая на то, что бой должен будет протекать в густонаселенном разумными существами месте. – понурив голову, ответил Кинор.

- О! – воздев палец, вверх воскликнул старый маг. – Ты принял неверное решение и поплатился жизнью. Я не даю второго шанса, сынок. В следующий раз я тебя не буду вытаскивать. Запомни, очень важную вещь Кинор. Возможно, тебе действительно стоит собрать манатки и убраться с моих глаз. Я уже говорил, но скажу еще раз. Я не провожу тренировки на деревянных мечах и не использую иллюзии, максимально приближенные к действительности. У меня все по настоящему. И умирают у меня, взаправду. Тебе надо было спросить Иссину, скольких учеников он отослал ко мне, и сколько вернулось назад. Еще не один не окончил мой курс, сынок. Ты по-прежнему хочешь продолжить или все-таки уйдешь? Сможешь, стать заштатным колдуном в каком-нибудь занюханном мирке, по приказу командора ордена  будешь заговаривать пшеницу на хороший рост, вызывать дожди и лечить прыщики на задницах местных матрон. Так что решай и проваливай вон.

Кинор угрюмо молчал. Конечно же, Аглай утрировал. Даже если он уйдет сейчас и вернется в орден, Кинор знал, что будет там, на очень хорошем счету. Но! Он никогда не овладеет настоящим искусством, не получит те знания которые может дать ему сам основатель ордена.

«Он встал на колени перед величайшим магом прошлого и сказал»:- Учитель прости меня за гордыню. Клянусь, впредь слушаться тебя во всем. Я отдам все силы на то, что бы постичь твою мудрость и стать тем, кем ты хотел бы меня видеть, даже если в процессе этого меня может поджидать смерть. Позволь мне остаться, о, учитель. Я готов рискнуть всем, что имею, включая жизнью, что бы овладеть истинным искусством. – торжественно сказал молодой маг, вызвав довольную улыбку учителя.

Аглай если и был извергом, то он был разумным извергом. Он дал Кинору время полностью прийти в себя и основательно отдохнуть, прежде чем переходить к занятиям.

Сын купца использовал это время с пользой для себя. Он много гулял на свежем воздухе, плавал при свете луны в море, проводил время в медитациях. Пока сознание не пришло в норму, он и не думал продолжать. Хотя его частенько и подмывало прекратить сиесту и пойти  к учителю, чтобы заявить о своей готовности. Но Кинор понимал, что еще рано, и он каждый раз одергивал себя, буквально заставляя, вернутся к прогулкам на свежем воздухе.     

Во время очередной медитации поздно вечером в дверь его кельи постучали.

- Войдите, - разрешил Кинор, и с интересом уставился на дверь.

- Не помешал? – певучим голосом спросил, вошедший в комнату старый эльф.

- Нет, конечно, Лер. Проходи, садись. Я всегда рад тебя видеть. – радушно ответил Кинор, предлагая эльфу сесть в кресло. – Случилось чего?

- Да нет, все нормально. – отказавшись от предложенного кресла, сказал помощник «волосатого человека». – Я вот по какому поводу. Аглай возлагает на тебя большие надежды Кинор. Я не знаю, почему он так терпелив к тебе и относительно добр. Другие ученики умирали на его испытаниях уже в первую неделю. Как ты уже догадался у нас с Аглаем,  очень долгая и очень древняя история взаимоотношений. Он мой старый друг, а я его. Мне больно видеть, как он страдает при виде твоих провалов. Не перебивай, – подняв руку, остановил он, собирающегося возразить Кинора. – Да, неудача была всего одна но поверь моему опыту будет еще много таких неудач. И мне бы хотелось заблаговременно предугадать их и предотвратить. Система, по которой обучает Аглай, предельно проста. Он считает, что ты уже пришел с нужным потенциалом и его задача раскрыть его в полной мере, жесткими испытаниями. Мне по большому счету все равно, умрешь ты или нет. Но мне далеко не все равно, как среагирует на это Аглай. Он все примет близко к сердцу, и ближайшие две три сотни лет будет хандрить и пить много вина.

- Так что ты хочешь от меня, эльф? – грубо спросил Кинор, которому не совсем пришелся по нраву, этот монолог.

- Я хочу щенок, чтобы ты не проваливался на экзаменах, которые Бильморро будет тебе устраивать, и случайно не подох, мне здесь, и я собираюсь тебе в этом помочь. Я не простой старый эльф, как тебе могло показаться. Вникаешь в суть дела?

- Не совсем. Ты собираешься фабриковать результаты испытаний или просто помогать мне их проходить, так чтобы учитель не заметил?

- Да что с вами, с людьми, такое? – раздосадовано всплеснув руками, воскликнул Лер. – Вроде и мозги есть, вроде и некоторые из вас заслуживают того чтобы их уважали, а по факту конченые дебилы. Кто говорил о фабрикации, недоумок? Я хочу тебе помочь подготовиться. Натаскаю тебе по многим разделам магии, буду помогать вникать и понимать все то, что тебе будет не понятно. Я твоя энциклопедия, я твой тренажер и полигон. Теперь дошло, махинатор недоделанный? – красивое лицо старого эльфа пошло алыми пятнами от переполнявшего его гнева.

- Ой, - все, что смог выдавить из себя шокированный таким оборотом Кинор.

- Вот тебе и ой. Демонов тебе с десяток в промежность, - приложил эльф старым людским ругательством.

- Прости Лер меня, пожалуйста. Я просто не ожидал такого. Вообще не ожидал. Я почту только за честь обучаться у тебя. – не зная куда себя девать от стыда, промямлил Кинор. Испытывая стыд, Кинор внутренне не мог поверить в такую удачу, он ликовал.

- Не ожидал он. А фабрикацию и подлог ожидал он. Люди, вы все такие. У вас все через ложь и предательство. Мерзкие вы создания. – ворчливо но уже спокойно сказал старый эльф.

- Учитель! Ведь теперь ты мой учитель Лер, так ведь?! Можно вопрос?

- Валяй, - благосклонно разрешил он.

- Ты так нас ненавидишь и относишься как к животным. Тогда почему? Ты столько лет уже среди людей, твой лучший друг человек. Как это так получилось?

- Захочешь жить и не на такое пойдешь, - буркнул эльф, и резко развернувшись, вышел, громко хлопнув дверью.

Кинор с учителем Лером решили, ничего не говорить старому магу. Втайне от него эльф обеспечил парню свободный доступ к библиотеке. С условием, что тот будет тратить время на штудирование только тех материалов, которые будет задавать ему учитель Лер. С радостью согласившись Кинор приступил к изнурительному марафону. Ночами он просиживал в подвале башни, погрузившись в изучение книг и манускриптов, а днем эльф гонял его по материалу, и если надо было устраивал практические испытания, проверяя, насколько хорошо была усвоена тема. Аглай с периодичностью вывозил Кинора на природу и задавал тому там жару, после чего тот восстанавливался неделями. Потом тренинг повторялся, Аглай проверял, насколько хорошо был усвоен урок. Пару раз Кинора приносили, практически в предсмертном состоянии. И умелые руки Лера возвращали того к жизни, не дав вечно голодным принцам утащить молодого в свои чертоги на пир смерти. Не было никаких занятий по теории магии. Бильморро фактически выдавливал из парня то, что как он считал, зарыто глубоко внутри него. Иногда в качестве приза, тот приносил Кинору почитать свиток или рукопись по теме, над которой они работали. Юноша подозревал, что эти конспекты составлял сам учитель, слишком свежо выглядел пергамент. А потом снова полевые испытания, и так раз за разом. Были моменты, когда парень не выдерживал и срывался. Тогда он закрывался у себя в кельи и давал волю чувствам, рыдая в подушку. Он боялся, что не выдержит адского напряжения, но он находил в себе силы, чтобы вновь оказаться перед учителями со словами – я готов.      

Кинор чувствовал себя между молотом и наковальней. Его физическое и психическое состояние оставляли желать лучшего. И только его маленький и верный друг всегда был рядом. Не понятным образом щенок пуасона – Крит, действовал на Кинора успокаивающе, помогая тому быстрей восстановиться. Маленький теплый комочек шерсти тихо скулил, когда молодому магу было плохо, и радостно тявкал, когда тот набирался сил. Он отказывался покидать друга даже во время испытаний, и разделял злую участь, быть побитым вместе с Кинором.

Однажды послушник сидел в библиотеке, погруженный в изучение очередного трактата, как вдруг услышал чавкающие звуки. Рассеянно оглядевшись, он никого не заметил. Звуки прекратились. Он вернулся к фолианту. И звуки вернулись тоже.

«Он оторвался от книги и резко прокричал»:- Кто здесь?

Ответом ему была тишина. И только тихо-тихо раздавалось чавканье, из-за высокой стопки древних рукописей. Медленно встав и пройдя на цыпочках Кинор, заглянул за стопку книг и увидел там забытый им вчера ужин. Каково же было его удивление, когда он увидел, что кто-то невидимый откусывал от вчерашнего бифштекса  небольшие кусочки, которые пропадали в пустоте. Он не знал, как на это реагировать.

«Он просто тихо произнес»:- Эй!

Чавканье прекратилось, и пораженный маг увидел, как из пустоты появился Крит и смущенно тявкнув, подвинул бифштекс Кинору, желая, поделится угощением с другом. Тогда Кинор и обнаружил, что оказывается пуасоны, обладали способностью быть невидимыми. «Зодчий» погладил щенка, указывая тому на остатки, мол - ты ешь, а я уже, и отметил для себя эту не маловажную деталь.

«Кинор, надо срочно поговорить. Приходи на кухню» - раздался в голове Кинора голос эльфа. Вскочив с кровати он быстро проследовал на кухню. Уже на подходе его ноздри широко раскрылись терзаемые безумно вкусными запахами. Древний эльф, знал толк в хорошей еде. Лер как никто иной мог безошибочно определить нужные ингредиенты и их количество для идеального сочетания, чтобы в итоге получилось нечто невообразимо вкусное. Это было настоящее волшебство, творимое знающим свое дело человеком, то есть эльфом.

Прикрыв глаза от наслаждения, Кинор зашел на кухню.

- Как вкусно пахнет учитель. – прошептал он.

- Проголодался? – с доброй улыбкой спросил эльф.

- Учитель даже если я был бы полным как бараний бурдюк, я все равно никогда не отказался бы от твоей стряпни. Ты настоящий кудесник. Я обожаю, когда ты готовишь, а не эта барракуда Санна, после ее с позволения сказать блюд, мне приходится заниматься очищением организма и сменой вкусовых рецепторов на языке.

- Ну зря ты наговариваешь на Санну, она хорошая хоть и трольчиха.  Аглаю она нравится. Он ее с малых лет растил. На кухню ее, конечно, пускать нельзя, но Бильморро стойко поглощает ее обеды и ужины и говорит спасибо. Он может и нам велено. Так что закуси удила и не ворчи. А я буду тебя поощрять за успеваемость, чем-нибудь вкусненьким. Согласен?

- А сегодня за что награда? – спросил Кинор, сглатывая слюну.

- А сегодня это не награда. Это вообще не обед или ужин. Я готовлю тебе эликсир. Собственно об этом я и позвал тебя поговорить. Аглай покинул остров, я не знаю на какое время, но точно то, что его у нас мало. Нам надо поторопиться. Когда он вернется, он повторит ментальный бой. Ты изучил материалы, которые я дал тебе три дня назад?

- Теперь я понимаю, зачем ты дал мне прочесть летописи Дронвера. Закрытый мир, который был лишен узла и через который не проходили магистрали потоков силы. Населявшие Дронвер осклонсы полулюди полумедведи в ходе эволюции развили в себе ментальные способности. И когда конгломерат вел войны против тварей с внешнего кольца их мир случайно открыли и обнаружив сильно развитую расу захотели завербовать их и привлечь на свою сторону. Но медведи отказались. И тогда из опасения оставить в тылу потенциального врага их решили уничтожить. Огромное войско вошло в Дронвер, и там завязалась война на уничтожение целой расы. Маги и волшебные твари против менталов. Летописец Гунжо, подробно описал бои. Учитель неужели это возможно? Неужели сила разума и внутренние силы организма могут быть настолько разрушительны. Медведи практически уничтожили десять процентов от совокупных сил армий конгломерата, брошенные на их уничтожение.  

- Летописи, они на то и летописи не все там, правда, многое преувеличенно. И не будь я свидетелем тех событий сказал бы что все это шлак. Но я там был и видел своими глаза, более того я принимал участие в этом геноциде. Медведи пали, но какую цену альянс заплатил за это, я даже боюсь представить. В общем, не в этом суть. Ты прочел примеры применения ментальных сил?! Теперь ты знаешь, насколько мощным может быть твой разум. У тебя, конечно, нет миллионов лет  на развитие этих способностей, но зато у тебя есть я и мое искусство варить добротное зелье. Которое может подстегнуть и развить твое сознание. Но есть одно но, – застыв с поварешкой в руках и о чем то, задумавшись, сказал старый эльф.

- Что за но, учитель? – обеспокоенный его молчанием и решившись нарушить тишину, спросил Кинор.

- Что? А! Да! Проблема в том Кинор. Что когда пытаешься обмануть природу, она начинает мстить. И месть ее жестока. Так вот, этот эликсир, способен выстрелить тобой в стратосферу или еще выше. Но плата за это будет высокой. Другими словами это очень опасно. Я не уверен, что ты выживешь Кинор. С другой стороны, на испытании шансов выжить у тебя еще меньше. Подумай хорошенько пацан. И на вот, держи эликсир. Я сварил его по древнейшему рецепту, которому меня научил еще мой дед. Рецепт разрабатывался, конечно же, для эльфов, но я адаптировал его под человеческий организм. Если найдешь в себе смелости выпей его перед сном. Решение, которое ты примешь, возможно, изменит твою жизнь навсегда. Ты или умрешь от эликсира или в ментальном бою от руки Аглая. А может если повезет останешься жив, и дальше будешь мозолить мне глаза. При любом раскладе тебе понадобится время на подготовку. Я скажу Бильморро, что отослал тебя по делам. Попытаюсь потянуть время. Бери пацан, пока я не передумал. – сказал Лер протягивая Кинору небольшой кувшинчик с жидкостью, источавший невероятно приятный аромат. – Если вдруг приняв эликсир, ты умрешь, то хотя бы насладишься вкусом. А вкус у этого варева должен тебе сказать, изумительный. Гарантирую, получишь не земное удовольствие.

- Спасибо учитель. Я приму решение уже сегодня вечером. – тихо сказал Кинор.     

Лежа на кровати Кинор, буравил глазами кувшин с эликсиром стоящий у него на столе. Перед ним была дилемма, с одной стороны отрава которая могла отправить его прямиком за пиршественный стол к принцам. С другой стороны Аглай не даст второго шанса, если он не покажет лучшего результата, чем в тот, злополучный день. А может так статься, что он переживет действие эликсира и обретет те качества, которые ему так необходимы, что бы пройти тест максимально результативно. Он конечно не тешил себя надеждами, что победит старого учителя в ментальной схватке, но хотя бы не покажет себя полным слабаком. Кинор не переставал удивляться, на что вообще рассчитывал основатель ордена, без помощи эльфа Кинор давно был бы трупом. Но ведь Лер не был частью образовательной программы Аглая Бильморро, тогда его подход к раскрытию талантов выпускников ордена более чем странен. Создавалось такое впечатление, что Аглай намеренно убивает учеников. Странно все это. Тем не менее, Кинор знал, идти на попятную уже поздно. Он решительно выпрыгнув из кровати, схватил кувшин и опрокинул в себя его содержимое.

В нос ударил чудесный букет запахов, а ротовая полость взорвалась многообразием вкусов. Это не было похоже ни на что доселе знакомое Кинору. Все его тело стало мягким и податливым словно сливочное масло. Он прилег на кровать и веки сами закрылись, мгновенно став тяжелыми и неподъемными. Сладостная дрожь волнами прошлась по его телу, заставляя вибрировать каждую клетку его организма. Удовольствие, которое испытывал Кинор, нельзя было описать никакими словами. Затем вибрации усилились, наращивая свой темп  все больше и больше. Его трясло так сильно, что это грозило разрывами связок и мышц. Кровать под Кинором буквально развалилась от исходящих от него вибраций. Уже лежа на полу, он бился в страшных конвульсиях. Сухожилья и мышцы уже были разорваны в клочья, кости его разваливались на куски, внутренние органы отказывали, и кровь хлестала из ушей глаз носа и рта, а потом она начала сочится сквозь поры. Мозг подвергся гниению, и жуткий запах разложения наполнил келью. Однако происходящее с телом никак не волновало его разум. Сейчас он был совершенно в другом месте.

Он воспарил над своим умирающим телом, и увиденная им страшная картина, никак его не тронула. Далее, его вынесло за пределы кельи и самой башни. Он поднимался все выше и выше. И вот уже он смотрел на мир из-за облаков, ощущая невероятное чувство полета и свободы. Кинор увидел, как реальность мира сменилась на схематическую карту, магических потоков, узлов силы и энергии. Потом стали появляться яркие точки одна за другой, по всему миру. Он понял, что это сознания разумных существ. Кинор знал, что смог бы, если захотел потушить эти огоньки. Или еще лучше забрать их энергию себе. Он был «богом» в этом мире, но если бы захотел, стал бы «богом» и в других мирах. Какое прекрасное это было чувство - всевластия и вседозволенности. Когда ты недосягаем и неподвластен чужой воле, когда ты можешь все. Зачем ему бренное тело, этот кусок гниющей плоти,  с его запросами и условностями, когда перед ним открыта масса возможностей. Свободный разум может быть действительно свободным без оглядки на прошлую жизнь, на принципы, обещания, чувства. Он мог все, он хотел все - он и есть все, и все в нем.

«Вдруг сквозь туман раздался глухой голос этого странного старого эльфа»: -  «Кинор, слушай меня внимательно и повторяй за мной. УН КУШЛАРК ГИМСТОНАТ КАЕРЗОН, ДИ САТА УН ШИТРИТ».

- «Уф, что за надоедливый эльф. Да как он смеет указывать «богу», что ему говорить и о чем молчать».

- «УН КУШЛАРК ГИМСТОНАТ КАЕРЗОН, ДИ САТА УН ШИТРИТ», - раздалось вновь.

- «Пошел прочь», - гневно воскликнул «бог богов».

- «УН КУШЛАРК ГИМСТОНАТ КАЕРЗОН, ДИ САТА УН ШИТРИТ», - и вновь

- «Да как ты смеешь идти против моей воли червь», - вскричал разгневанный разум, считающий себя богом. - Изыди!

- «УН КУШЛАРК ГИМСТОНАТ КАЕРЗОН, ДИ САТА УН ШИТРИТ» - не отставал голос.

- «Ну хорошо тварь, я вижу ты не отстанешь. Я повторю за тобой эту глупость, а потом я пожру твою сущность, и ты вечно будешь молить меня, отправить тебя на пир к принцам. – гневно произнес великий «бог», и прокричал в пустоту, - Ун кушларк гимстонат каерзон, ди сата ун шитрит»

Вдруг резко похолодало и «бог» почувствовал противный вкус крови на губах.  Что это откуда оно идет?! Резкая боль по всему телу, которого у него не должно быть, скрутила все его естество. Боль усиливалась дойдя до верхнего предела. И тогда «бог» закричал, страшно закричал от боли, которую не должен был испытывать.

Кинор пробудился, словно от о сна. То что он почувствовал было хуже самой смерти. Внутренним зрением, окинув взглядом свое тело и организм, он увидел то, от чего пришел в ужас, и паника охватила его. Впрочем, спустя какое-то время он нашел в себе силы оценить ситуацию, насколько это было возможно трезво. И она совсем не радовала. Ментально потянувшись к своему телу, он словно работая со сложным конструктором, стал воссоздавать его заново. Восстанавливал органы и ткани,  сращивал сосуды и вены, тянул нервы и растил кости, укреплял связки и мышцы, склеивал разорванную в клочья кожу. Самым сложным было вернуть в исходное состояние мозг. Кинор показал поистине виртуозное владение ментальной энергией, проделав титаническую работу. Его тело словно новенькое лежало на разбитом полу кельи, ожидая своего хозяина. Посмотрев в последний раз на «небо» Кинор плавно опустился в свое целое новое тело. Как только разум слился с плотью, в ноздри тут же ударили отвратительные запахи - крови, пота, испражнений и вонь сгнившего мяса. Весь пол его кельи был залит кровью, повсюду были разбросаны шматы плоти и даже фрагменты костей. Как только Кинор встал на ноги в комнату ворвался эльф.

- Живой?! – будто не поверив своим глазам, вскричал он.

Лер бросился на Кинора заключив того в свои объятья, и тут же смутившись своего порыва быстро от него отстранился. Он начал его ощупывать, проверяя, что все на месте, забросал кучей вопросов, оглядев келью.

«Кинор проигнорировал все вопросы эльфа и задал свой»: -  Скажи учитель, ведь ты был уверен, что я умру да? – спросил он в лоб старого хитрого эльфа.

На секунду тот замер в замешательстве, но очень быстро вернул своеобычное выражение красивого лица – полная отрешенность от бытия.

Глубоко вздохнув Лер щелкнул пальцами и наступила кромешная темнота, которая через мгновение спала и перед удивленным Кинором

его келья предстала в своем обычном нормальном виде. Без залитого кровью разбитого пола и целой мебелью. А на столике даже появился старый покрытый пылью кувшин.

- Как? – выдохнул изумленный таким фокусом Кинор.

- Так! – ответил невозмутимо эльф. – Налей-ка вина из того кувшина. Специально берег. Выдержка десять тысяч лет, я тебе скажу, – и когда Кинор подал ему в хрустальном бокале жидкость цвета крови, тот глубоко вдохнул аромат древнего напитка и пригубив его смачно чмокнул языком, оценивая превосходный вкус. – Знаешь ли пацан что магический дар можно искусственно развить, если он есть в наличии конечно. Не сильно, но можно. Тоже самое пытались сделать и с ментальной силой. Но ничего не получалось. Всегда, что то шло не так. Эликсир который я тебе дал это, что то вроде философского камня всех магов ученых, пытающихся разработать рецепт для разгона ментальных сил. И я был не исключением. Я много работал над этим эликсиром, но результаты были  если не отрицательными то нулевыми. И вот я подумал испробовать его на тебе, ты уж прости. Но пойми и ты меня Кинор. Ты все равно стал бы трупом, Аглай не станет больше тебя жалеть как при первом разе. А так у тебя, возможно, появился бы шанс, если бы ты выжил, и ты выжил. Расскажешь что было?

Кинор не держал зла на учителя экспериментатора. Он наоборот был ему благодарен. Он все рассказал. На моменте когда голос эльфа потребовал повторить за ним странную фразу, Лер хлопнул себя по бедрам и воскликнул: что так и знал, что надо было запрограммировать формулу пробуждающую страсть к жизни. Старое и давно не используемое заклинание жизни, которую эльфийки повитухи  использовали при рождении особенно одаренных детей, которые оценив враждебность внешней  среды, не желали рождаться. Он не был уверен, что это необходимо, но на всякий случай решил его ввести, в любом случае не навредит. Так оно и вышло. Это заклинание заставило Кинора вспомнить, кто он и захотеть вернутся в тело, чтобы продолжить жизнь в той форме, к которой он привык. Иначе тело его погибло бы, а разум завис бы в пустоте, постепенно теряя рассудок. Кто мог только подумать. Эльф был возбужден, этим открытием. И словно в дни своей молодости, откровенно радовался жизни.

- Кинор я уверен, что ты сможешь удивить Аглая. Только не раскрывай ему причины своего успеха. Теперь отдыхай, я принесу тебе книжки почитать. А ты не выходи из комнаты, недельки думаю, тебе хватит, чтобы полностью прийти в себя.                  

Молодой маг не стал спорить. Лер ушел, оставив его переваривать информацию. Через часик он занес ему обильный ужин, состоящий из мяса, хлеба, фруктов, пива и сладостей. Хорошенько поев, Кинор не чувствовал, что ему необходим отдых. Он был полон сил и энергии. Ему хотелось бегать, скакать, пулять шаровыми молниями, заниматься любовью и он не отказался бы набить кому-нибудь морду. Но он обещал учителю не выходить из комнаты, и он сдержит свое обещание. Но Лер не запрещал ему ментально покидать келью и Кинор решил испытать свои новоприобретенные способности. Он поудобней пристроился на кровати и закрыв глаза выпустил свое я наружу. Как и раньше отделившись от тела он воспарил над башней и посмотрел на мир взором не стесненным материальным составляющим. Это было прекрасно и удивительно, он потянулся дальше, стремительно удаляясь от своего тела, он летел словно стрела. Все было, как и в первый раз только без параноидных идей о том, что он бог и все такое. Заметив ближайший разум, Кинор решил попробовать прочесть мысли.

«Вот же дурная баба. Я ей говорю, пошей мне штаны, а он шьет куртку. Сказал, хочу на обед печеных грибов, а она мне рыбу жарит. Предупреждал ее что жду сына, а она мне рожает дочь. Ну что ты будешь делать, а?!»

Кинор улыбнулся «горю» этого простого крестьянина и полетел дальше. Мысли читать он научился, а что еще он может делать. Что насчет боевого использования. Кинор полетал-полетал, но цели для своих экспериментов так и не нашел. Махнув рукой, он решил вернуться. Успеет еще навоеваться. Учитель Аглай прекрасная цель. И он ждет не дождется, чтобы взять реванш над старым магом.

Как и договаривались, спустя неделю он вышел из кельи и направился искать учителя.

Нашел он его как всегда на террасе в обществе его любимых цветов, на которые его жестоко вырвало. С тех пор прошло больше года, а ощущение, что это было вчера.

- О! Сынок, как дела? Лер мне сказал, что отправил тебя с поручением к пиратам, все нормально?

- Ага. Все хорошо учитель. А ты как, сделал все свои дела? Потому что, я готов, полон сил и уверенности.

- Рад слышать. Ну тогда, что время зря терять, - сказал Аглай Бильморро и внезапно без предупреждения ударил. С размаху дав огромной кувалдой по разуму Кинора. Его ослепило, и кровь фонтаном пошла носом. Но лишь на мгновенье Кинор потерял контроль. И вот он уже бьет в ответ, серия мелких ничего не значивших уколов по сознанию древнего мага. Эманации, исходящие от Аглая сигнализировали о разочаровании, гневе и презрении. И он словно взбесившийся огр ураганом налетел на затаившегося Кинора. Сминая хилую защиту, он разорвал ее словно пергамент, Аглай вонзил в сознание юноши острые грабли и с силой потянул с намереньем разлохматить и разрушить  тончайшие соединения, которые в целом и являли собой понятие о личности Кинора. Его память, его характер, его чаянья и надежды. Но каково же было его удивление, когда он обнаружил, что сила, которую он собирался на это пустить, стремительно покидает его. Аглай заметался в поиске причины своей слабости. И с удивлением обнаружил, что те слабые удары, которые нанес Кинор и небрежно им игнорируемые, пустили корни стремительно и уверенно перехватили контроль над телом старого мага. И не заметно для Аглая основные элементы его разума, перестали ему подчиняться. Недолго думая, Бильморро попытался разорвать опутавшие его разум нити. И быстро понял, что если он это сделает, то повредит своему собственному сознанию.  Слишком уж глубоко они в него вошли. Конечно же, он сможет распутать это заклинание и очистить свой разум от чужеродных элементов. Но на данном этапе бой проигран. Он сигнализировал ученику об этом и Кинор аккуратно снял свою паутину, деликатно обходя блоки памяти, чтобы случайно не подсмотреть.

Открыв глаза и утерев нос, он, опустив голову, стал ждать вердикта.

- Ты меня удивил мой мальчик. Это было хитро и умно. Вопрос, откуда вдруг такое умение владеть сознанием? – прищурившись, спросил маг.

- Учитель, прежде чем я отвечу, хотелось бы задать встречный вопрос. Великий учитель Аглай Бильморро, кладезь знаний и основатель многих известных практик в овладении магии. Учится у него, была мечтой простого мальчика из провинции. Так ответь же мне учитель. Разве ты чему-то меня научил? Кроме, искусству выживать на твоих тестах. Это что за обучение такое? Я думал, что ты будешь читать мне лекции по всевозможным разделам магии, будешь учить тому, что нигде не прочтешь и не узнаешь и так далее. А в итоге ты просто брал меня и бил как последнего скота. Ты называешь это обучением? – негодовал молодой маг. - И вот теперь, когда ты получил достойный ответ, ты вдруг поинтересовался, откуда у меня эти навыки, а раньше тебе не интересовало, откуда были другие…

- Потому что я знаю, откуда, сынок. – улыбаясь, прервал «волосатый человек» его пламенную речь.

- Знаешь? – огорошенный таким поворотом, опешил Кинор     

- Ага. Понимаешь ли, Кинор мальчик мой. У меня подход такой. Первый год я держу ученика в максимальном напряге, балансируя на лезвие меча. От меня он видит только побои и ничего более. Всю работу по теории и подготовке берет на себя мой друг и помощник Лер. А я испытываю, насколько ученик может схватывать и усваивать материал. Потому что если он не доходит до установленной мной планки он погибает, так или иначе. Почему я лично не занимаюсь с учениками, да потому что у Лера это получается лучше. Моя программа в его исполнении, таков замысел. И то, как ты освоил ментал говорит о том, что у него получилось сварить эликсир, верно?! Хотя тут не все понятно. Даже запустив твои способности далеко вверх, ты все равно не должен был освоить шестой уровень без специальной подготовки. А ты работал на шестом уровне сознания, я бы сказал почти на седьмом. И вот это меня удивило. В любом случае, чтобы там не было. Ты закончил первый год, и это приятно греет мою душу. Возьми перерыв четыре месяца, а потом продолжим. Деньги на траты возьмешь у Лера. Можешь съездить домой, поплавай с пиратами, а можешь и просто ничего не делать. Но отдохнуть ты обязан. – и подмигнув юноше старый волосатый маг повернулся к своим цветочкам, давая понять, что аудиенция  закончена.

А Кинор развернулся и пошел к морю поразмышлять  о том, что он будет делать целые четыре месяца. 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

И сразу после этого. До кучи. 

 

    

Глава одиннадцатая.

 

Соленый ветер дул в лицо, развевая длинные волосы и высушивая и без того задубевшую за эти несколько месяцев кожу. Глаза все никак не могли привыкнуть и поэтому слезились пытаясь смыть с нежной поверхности глазных яблок едкую соль. Искусный маг способный творить настоящие чудеса был не в состоянии, справится с морской болезнью. Проклятая качка выворачивала его наизнанку. Кинора постоянно мутило. Он не хотел использовать магию, чтобы привести себя в порядок, и поэтому стоически выносил испытания качкой. 

Капитан Сигурт и его команда головорезов, полюбили и сдружились с молодым воспитанником «волосатого человека» и даже дали ему кличку – «Бабушка». Во время этого рейда, «Бабушка» показал себя с наилучшей стороны – первый в бою, беспрекословное подчинение приказам, он очень быстро усвоил морскую терминологию - парусов такелажа снастей и прочее.  А также изучил премудрости пиратского устава, и с уважением к нему относился. Капитан Сигурт ни разу не пожалел, о том что согласился взять его на борт, по просьбе правой руки алхимика- эльфа Лера. Одна проблема – пацан, никак не мог совладать с качкой, его вестибулярный аппарата просто отказывался привыкать к постоянной смене дислокации в пространстве. А магией мальчик пользоваться не хотел, хотя и мог в считанные мгновения побороть свой недуг. Поэтому по семь раз на дню он «звал бабушку» отсюда и кличка. Парни из команды сочувствовали бедняге, но и подшутить над ним возможности не упускали. Пиратский рейд был рассчитан на полгода, хотя Аглай и дал Кинору отпуск четыре месяца эльф сказал, что уладит этот вопрос с учителем и разрешил парню уйти в море на полгода. 

На каждой пиратской бригантине по время рейда всегда присутствовал маг. А на этот раз их было даже два, учитывая молодого послушника. Который, честно говоря, был во много раз круче и искусней дежурного мага пирата. А поэтому три стычки с патрулем прошли как нельзя удачно, без потерь со стороны пиратской бригантины. Команда Сигурта уже взяли два груженных золотой рудой судна, и рассчитывают взять еще два. Перед выходом в море капитан получил информацию о готовящихся к отправке в скором времени, пяти кораблей с грузом. Вот он их и высматривает. Невзирая на статус юнги, капитан пригласил Кинора на совет, поскольку тот был серьезным магом, который зарекомендовал себя с хорошей стороны.

Кинор скромно стоял в углу капитанской каюты, и ждал, пока спросят его мнения, если оно понадобится.

- Буй, что насчет разведданных? Ты продолжаешь сканировать, или нет? Уже три недели мы впустую бороздим море. Мне нужны результаты, – хмуро сказал капитан своему магу.

- Сигурт, я же тебе уже говорил. Две дюжины сканеров патрулируют территорию, но пока ничего, пусто, – пожав плечами, ответил маг.

- Ну, хорошо. «Мачете», «Дракон», настроение команды, состояние судна, отчитайтесь, – вперив тяжелый взгляд в двух своих боцманов, приказал Сигурт.     

- Капитан, мораль команды на уровне. Особенно после последнего сухогруза. Есть пара недовольных, но я их загрузил работой, – отрапортовал боцман, и перевел взгляд на «Дракона» - второго боцмана

пиратской бригантины. 

- Закончены работы по починки пробоин после стычки с патрулем, сшиты разрывы в парусах, восстановлены грот и фок-мачты,  немного барахлит руль, но над ним работают, капитан.  Необходима чистка днища, сперва думал, что поплаваем до возвращения, а потом уж и почистим, а сейчас склоняюсь к мнению, что чистка необходима немедленно. Патруль чем то нас огрел при последней стычки. Слишком сильная активность органики вокруг корабля. Сделаю это за неделю если «Мачете» выделит мне людей. И вообще капитан, ну вот же сидят тут два мага штаны протирают. Что им стоит взять и почистить днище, исправить, неисправности и так далее? - указав пальцем, почему то только на Кинора, сказал боцман.

-  А может мне просто нанять еще пару магов и все? И тогда зачем мне второй боцман. Демонов тебе в задницу «Дракон», в таком случае мне вообще не нужна будет команда. Все будут делать волшебники. Ты же опытный матрос. Вырос в рейдах как ты можешь нести такую ахинею? Ты прекрасно знаешь, что мы не используем магию, для подручных работ. Во первых, чтобы команда не раскисала, а во вторых и в самых главных, не привлекать внимание патруля, который за многие мили почувствует колдовство. Неужели на старости лет ты стал идиотом?! Или уже пришло время сойти на берег, а? – сдвинув к переносице брови и став со стула, грозно прогремел капитан Сигурт. Заставляя боцмана спасаясь от капитанского гнева вжаться в переборку и втянуть в себя голову. – А ты салага, что на все это скажешь. Говори не бойся, и не оглядывайся на этих ленивых троллей.   

- А что я могу сказать, капитан?! Кто я такой, чтобы высказываться на этом совете? – качнув головой, произнес Кинор, потупив глаза в пол.

- Давай говори, что есть сказать. Тут все свои, – усмехнувшись, сказал Сигурт. Он почувствовал, что пацан, чисто из уважения к боцманам и магу не стал высказывать своего мнения. – Если ты стесняешься, я попрошу присутствующих прикрыть ушки.

- Нет. Не надо прикрывать уши, капитан. Собственно, ничего такого особенного, просто я тут немного расширил радиус сканирования, и обнаружил не большую флотилию в семь единиц.

- Что? – поднял брови Сигурт. И это ничего особенного? 

- Они хоть и идут параллельным с нами курсом, капитан, но больше забирают на юго-восток, в то время как мы уходим на северо-восток. Мы расходимся капитан.

- Мы не так это называем, сухопутная ты крыса, - буркнул его магичество, Буй.

- Поговори у меня еще, черного раншата тебе в глотку, - взорвался капитан. Почему не ты, мой корабельный маг с многолетним опытом сообщаешь мне эти новости, а юнга в первый раз, вышедший в море? – разбушевался Сигурт. Позже успокоившись, спросил - Как долго ты ведешь за ними наблюдение, салага? - спросил он Кинора тихим голосом, от которого пробирала дрожь. 

- Капитан, да не веду я наблюдение, просто один раз просканировал, отметил сам факт их существования и все, – кляня себя за длинный язык, ответил молодой маг.

- Не лги мне парень, - грозно предупредил капитан. – А то будешь висеть на реи, чаек кормить.  Я носом чую, когда мне заливают, – прикрыв глаза и демонстративно поведя носом, воскликнул старый пират. - Ясно тебе?

- Ну ладно, - обреченно выдохнул Кинор и посмотрев на сослуживцев виноватыми глазами, начал свой рассказ. – Я заметил пару кораблей еще две недели назад. Он шли на большом отдалении от нас, не меняя курса и скорости. Я следил за ними каждый день. Они шли строго след в след за нами. Спустя четыре дня к ним присоединились еще три корабля, большего размера, и они не снижая скорости, продолжили идти тем же курсом, а через два дня после этого, эта группа судов увеличилась   еще на две посудины. И вот уже флотилия как я и говорил, из семи кораблей шли строго за нами, не предпринимая попыток, сблизится или обойти нас. Пока мы не остановились, что бы провести техосмотр. Они не снижая скорости, стали забирать на юго-запад или как вы это еще называете. И вот они, уже обойдя нас, продолжают идти с той же скоростью. Я не сообщил об этом потому что в первых это не мое дело, а во вторых откуда я могу знать о том насколько этот инцидент может быть важным. Ну, корабли, ну идут, и что? Вот если бы они шли бы на нас, а не за нами, то я бы подумал о том, что нас хотят атаковать, а так…  - закончив свое повествование, Кинор еще раз смущенно и виновато посмотрел на мага. Мол, прости друг, я не хотел тебя подставить.  

- Буй, мне нужна вся информация по этим кораблям – что за суда, скорость, водоизмещение, размеры, количество живой силы, оснащение. В общем все, не мне тебя учить. – Добудь мне эту информацию и возможно, я прощу тебе этот промах.

- Будет сделано капитан, - хмуро ответил пират и зыркнув на Кинора злыми глазами, быстро вышел из каюты капитана. 

За магом так же быстро вышли два боцмана, зная свирепый нрав Сигурта, они помчались готовить команду и корабль к возможному бою. Кинор тоже хотел скрыться с глаз Сигурта как можно быстрее, но был остановлен властным окриком: - Стоять!

Кинор встал по стойке смирно. С одной стороны ему нравилось играть в эту игру. Пираты, абордаж и грабежи, бои с магами ордена - романтика. С другой стороны  он жутко не любил подставлять других, он считал это не по дружески. Буй с самого начала хорошо к нему относя, учил его всякими премудростями, а теперь из-за него тот попал в опалу к капитану. У Кинора было паршиво на душе.

- Кинор, - обратился к нему капитан Сигурт. – Лер мне сказал, что ты один из лучших магов в этом мире. Ты хоть и молод с виду, но искушен и искусен в магии. Так он мне сказал. И я успел, в этом убедится. Я присматривался к тебе во время предыдущих боев. Ты сдерживал себя. Зачем? Кого или чего ты опасаешься? Или ты боишься ранить чувства моего мага? – Кинор снова убедился в том, что капитан был очень проницательным человеком. – Слушай сюда салага, мне все равно каким зарядом энергии ты обладаешь, пока ты на моем судне мне нужно, что бы ты выкладывался на все сто. Ясно тебе? Не бойся ранить чьи-то чувства. Чай не девки красные собрались под этим черным флагом. Тертые мужики, которые и не такое переживали. Переживут и это. Мы поняли друг друга? – и получив в ответ утвердительный кивок, махнул рукой прогоняя Кинора из каюты, словно выгонял назойливую муху.

Корабельный маг выполнил свою работу на все сто. Подробная информация легла на стол капитана Сигурта. Пятерка боевых тяжелых шхун и два брига поменьше, хуже оснащенные но быстрые и юркие. Явно осуществлялся конвой этих двух судов. Курс по которому шла флотилия проходил по внешней границы архипелага. Очевидно, они направлялись дальше на юг, за сеть островов. Южнее архипелага, не было ничего, лишь свирепое море. Это очень удивило капитана и заинтриговало. Сигурт принял решение, следовать за ними, чтобы выяснить, кто же это такие и куда они направляются. Он поступил мудро, приказав держаться от них на серьезном отдалении. Полсотни сканеров постоянно патрулировало территорию докладывая о изменениях в курсе или поведении флотилии. Прошло две недели преследования, положение не изменилось, они миновали самый крайний островок архипелага под названием Брамина и продолжили идти дальше на юг. Спустя еще неделю разразился шторм, сильный южный ветер кидал на пиратскую бригантину высокие мощные волны и обязательно порвал бы паруса в клочья, если бы капитан заблаговременно не  приказал бы их спустить. Все бы ничего, шторм он и есть шторм. Но удивительное и не характерное в этой непогоде было, исходя из данных полученных от сканеров, в том, что штормовой фронт был нацелен исключительно на них, в то время как флотилия благополучно избежала этой участи. Кинор срочно проверил характер и природу возникновения ветровых потоков, интенсивность и активность самого моря и прочие параметры и пришел к выводу, что этот шторм имеет искусственную природу. К его большему удивлению он не сразу это обнаружил, а это могло означать лишь одно - там у них работает или работают отличные маги погодники или специалисты по воздуху и воде, очень хорошие специалисты. Класс командоров ордена, не меньше. Он поделился своими соображениями с коллегой, магом Буем. Вместе они пошли к капитану и рассказали ему о своих опасениях.

- Что это значит, маги?

- Это значит капитан, что нас двое против, демон знает, скольких магов. Не говоря о том, что если вдруг они серьезно решат от нас избавиться, то семь против одного это не выгодный для нас расклад, - ответил за двоих Кинор.

- Буй, ты того же мнения? – хитро прищурившись спросил Сигурт.

- Капитан, ты знаешь меня много лет. Десятки раз я прикрывал твою спину и никогда не отказывался от хорошей драки. Но это не тот случай. Превосходство флотилии на лицо, идти за ними это самоубийство. Пока они аккуратно дали нам понять, что лучше оставить их в покое, но если мы продолжим преследование, то возможно они решат нас атаковать и будут правы. Атаковав «Изабеллу» они просто сомнут нас и уничтожат. Может лучше вернутся, поднять парней, и выйти в море двумя обоймами? Возьмем их на обратном пути, тем более, что наши трюмы переполнены золотом, – осторожно предложил Буй, на всякий случай, сделав два шага назад.

Капитан задумался над словами мага. Поглаживая длинную бороду, он размышлял, как правильней поступить. Маг молился всем известным ему богам, чтобы решение капитана было бы – отставить преследование, и вернутся в гавань родного города.

- Мы идем за ними! – принял решение капитан.

Сигурт, или везунчик Сигурт как называли его друзья, считался одним из уважаемых пиратов, на его счету сотни взятых на абордаж судов. Это был здравомыслящий и успешный капитан.  Почему он тогда решил сделать это? Ведь по всем законам жанра, он должен был отступить и не рисковать награбленным золотом, ради совершенно не понятной цели.

Вдруг сканеры просигнализировали Кинору – флотилия набирает скорость и очень быстро. Невероятно, но неповоротливые на вид, пузатые, увешанные броней тяжелые корабли, резко увеличили свою скорость. Они практически летели над водой.

- Капитан! – перебил он, начавшего было высказывать свои возражения по поводу решения капитана мага. - Сканеры только что отрапортовали о резком увеличении скорости. Флотилия уходит в отрыв. Если мы не поспешим, они уйдут.

-  Увеличить ход! Мы идем на сближение, – моментально среагировал старый пират, приняв окончательное решение. 

- Но капитан, - все еще не веря своим ушам, пытался возразить маг.

- Никаких но, я не дам им уйти из под моего носа.

- Если все, так как говорит салага, мы не догоним их, мы слишком тяжелые, - у мага оставалась еще надежда на то, что тяжелая груженная золотой рудой «Изабелла», просто технически не в состоянии будет продолжать преследование.

Но его последняя надежда развеялась в пух и в прах после приказа Сигурта сбросить золото и все тяжелое за борт, чтобы максимально облегчить бригантину. Боцманы, получив приказ о сбросе, выполнили его без лишних вопросов. Благоразумно не забыв установить маячок на месте, куда сбросили несколько тонн золотой руды.

Маги тоже получили приказы - работать на еще большее увеличение скорости судна и, не отрываясь следить за флотилией.  Скрепя зубами и кляня капитана за безрассудство, корабельный маг направился на корму. Там он спустился по веревке вниз к самой воде. Много лет назад, в дни его бурной молодости Буй уже проделывал подобный фокус, он фактически вырвал побитый пиратский фрегат из лап патруля. После этого он снискал славу отважного и умелого мага, и уважение товарищей по оружию. Связавшись с «Драконом», он приказал ему спустить все паруса. Как только последний парус был убран, Буй закрыв глаза погрузил руки в поток силы и стал черпать оттуда  энергию, пропуская ее через стихию воды, и преобразовывая в материальном мире в мощное течение. В корму бригантины ударила мощнейшая волна, чуть не сбив с импровизированного насеста пожилого мага. А за ней еще одна и еще. Такими последовательными ударами огромных масс воды пиратское судно буквально взлетело в воздух. Нос «Изабеллы» взмыл вверх, и корабль увеличил свою скорость в четверо. Благо корма была хорошо укреплена и поэтому не развалилась под чудовищным давлением, и сокрушительными ударами воды. Хорошо, что команда была предупреждена, и все заблаговременно закрепились кто за что.  Иначе наверняка, улетели бы за борт, как и все остальное, что свободно болталось на палубе. Тяжелый стон и скрип прошелся по обшивке, страшный звук предупреждал, о том, что судно может вот, вот развалится, но Буй из садистских чувств, только увеличил амплитуду и силу ударов. И если бы не артефакты «волосатого человека», которые превращали отдельные части корабля, в сплошной монолит из дерева и метала, то бригантина обязательно была бы разрушена.

Тем временем Кинор привязав себя к носу «Изабеллы» зорко наблюдал за их целью, которая быстро приближалась, за счет сумасшедшей скорости с которой шел пиратский корабль. Сканеры постоянно докладывали об изменениях скорости и курса, а еще он заметил какую-то активность на флагмане, идущем впереди всех остальных. Когда он понял, что происходит, его глаза округлились от удивления.  Он почувствовал мощную магию. Кто-то работал с пространством. Искривляя его  и закручивая. На одном из тестов, который ему устроил учитель, было задание - выбраться из действующего вулкана, посредством пространственного перехода. Фишка была в том, что сам он не умел искривлять пространство. Однако мог увидеть и почувствовать, как это делает учитель, и использовать его угасающий портал, чтобы спастись. Тогда Кинор чуть не умер, потому что не смог «ухватить дракона за хвост», как говорил учитель. Упустив возможность уйти, он закрылся в куполе, погрузившись в лаву. И если бы не Лер, молодой «зодчий», так и не увидел бы белый свет. На флагмане кто-то открывал портал, и самое страшное было в том, что характер искривления пространства говорил о том, что открывался не локальный по этому миру  портал, а дырявили пространство в другую реальность. Кинору и локальное искривление не удалось ухватить, а тут на полном ходу открывали портал в другой мир. И все бы ни чего ну не догнал Сигурт флотилию и не догнал, но проблема заключалась в том, что «Изабелла» шла с четырехкратно увеличенной скоростью, и маневрировать не может, не сможет и остановится или хотя бы затормозить. Они просто не успеют. И войдут в зону искривления без кодов входа, без того чтобы «схватить дракона за хвост». А это значит, что их просто разорвет на очень мелкие частицы. Кинор лихорадочно искал выход из ситуации. Помешать процессу он не мог, и даже пытаться не стоит. Надо срочно придумать, как же все-таки ухватить дракона за его демонами обглоданный хвост.

Кинор расслабился, понимая, что нервничать сейчас нельзя. Он потянулся вперед к точке искривления пытаясь разобраться, где начало, а где конец. Скрученное пространство издавало пронзительный, на гране слышимости, писк. Он увидел магическим зрением, как разрывается материя, пропуская сквозь себя тонны воды и воздуха. Образовавшаяся воронка, буквально всасывала в себя все, что было по эту сторону. Портал был еще не готов. Все что видел Кинор, было лишь предэтапным действием, за мгновение до возникновения перехода. И если  он ничего не придумает, «Изабелла» будет уничтожена, и он не сможет укрыться под куполом как в тот раз, тем более, что он на это не пойдет в любом случае. Кинор не собирался спасать себя и оставлять на погибель экипаж пиратской бригантины. 

Время замедлилось и в его голове стали возникать тексты трактатов и трудов величайших магов пространственников, схемы формул, расчеты, которые когда-либо попадались ему на глаза. Главное не спешить. Где-то есть ответ, обязательно есть. Он слился  с сотней сканеров транслирующие массивы информации. Пропуская через себя и анализируя все без исключения. Но ответа не было. Чужая магия не поддавалась. Не за что было зацепиться. Туго скрученные, и выстроенные в особом алгоритме клочки материи и пространства не поддавались анализу и уж тем более перехвату.

Глухой хлопок и перед флотилией образовались огромные ворота, ведущие в другой мир. Первым влетел в портал флагман, за ним гуськом не снижая скорости, последовали один за другим все семь судов. «Изабелла» неслась на всех парах навстречу своей гибели. Закусив до крови губу, Кинор смотрел на этот пространственный водоворот, который через пару мгновений должен превратить их в месиво. Как вдруг почувствовал шевеление под одеждой. Он совсем забыл о своем маленьком друге, пуасоне Крите. В его мозгу сверкнула эманация дружелюбия и любви исходящая от пушистого зверька, а затем произошло то, чего он никак не мог ожидать и предвидеть.

Пуасон выскочив из под одежды, прыгнул на торчащий ростр, и мелко перебирая ножками, побежал к самому его концу. На глазах ошеломленного Кинора маленький, пушистый с милой мордашкой зверек в одночасье превратился в мощного, размером с взрослого достигшего половой зрелости дисклиианского синего волка, зверя. Серебристая шерсть светилась, излучая свой свет голубоватого цвета. Пуасон принял позу сидя, крепко обвив ростру своим  змеевидным хвостом, а массивные передние лапы с алмазными на вид когтями были подняты вверх.  Кинор услышал музыку, а точнее мелодию тысяч колокольчиков. Звуки исходили от пуасона. «Изабелла» входила в зону стремительно закрывающегося портала, времени совсем не оставалось. Вдруг пуасон махнул лапами и Кинор увидел, как с его алмазных когтей сорвалась тьма, плащом накрыв портал. Словно в черный густой кисель пиратский корабль погрузился в эту тьму. На какой-то момент Кинор перестал что-либо слышать и видеть. Его будто обволакивало нечто теплое и бархатное на ощупь, а потом разом все схлынуло. И бригантина целая и невредимая застыла, покачиваясь на воде, полностью потеряв скорость. Глаза заболели от ярких вспышек, а уши заныли от пронзительных и громких звуков. Не успев прийти в себя после того, что сделал его маленький друг, его ждало очередное потрясение. Кинор ожидал увидеть чего угодно, но не этого. Их выбросило в самом сердце грандиозной морской битвы.

Пуасон обернулся, посмотрев на своего друга, удивительно умными и красивыми глазами, повел крупными ушами заканчивающиеся желтыми кисточками и перебирая лапами по ростре приблизился к Кинору лизнув того шершавым языком по щеке. Огромный страшный и сильный зверь должен был внушать мистический ужас, но Кинор чувствовал совсем другое – преданность и любовь.

Очнувшись от наваждения, Кинор побежал искать капитана. Он нашел его в компании мага, боцманов, и группы матросов желающих знать, где они оказались и что делать дальше.

- Кинор! А вот и ты, – воскликнул капитан Сигурт, как только заприметил молодого мага. – Давай говори быстро, где мы, как тут оказались, и что дюжину демонов мне на загривок, здесь происходит? – напал тот на Кинора.

- Капитан, где мы точно я не знаю. Но знаю, что в другом мире. Оказались мы здесь очень просто – прошли вслед за ними по порталу. Они резко открыли портал, доложить, не было времени, да и смысла не было тоже, я был занят тем, чтобы «Изабеллу» не размазало об остаточный след их портала. И оказалось, что мы прибыли к самому разгару боевых действий, - сказал Кинор, указывая на пролетевший в опасной близости от корабля огненный эллипсоид. – Чудо что нас еще не атаковали. Видимо стороны никак не могут определить, чьи мы. И самое страшное, уйти мы не сможем, потому что ни я, ни Буй не владеем пространственной магией на том нужном уровне, чтобы открыть межмирный портал и вернуть нас домой.  

- Я и без тебя вижу, что тут война. Вопрос, что нам теперь делать. Попробовать все-таки как-нибудь свалить? Вступить в перебранку? На чьей стороне? – некогда всегда собранный и знающий, что делать везунчик Сигурт, был растерян и обескуражен.

Он по очереди посмотрел на каждого, кто его окружал, словно ища поддержки и ответа на вопрос - что делать. Простые пираты и боцманы просто ожидали приказа, а вот Буй смотрел с укоризной, обвиняя капитана в их нынешнем положении. Они еле спаслись благодаря салаге, который чудом провел их по следу закрывающегося портала. «Изабелла» оказалась в другом мире, в забитом кораблями широком но все-таки проливе, занятые методичным уничтожением друг друга. А о потере огромного количества золота, вообще вспоминать не хотелось. И ради чего? Да просто ради любопытства. На этот раз Сигурт дал маха. Капитан стушевался под тяжелым взглядом корабельного мага и опустил глаза в пол. Куда делась его смелость, когда он следовал за флотилией по пятам, невзирая на опасность быть атакованным семью кораблями, куда испарилась его решительность, когда он не моргнув глазом приказал выбросить все добытое золото за борт, куда подевался этот тяжелый не терпящий возражений взгляд. Неужели капитан Сигурт пропал без вести. Все ждали, что он скажет.   

Капитан посмотрел по сторонам, невольно засмотревшись на то, как сотни кораблей схлестнувшись в смертельном, и одновременно в безумно красивом танце, методично уничтожали друг друга. Он понимал,  это не их война и делать им тут нечего. Они даже не наемники. И его бригада, скорее всего, застряла в этом чужом мире и надолго. Если они так и будут болтаться между двух противоборствующих сторон то рано или поздно кто-нибудь из них решит, что пора кончать со странной бригантиной. А если они выступят на чьей-то стороне, то хотя бы приобретут временных друзей и союзников. И кто знает, может они помогут вернуться домой.

- Собрать команду, - зычным голосом прокричал он. Сигурт понимал, что только сильный, уверенный в себе капитан сможет вывести команду из этой передряги.  

«Мачете» сорвался с места и побежал собирать матросов по приказу капитана. И вот спустя считанные минуты на палубе собралась вся команда.

- Братья!– обратился Сигурт к тем, кто вверил свои жизни в его руки. -  Должен сказать, что мы оказались в непростой ситуации. Преследуя флотилию, чужих кораблей, нас перенесло в другой мир. В мир, где идет война. Просто так уйти мы не сможем. А значит, нам придется ввязаться в драку. Все вы знаете меня. Многие по предыдущим рейдам и походам, некоторые вышли на моем корабле первый раз, с уверенностью, что везунчик Сигурт знает свое дело, иначе вас бы тут не было. Так вот, нам предстоит драка, потому что по-другому не выйдет. Доверьтесь мне, и я сделаю все, что бы вы увидели родной берег. Я полагаюсь на вас, славные дети южных морей. Ведь в ваших жилах течет соленная густая морская вода, и вам не ведом страх.  Облачайтесь в доспехи, берите в руки оружие, мы пробьем себе дорогу домой доблестью и бесстрашием. И если надо будет, покроем морское дно нашими костями, восхваляя семью и честь сообщества. За архипелаг! – прокричал Сигурт, перебивая свист пролетающих огненных шаром и перекрывая звуки взрывов.

- За архипелаг! – вторили ему все как один, вскинув руки вверх.

- Смерть ордену!

- Смерть! – прокричала команда и как по приказу рассыпалась в стороны, готовится к битве.

Для Кинора это не было ново. Ведь он уже участвовал в морских сражениях. Пираты облачились в доспехи, выполненные их горного хрусталя, материал, отлично рассеивающий, сформированный заклинанием магический огонь. Заговоренная сталь живо выплясывала в умелых руках морских разбойников, танец смерти. В прозрачных доспехах, со светящимся мечами и ножами в руках, увешенные артефактами и в боевом раскрасе, молодчики выглядели, устрашающи и грозно.

Сигурт недолго думая выбрал тут сторону, к которой примкнула флотилия, по вине которой он здесь оказался. Расчет капитана был прост. Если все сложится хорошо, то те, кто уже бывал в его мире, сможет и отправить их назад. Так и порешил.

- В атаку! – взмахнув ятаганом, прокричал капитан. И «Изабелла» подстегнутая магией прыгнула в самую гущу событий.

Выбрав для атаки левое крыло «противника», который сильно углубился в позиции «союзников» сжигая их корабли шаровыми и цепь-молниями, насаживая суда на выскакивающие из морской пучины острые рифы. «Изабелла» мангустом кинулась на неприятеля, покрытого от носа до кормы мощной броней. Буй накинул на судно тройной слой силового купола, а Кинор работая одновременно с водой и воздухом, разогнал бригантину до скорости снаряда выпущенного из катапульты.

Практически летя над поверхностью воды, пиратский корабль несся наперерез трем каравеллам «противника», еще мгновение и она врежется в борт одной из них. Свисающий толстый лист металла, надежно защищал каравеллу от удара с боку. Но оно явно не было рассчитано на сумасшедших пиратов, которые шли на таран. Бах! Вспыхнул с громким звуком посланный молодым магом заряд чистой энергии, разрывая броню в клочья. И тут же в образовавшуюся пробоину, словно раскаленный нож, врезающийся в плоть, с шипением и клубами дыма, влетает юркая «Изабелла» и с диким скрежетом раскалывает корабль на части. Пиратский корабль, выскочил с другой стороны пузатого судна. Не давая другим кораблям возможности прийти в себя после гибели товарища, Сигурт приказывает открыть огонь, используя боевые артефакты, и палубные катапульты. «Изабелла» буквально фонтанировала сгустками  лавы, огненными шарами, энергетическими копьями, струями воды под высоким давлением способные пробить судно среднего класса насквозь, молниями и просто обычными осколочными снарядами из палубных катапульт, которые при ударе разрывались на мелкие кусочки, поражая живую силу противника. 

Непонятный кораблик без знаков отличия, появился вслед за неприятельской резервом «единорогов» и какое-то время просто дрейфовал, не выказывая агрессии. Внезапно он начал двигаться и  стремительно увеличивая скорость, пробился внутри боевого  построения, при этом уничтожил большой штурмовик, де еще и таким странным способом.

Главнокомандующий «мантикор» Бенсан Маркил хмуро наблюдал за тем как использую эту самоубийственную стратегию боя, неприятель нанес ощутимый урон по левофланговому соединению. Разбивая строй, внося сумятицу и просто топя его корабли. Три мощные каравеллы уже были повреждены и выведены из строя, а кораблик продолжал кусать и огрызаться, задерживая продвижение.

- Динур, – обратился главнокомандующий к своему генералу. - Кто-нибудь мне может объяснить, что происходит на левом фаланге?  Что за корабль и почему он до сих пор на плаву. Он мешает провести наступление в штатном режиме. Мне не нужны сюрпризы. Уже к вечеру «единороги» должны передать мне свои штандарты. И если с заходом солнца мы не проведем наступление, как и планировали, Динур вы прекрасно знаете, чем это будет нам всем грозить. Император зорко следит за этим сражением, оно определит на ближайшие тысячу лет, кто станет оплотом имперской власти, «единороги» или «мантикоры».  Уничтожить! Сейчас же!  - зарычал главнокомандующий на своего генерала.  

Получив особый приказ от командования, часть капитанов левого крыла развернули свои суда и направили их на неприятельскую бригантину. Более тридцати судов окружили, корабль дрейфовавший среди останков потопленных «мантикор» да еще и отстреливающийся от остальных.  Смелость и бесстрашие капитана и команды этого корабля, воистину было достойно уважение и поэтому «мантикоры» приняли решение даровать им быструю смерть.

Сигурт держал военный совет. На котором обсуждались их дальнейшие действия. Их окружили, но бить не торопятся, чтобы это не означало, это плохо. Предлагались различные идеи - идти на таран, взять на абордаж вон ту выкрашенную в черный цвет шикарную пятимачтовую шхуну, и наконец просто покинуть старушку пока их не отправили к праотцам.  Как вдруг по «Изабелле» прошелся страшной силы рык – это рычал Крит, который до сих пор по просьбе Кинора оставался невидимым, чтобы не пугать команду, и пока вел себя тихо, не раскрывая себя. Что-то произошло, или вернее сказать, должно было произойти. 

Кинор мысленно потянулся к своему другу, пытаясь понять причину его беспокойства. Он делал это в первый раз, и не знал, получиться ли это у него. Пуасон моментально откликнулся на зов друга, впуская того в свое сознание. Кинор на мгновенье ослеп, а затем увидел мир глазами пуасона. Это было удивительное и одновременно поразительное зрелище. Пуасон смотрел на реальность и видел  ее схематическую структуру. Линии потоков и их переплетения, пласты реальности, их точные границы стыков, узлы силы, о наличии которых Кинор даже не подозревал. Мир был похож на огромный пазл. И это только поверхностный уровень восприятия, он понимал, что если пуасон захочет, то возможно будет и углубится. Но это он решил оставить на потом, сейчас важно, что именно беспокоит его друга. Крит повернул голову в сторону обоймы флагманских кораблей неприятеля, которые их окружили, там творилось волшба.

Не желая лишний раз рисковать, капитаны окружившие бригантину решили обрушить на нее не до конца сформированный портал, а точнее ударить энергетическим выбросом который использовался для пробивания пространства и создания коридора, по которому в нормальном режиме можно было пройти в другой мир. Такой фокус был бы не возможен, если цель находилась бы в движении. Но при данном раскладе враг был в окружении и практически не двигался. Смерть хоть и не из приятных, но зато моментальная. Тридцать кораблей могли, конечно же смести одинокое судно не напрягаясь, но они получили приказ преподнести урок «единорогам», и устроить показательную смерть наглой бригантине. Дирун хотел увидеть шоу.  Маги «мантикор» заворачивали пространство в спираль, три кристалла на трех кораблях горели алым огнем, готовые в любой момент спустить с цепей мощные пространственные вихри создавая неправильный портал. Его конечной целью был спонтанный выброс энергии, который должен был поглотить наглую бригантину  и разобрать ее на мелкие частицы, разбросав по мирам.

Мозг Кинора соединенный с сознанием пуасона горел огнем – это ему передавались переживания и беспокойство его маленького, а теперь уже совсем не маленького друга. Пуасон не мог разговаривать, но он мог передавать мысленные образы. Он говорил Кинору, что времени практически нет, сейчас произойдет разрыв пространства, он это видит и видел это Кинор. Они оба видели как происходило смещение пластов, словно искусный карточный шулер тасующий колоду карт, так и неприятельские маги тасовали пространство. Вплетая потоки и задействовав узлы силы, они творили портал, но он был какой-то неправильный, не законченный. Кинор может быть сам и не понял бы замысел, но на его счастье у него был пуасон. 

Крит показал другу, что еще можно будет уйти, уйти его путями – в межмирье. Но только они вдвоем, он не сможет взять больше никого. Кинор сердито отказался от предложенной помощи сбежать с поле битвы и оставить пиратов на погибель.  Он  искал выход. Многочисленные тесты на смекалку и изворотливость, которые Аглай проводил над своим учеником таки дали плоды. Кинор широко открыв глаза понял, что надо делать.

Услышав рев неизвестного животного, пираты втянули головы в плечи, а салага так вообще застыл как изваяние, закрыв глаза. 

- Ки…- хотел сердито окликнуть молодого мага, капитан. Но был остановлен рукой корабельного мага. Тот, молча покачал головой давая понять, что салага не в ступоре, а в трансе. И мешать ему нельзя. Спустя считанные мгновения ученик «волосатого человека» начал покачиваться и совершать пасы руками. Никто ничего не почувствовал кроме Буя, он ощутил движение сил, больших сил. Оно нарастало все больше и больше.

- Всем за что-нибудь ухватится, сейчас будет удар! – вдруг прокричал корабельный маг. И все пираты привыкшие беспрекословно выполнять приказы, тут же разбежались по укрытиям, в том числе и капитан. В следующий момент всем показалось, что они взлетели высоко, высоко в небо, а потом просто упали вниз, и если бы не среагировавший вовремя Буй создавший подушку из воздуха, которая плавно опустила корабль, «Изабелла» разбилась бы о воду.

Кинор на пике концентрации изучал построение чужой магии, а с помощью зрения пуасона он видел, как изменяется пространство и материя. Против кристаллов пробивающих пространство он сделать ничего не мог, но он мог немного подкорректировать зону поражения, что он и сделал. Он создал пространственный конус, который накрыл бригантину. Конус должен был, плавно увести силу удара в стороны создав, что-то вроде слепой зоны. Он не мог противостоять мощи направленной на них энергии, но вот незаметно отвести ее на пару градусов возможность была. Раздался глухой хлопок и с трех кристаллов слетели пространственные вихри, закручивая реальность в невероятно сложную конструкцию, создавая точку входа. А затем должно было идти заклинание указывающее точку выхода, но его не было. И разбушевавшиеся, выпущенные на волу силы устремились по вектору указанному магами прям на бригантину, и не встретив сопротивления лоб в лоб энергия плавно, как и планировал Кинор сместилась по конусу в стороны. Эффект был настолько сильным что его не предвидел и сам Кинор. Сойдя с конуса сила не просто ударила возле «Изабеллы», а не по ней - произошло завихрение и энергия ушла в направление окружавших ее судов. Если бы только «мантикоры» использовали бы мощь на двадцать процентов меньше то остались бы в живых, но сила был запредельной, и требовала своей жертвы.

Бах! И все пространство вокруг пиратской бригантины взорвалось, образуя выходную точку - портал перевертыш. И огромный кусок моря вместе с тридцатью кораблями просто исчез, а бригантина оказалась будто зависшей в воздухе. А затем с диким воем вода устремилась заполнить гигантскую дыру. Если бы не приказ Буя держаться как можно крепче, то пираты оказались бы за бортом, и если бы не Крит эта участь не миновала бы и Кинора потому, что тот все еще был на связи с пуасоном. Зверь прижал собой бесчувственное тело друга, впившись алмазными когтями в деревянную палубу «Изабеллы».

Главнокомандующий «мантикор» Бенсан Макрил застыл в шоке от увиденного. Его поразил даже не сам факт уничтожения тридцати его кораблей, а то, что это сделала одинокая, прибывшая непонятно откуда, бригантина. Он наконец увидел в ней очень опасного противника. К которой надо отнестись с самым серьезным образом. Он никак не мог оставить ее в тылу своего флота.

В это же время на флагманском корабле крепости, адмирал «единорогов» держал военный совет.

- Кто это такие, командующий центром Жинив? – указав на одинокую бригантину, спросил адмирал. – Они только что уничтожили одним ударом, треть кораблей левого фланга «мантикор».

- Это пираты сир. Увязались за моими ребятами, когда они шли по Рогниру.

- А что они делали в этом Рогнире?

- Там живет один мастер артефактов, так я послал небольшую экспедицию, прикупить несколько особо мощных экземпляров. Мои шли в специальную точку входа, что бы «мантикоры» не перехватили мою группу на выходе,  они увязались за ними и преследовали почти две недели по их времени, а потом совершили невозможное и прыгнули по следу не имея кодов для входа.

- Это невозможно, - задумчиво сказал адмирал.

- Ну, так я о чем?!

- Почему они сражаются против «мантикор»?

- Адмирал, они скорее всего не против «мантикор»,  просто выбрали из двух зол меньшее.

- Не говори загадками, - раздраженно сказал главнокомандующий «единорогов».

- Я думаю, что они не могут открыть межмирный портал. Им нужен союзник. Они решили, что если мы были в их мире, то сможем и отправить их обратно. Поэтому и вступили в сражение на нашей якобы стороне.

- Ясно. Каков твой прогноз, что будет делать сейчас Бенсан?

- Адмирал Макрил такого не стерпит, он бросит весь свой фланг на пиратов. Это более восьмидесяти кораблей. А может и центр подключит  Это опасный маневр. И прекрасная для нас возможность.

- Продолжай.

- Левый фланг «манктиор» всегда был слабым звеном их флота. Мы это знаем. А теперь после потери более тридцати боевых единиц они ослабли еще больше. И если «мантикоры» захотят отомстить они будут вынуждены открыть фланг для удара. Окно будет очень маленькое, но оно будет.

- А вдруг Бенсан решит отложить месть на после наступления на наш центр? Ты же знаешь, как сильно он хочет получить от императора честь стоять по правую от него руку, - хмуро спросил адмирал.

Он не был виноват в том, что его единокровный младший брат поднял восстание и разделили некогда великий флот Ингрега на два лагеря. Император должен был бы казнить наглеца, но большая часть флота  и армии встала на сторону Макрила. И что бы  избежать гражданской войны император придумал эти состязания. Сильнейший должен стать во главе имперских вооруженных сил.

- Знаю мой адмирал, - положа руку тому на плечо, сказал капитан Жинив. – И поэтому мы поможем ему принять нужное нам решение. Мы закинем в тыл «мантикорам» пару десятков наших судов. Спровоцируем его.

- Это сработает. Но ты же хотел придержать этот козырь. Потому что второй раз это не сработает. Ты знаешь, что пространственники Бенсана строго следят за возмущением пространственных слоев, как и наши.

- Все верно. И я считаю, что этот козырь надо использовать сейчас. Помимо прочего, я испытываю симпатию к безумным храбрецам с пиратской бригантины. Они напомнили мне заветы и клятвы капитанов прошлого. Пора мой адмирал точно определить задачу. За что мы сражаемся. За право стоять возле императора или за идеалы которым следовали ваши дед и отец. Дадим бой и выкажем свое уважение смелым и храбрым. Даже если в конечном итоге мы проиграем, – сказал командующий Жинив, тихим но полным уверенности голосом.

- Теперь я понимаю за что тебя любит моя дочь, - тепло улыбаясь, сказал адмирал посмотрев на своего капитана и зятя добрыми глазами. – Ты романтик… каким был и я когда то. Я назначаю тебя главным в этой операции. Доставь мне и себе удовольствие, сотри наглую улыбку с лица этого подонка. Действуй!

Желание стереть бригантину в порошок было нестерпимо сильное. Оно жгло его изнутри, повелевая бросить все силы и уничтожить саму память о тех, кто посмел бросить ему вызов. Но потомственный военный Бенсан Макрил был профессионалом своего дела, и понимал, что мстить в данный момент это роскошь, которую он не может себе позволить. Он потешит свое самолюбие позже, после того как его кованый сапог ступит на палубу флагмана «единорогов», и он увидит поднятый на мачте стяг с изображением оскалившейся мантикоры. Отдав приказ к полномасштабному наступлению на флот «единорогов» он стал ждать. Вдруг в  рубку врывается его адъютант.

- «Единороги», мой адмирал, прорыв, – вскричал он.

- Что «единороги»? Какой прорыв? – раздраженно спросил Бенсан. Он страшно не любил, когда подчиненные невнятно выражали свои мысли. – Говори яснее, иначе я вырву твой язык и скормлю его бишмурам. Их тут собралось видимо невидимо.

- «Единороги» перебросили сорок семь судов нам в тыл по левому флангу.

- Как перебросили? – сжав кулаки, спросил адмирал. – Позвать ко мне магов.

В след за адъютантом в рубку прибежал командир магов. Белый, от страха.

- Адмирал, я виноват, не уследил. Готов понести наказание, заплетающим языком проблеял главный маг.

- Понесешь еще, обязательно понесешь. А теперь объясни мне, как это вышло, – грозно нависая над несчастным, потребовал адмирал.

- Все дело в пластах реальности. Их очень много. И за всеми не уследишь. Они использовали очень хитрый обход, и очень опасный. И поэтому наши маги не следили за этой дорогой. Но теперь будем, и еще раз у них не получится. По дороге я уверен несколько кораблей так и не дошли, а потерялись в подпространстве.

- Да плевать я хотел на тех, кто не дошел, мне важны те, кто у меня сейчас в тылу. Ты хоть понимаешь своим куцым мозгом, что это остановит наступление?! Потерялись, видишь ли. Это ты у меня сейчас потеряешься, - адмирал рвал и метал.

Успокоившись немного, он подумал, что видимо это судьба. Он не дурак и прекрасно понимает задумку брата, а точнее его зятя Жинива. Он был уверен, что это его идея забросить часть флотилии, оттянуть на себя фланг и создать возможность ударить в открытое окно. Но он им не даст себя переиграть. Он уничтожит наглых диверсантов, а заодно и эту ненавистную бригантину. И сделает это быстро.

- Уничтожить. Всех до одного. Пленных не брать. Сдачу не принимать. Ослушавшегося моего приказа четвертую и брошу за борт. А его семья будет продана в рабство. Выполнять! – связавшись по магической связи, прокричал адмирал, отдавая приказ капитанам центра и левого фланга. 

Капитаны, хмуро выслушав приказ, принялись его выполнять. Хотя это шло в разрез с принятыми правилами игры. Если противник сдавался, то его следовало взять в плен, а не убивать как бешеных кентавров.

Придя в себя после удара о воду, Сигурт и его команда закричали от восторга и радости, что остались в живых. Все быстро сообразили, кому они обязаны жизнями. И подняв смущенного Кинора на руки стали того подбрасывать. Корабельного мага также не миновала эта участь. Пираты чествовали своих героев. Давая им клятвы верности и дружбы.

Сигурт подождал, пока все успокоятся, и вызвал к себе боцманов и магов.

- Салага, Буй примите также и мою благодарность. Вы сработали на отлично. Но рано ликовать. Мы все еще не спасены. Они захотят отомстить. И в следующий раз все может кончиться плачевно. Я считаю, что надо уходить из зоны действия «противника» и попытаться примкнуть к нашим «союзникам». Там мы будем, под какой никакой защитой. А тут в одиночестве мы рано или поздно станем трупами, потому что они вернутся за нами, обязательно вернутся.

Вдруг Кинор одновременно с Буем почувствовали волнение в магических потоках, серьезное волнение и секунду спустя мощный выброс энергии. Одновременно повернув голову в сторону всплеска они увидели большую группу судов на небольшом отдалении от них. Сорок семь боевых в полной броне кораблей, насчитал Кинор.

- А это кто такие? -  подобрался Сигурт.

- Это другая сторона, капитан, - ответил «Мачете». – У этих на стяге единорог, а у тех была мантикора кажется.

- И что теперь? – спросил другой боцман.

- Будем ждать. Будьте начеку. Надо быть готовым ко всему, – сказал капитан и достав артефакт магический глаз стал изучать гостей.

От группы отделился самый маленький кораблик с белым флагом на мачте и стрелой помчался в сторону «Изабеллы». Этот универсальный знак был знаком во всех мирах и секторах. Парламентариев с белым трогать нельзя. Но как говорится: на войне все способы хороши. И это мог быть обман. Пираты не расслаблялись. Кораблик подплыл к «Изабелле» почти вплотную, на него были нацелены с десяток артефактов, готовые превратить суденышко в облако пыли.

- Капитан бригантины, позвольте подняться на палубу, – попросил человек, который стоял на носу кораблика, держа белый флаг в руке.

- С какой целью? – спросил его боцман.

- Согласовать наши совместные действия. И обсудить, как мы вместе будем воевать против «мантикор».

Перед пиратами предстал долговязый мужчина средних лет. Слишком хрупкий для воина. Видно было, что его холеные руки никогда не держали меча. Однако горе тому, кто посмел бы посмотреть в его сторону косым взглядом. Лучший боевой маг «единорогов» Нафа Бестрашный, был послан командующим, чтобы договорится с пиратами о совместной работе и если придется, уничтожить бригантину.

- Слушаю тебя, говори. И говори быстрее, - хмуро сказал капитан Сигурт, уставившись тяжелым взглядом на парламентария.

Нафа мельком осмотрел окруживших его угрюмых головорезов, не выказывая ни страха, ни беспокойства, и в ответ не мигая посмотрел капитану пиратской бригантины прямо в глаза.

- Командующий центром капитан Жинив, передает Вам свое восхищение и благодарность. Вы нанесли сокрушительный и очень болезненный удар по «мантикорам». Вы не осознанно создали ситуацию позволяющую переломить ход сражения. И мы решили ею воспользоваться. Уже сейчас адмирал «мантикор» Бенсан Макрил приостановил наступление на наш центр и оттянул силы левого фланга и часть центра, чтобы вычистить свой тыл.  Более ста ударных единиц движется на нас. Вы показали превосходные боевые качества. И «единороги» почтут за честь сражаться вместе с вами капитан. Вероятней всего мы все погибнем. Но если нет, то «единороги» обязуются вернуть вас домой, наполнив ваши трюмы золотом в пять раз больше того количества, что вы выбросили за борт преследуя нашу группу на Рогнире, – сказал Нафа хитро улыбнувшись.

Выслушав парламентария, Сигурт окинул взором свою команду – свою семью. Не знающие, что такое страх и поражение. Бесстрашные пираты архипелага, сыны южных морей, рожденные в соленой пене морской, криво ухмылялись и согласно кивали головами, радуясь предстоящей схватке.           

- Возвращайся к своим, посланник, -  ответил  бывалый пират. -«Изабелла» будет воевать. Мы еще никогда не отказывались от хорошей драки.

- Кольцо для связи и координации, - сказал Нафа, протягивая Сигурту золотое кольцо с синим камнем. - Связываться исключительно по кольцу. Маги «мантикор» умеют перехватывать ментальные импульсы, и прекрасно выслеживают связь по магическим потокам. Кольцо же, (кстати, он работы знаменитого мастера с Рогнира «волосатого человека»), передает сообщения в закодированной форме, они смогут отследить, но разобраться в чем смысл сообщения не успеют.   

- До связи! – кивнул головой капитан, принимая артефакт.

Как только «единорог» покинул палубу «Изабеллы» Сигурт созвал совет. Как обычно «Мачете», «Дракон» два его боцмана, Буй корабельный маг, и салага Кинор спасший несколько раз пиратов от неминуемой смерти, предстали перед своим капитаном полные энергии и мотивации. Словно василиски закусившие удила они, переминаясь с ноги на ногу, ждали, что скажет капитан.

- Ну что пацаны. Нас ждет драка. Возможно последняя в нашей жизни. Все знают, что делать. Так за дело же. ЗА АРХИПЕЛАГ! – вскричал он, вскинув руку вверх.

- ЗА АРХИПЕЛАГ! – вторили ему пираты.

- СМЕРТЬ ОРДЕНУ!

- СМЕРТЬ!

На горизонте показалась армада «мантикор», которая стремительно приближалась. Они находили на расстоянии семи - восьми морских миль, слишком далеко для эффективного удара.

Кольцо на пальце Сигурта потеплело, и перед его глазами в воздухе возник образ  Нафа Бесстрашного.

- Капитан! План действий такой, мы ждем, пока армада пересечет линию не возврата, и лишь тогда мы ударим, ударим одновременно. Все понятно?

- Это глупый план маг. Они ведь тоже ударят по нам. И их в разы больше. Этого удара нам не пережить. Надо действовать хитрее. Как быстро вы сможете среагировать на наши действия, и в точности их повторить?  

- Мгновенно капитан. Что у вас на уме?

- Разгоняйтесь маг. Мы идем на таран.

Застывший на корме, словно вросший ногами в палубу, Буй бешено вертел руками, накладывая заклинание, на заклинание, призывая все ветра и течения морские  давить со всех сил увеличивая скорость корабля, до максимально возможного. Благо опыт в этом у него уже был. Капитан решил провести фокус с тараном, который доказал свою эффективность в предыдущем бою. Салага на носу обеспечивал защиту, и ударную силу. Сигурт оглянулся назад и увидел, как без малого пятьдесят кораблей союзников так же стали наращивать скорость.

«Изабеллу» накрыло, тройным слоем зашиты. Через три купола было плохо видно, но маг не пользовался глазами, его вело магическое зрение. Расстояние между противниками стремительно сокращалось. «Мантикоры» произвели пробный удар. Одновременно как по команде,  огонь воздух вода и земля в тех или иных формах ударили по «единорогам». Боевые маги двух противоборствующих сторон составляли собой в основном маги стихийники.  И поэтому на «Изабеллу» и всех остальных устремились стены огня, шаровые молнии, кислотный ливень и дождь из лавы, ледяные копья, торнадо и ураганы, вода вокруг пиратской бригантины закипела, и клубы ядовитого пара стали подниматься в воздух, грозя выжечь легкие любому посмевшим его вдохнуть. Молнии били по бешено несущимся навстречу смерти «единорогам», но из-за скорости практически по ним не попадали. Большая часть магов вливала все свои  силы на защиту. И это окупалось. До сих пор «единороги» не потеряли ни одного корабля. 

Когда до выступившей вперед всех флагманской  каравеллы «мантикор» оставалось несколько кабельтовых, на пути «Изабеллы» из воды выскочили острые рифы. Расчет противника был прост - скорость, с которой шла пиратская бригантина не позволит той не затормозить, не сманеврировать. Эта же  участь ждала и других смертников.

Кинор увидел как выступившие рифы  стали на пути следования «Изабеллы», они шли, прямиком на них. И тогда он принял единственное правильное решение.

Тигран весь вспотел от напряжения. Он давно так не веселился. Вот чего он ждал уже много месяцев. Он испытывал невероятное удовольствие от возможности показать, на что он способен. Он докажет Ризоте, как сильно ее любит, и произведет впечатление на ее ненормального отца, требовавший от Тиграна успехов на военном поприще. О каких успехах говорит, этот старый выживший из ума генерал, если вот уже несколько сотен лет в империи тишь да благодать. И вот, наконец, она. Возможность показать всем чего стоит он Тигран, старший сын и наследник династии Шу. Молодой, но очень талантливый маг универсал – владеющий всеми видами стихий, виртуозно чередуя стихию за стихией, обстреливал идущего на таран противника. Их силовые купола, конечно, защищали корабли, но это ненадолго. Он расколет эти орешки.  А фокус с рифами, как же все-таки красиво он придумал. Вонючка Бисбаршек пусть умоется кровавыми слезами от горя и отчаянья увидев, какой он умный и находчивый.

Кокон из куполов, в котором была упакована неприятельская бригантина, должен был вот-вот врезаться в рифы и расколоться на части.  Он ждал, облизывая пересохшие от напряжения губы.

Как вдруг произошло то, что повергло молодого мага в шок.

- Нееет! – заорал наследник династии Шу. И последнее, что он увидел в своей жизни, это борт бригантины, размозживший ему череп.  Вылетевшая из воздуха, она растерла в безжизненную массу всех находящихся на палубе.

За считанные метры до рифа Кинор поднял волну в сторону противника, мгновенно заморозив воду. Получился отличный трамплин по которому не снизившая скорость «Изабелла» взлетела в воздух и пролетев над рифами на излете врезалась в мантикорскую каравеллу, потеряв при этом свои купола.

Сигурт догадавшись, что сейчас будет, связался с Нафом, чтобы удостоверится, в том, что те поняли, как надо действовать, что бы преодолеть рифовую зону.

В этот день все чему учили в академиях империи о стратегии и тактики ведения  боя, пошло троллю под зад. Тяжелые штурмовики  «единорогов» превратились в птиц, взлетая по трамплинам ввысь, опускаясь катапультным  снарядами на суда противника. «Мантикоры» среагировали и стали вылавливать их в полете, и тогда «единороги» стали нырять под воду и вылетали уже из-под нее глубоко в стане врага, разрывая «мантиокр», на части. Словно стайка свирепых шершней они набросились на глупого и не поворотливого огра. Этот огр махал своей узловатой дубиной, пытаясь поразить неуловимых шершней, но попадал только по своим.

Что бы был хоть какой эффект от преобладающей силы, командующий «мантикор» был вынужден разбить армаду на десятки отдельных групп. Превратив битву в отдельные спарринги. В ход шло все, на что только были способны схватившиеся не на жизнь, а на смерть воины и маги. Вода и воздух в зоне боевых действий превратились в агрессивные для живых существ среды. Кипящая вода давно перестала быть ею, кислота и всевозможные яды наполнили ее. Заколдованная броня и деревянные борта с шипением растворялись и корабли, медленно оседая, тонули. Случайно упавший в этот бульон человек, с диким криком умирал, не оставляя после себя ничего кроме воспоминаний. Страшные чудовища, из самых глубин океана следуя чужой воли поднимались на поверхность и нападали на корабли, отрывая от них целые куски, а дыхание их иссушало мозг, превращая человека в лишенный разума кусок плоти. Стометровые элементалы всех стихий сорвавшиеся с цепей крушили все вокруг не различая стороны и цели. Вызванные магами они должны были подчиниться их воли, но в суматохе и горячке боя многие делали ошибки. Фатальные ошибки.              

Суда противников под воздействием жара и давления, намертво прильнули друг к другу, в объятьях смертельной схватки, образовав одно целое и тогда воины, и маги пошли врукопашную. Там и тут мелькали хрустальные доспехи пиратов, они нещадно избивали менее подготовленных и опытных имперских воинов. Увешанные артефактами они, вызывая удивление и шок, противостоя боевым магам, уничтожая их группами.

«Единороги» с пиратами показали сегодня воистину величайшее мастерство и храбрость, они выступили против врага во много раз превышающего их количеством. Шансов выбраться из этой истории живым, практически не было. Противостояние «единорогов» постепенно затухало. Они уничтожили количество  «мантикор»  в три раза превосходящее их количество. И в этом был замысел - нанести максимальный урон, оттянуть силы противника как можно дальше и на максимально большой срок, чтобы дать основным силам флота «единорогов» провести контратаку. Что с успехом и было выполнено. «мантикоры» были повержены. Битва  проиграна. Адмирал Бенсан Макрил, давно перестал следить за атакой своего брата. Его глаза были направлены в одну сторону – на эту кучку наглых «единорогов», которые посмели представить себе, что смогут пробраться к нему в дом, навести шороху и при этом остаться в живых. Пусть сражение проиграно, пусть император поставит его брата главным, все это не важно. Важно, чтобы все поняли, Бенсан Макрил не прощает нанесенные ему оскорбления.  

С виноватым выражением на лице и немой просьбой – простить, «мантикоры» рубили  и жгли пытавшихся сдаться «единорогов», помня о наказе своего адмирала не брать пленных.

Залитыми кровью глазами Кинор смотрел, как один за другим умирают, ставшие ему дорогими, пираты. Он видел, как погиб храбрый корабельный маг Буй, его пожрал какой-то монстр, выуженный из самого мира демонов. Но Буй не был бы самим собой, если бы ушел просто так. Уже находясь в глотке чудовища, он на последнем издыхании, произвел сброс дара. Губительное для любого мага колдовство. Его еще называют «последний подарок». И демоническое существо обратилось с пыль вместе со своим губителем.

Капитан Сигурт в окружении двух его боцманов отчаянно бился, накидав вокруг себя несколько холмов из человеческих тел.

«Изабелла» потонула, а из воды торчал кончик флагштока, на котором чудом сохранился кусок пиратского флага.

Пуасон Крит мог бы помочь. Но Кинор отчетливо помнил, как его учитель рассказывал, что разгневанный пуасон может уничтожить весь мир. Этой участи жителям этого мира Кинор не желал и поэтому запретил Криту предпринимать хоть какие-то действия.

Стоны и нестерпимый жар.

Безумные, оторванные от своих источников, неприкаянные духи.

Разъедающий легкие отравленный воздух.

Поедающие сами себя дики твари из преисподние.

Умирающие в страшных муках знакомые и не знакомые люди.

И все ради чего? Ради возможности вернутся домой.

Кинора разобрала страшная злость, как только он осознал всю глупость происходящего, и то, что он не в силах, что-либо изменить. Он даже безопасность своей жизни гарантировать не может. О том, что у него есть возможность уйти вместе с пуасоном, он старался не думать. Как то это было не правильно.

Из его трансформированных и пробитых чьим-то когтем легких, со свистом выходил переполненный ядами воздух. Изломанные конечности, которые уже не могли восстановиться, рефлекторно подрагивали, посылая в мозг импульсы боли. Он был опустошен, линия потоков была разорвана и энергия просто утекала сквозь искривленное пространство в никуда. Он не мог зачерпнуть силу даже для того чтобы поддержать жизнь в собственном теле, не говоря о том, чтобы вести бой. Остаток сил хватило, лишь на то, что бы укрыть себя вуалью Бергона. Какое-то время его не будут замечать. Но через очень короткое время его вычислят. В этом мире были очень хорошие маги, ну очень.

 

 

Эпизод восьмой.

 

 

У большого окна во весь рост, стоял высокий худощавый мужчина.  Аккуратно уложенные, длинные волосы иссиня черного цвета, легко колыхались, будто на ветру, хотя окно и было закрыто. Раскованная и непринужденная поза, которую принял этот мужчина, могла говорить о многом,  если бы речь шла о простом человеке. Не примечательная на первый взгляд внешность, простого фасона одежда, сшитая из качественного хорошего материала, декоративный на вид тупой кинжал, который мог служить украшением зажиточного, но не благородных кровей купца, все это представляло собой вид одного из самых могущественных существ,  в пределах и за пределами конгломерата.

Хаш-Ин-Гот один из трех братьев, принцев-богов мира мертвых. Куда стекались все души всех живых существ, задумчиво смотрел в окно. И видел там, доступные только его глазам вещи.

- Мессир! Граница нарушена одним из сильных, мессир. Он направляется, в чертоги, - промолвил огромный черный пес, с широкими ветвистыми рогами на голове, скрипучим и хриплым, но человеческим голосом. С его клыков  на мраморный пол, начищенный до зеркального блеска, капала густая жидкость подозрительно красного цвета. – Большие возмущения в пластах реальности, мессир. 

- Я знаю, -  спокойно и просто ответил принц, не отрывая глаз от окна и не удостоив пса даже мимолетного взгляда.  Иди, и больше никогда не приходи ко мне сразу после своей трапезы. Не смей пачкать тут полы.

Звук легкой поступи уверенного в себе человека эхом разнесся по залу,         оповестив хозяина, о наличии в доме не званого гостя. Непонятно откуда звук, ведь человек шел мягкой походкой, тем более что на нем были высокие замшевые сапоги с мягкой подошвой. В чертогах принца Хаш-Ин-Гота действовали свои законы и правила.

- Добро пожаловать канцлер, - поздоровался принц, продолжая смотреть строго в окно.

- Прошло очень много лет с тех пор, когда я носил этот титул с гордостью. Не называй меня так, - попросил мягким баритоном бывший канцлер.

- Как скажешь, - легко согласился принц. – Тогда просто Туранто? Или может быть тебе более по нраву кличка Судья? – принц улыбался своим мыслям.

- Зови меня, как хочешь Хаш, - немного раздраженно ответил гость.

- Туранто, говори, зачем пришел. Твое присутствие оскорбляет меня.

- Мне нужно, чтобы ты вытащил кое-кого. Он сейчас умирает на поле боя.

- Ты имеешь в виду молодого мага с закрытого мира, - невинно спросил принц, указывая на окно, в которое смотрел не отрываясь. – Его зовут Антуан, если я ничего не путаю.

- Ты хорошо осведомлен, - сказал Туранто, скрывая удивление и досаду. – Вытащи его Хаш.

- Зачем он мне? Что в нем особенного?

- Ты все узнаешь, как только он окажется в твоих чертогах.

- Тогда зачем мне вообще, что-то делать? Скоро он сам без моей помощи будет здесь, - не выказывая никакой заинтересованности по этому вопросу, сказал владыка мертвых.

- Без твоей помощи не окажется, поверь мне. Есть силы, которым не выгодно, чтобы Антуан стал частью твоей доли душ. Мы оба знаем, что с ним сделает Кинонкон или не приведи изначальный свет, попадет к Зароншуту. Твои братья не в обиду тебе будет сказано форменные ублюдки.

- Я знаю, мои братья настоящие занозы в заднице, - пожав плечами, просто сказал Хаш-Ин-Гот. – А где твои два братика и сестренка так горячо любимые?

- Речь не о них Хаш. Заключи с ним договор. Заключи, прошу, - практически взмолился бывший канцлер, - добившись этим невозможного – принц скосил на канцлера левый глаз и только на мгновение и снова вернулся к созерцанию того что за окном.

- Я не заключаю договора. И не переманиваю души. Мне на них наплевать. Мне интересны живые люди.

- Ты заключил один, - тихо сказал Туранто, напомнив принцу былые времена.

- И очень об этом сожалею. Тот контракт до сих пор аукается мне. А контрактник посчитал, что этого мало и сам приплелся ко мне.  Стоит вот сейчас передо мной и просит взять на плечи новый груз ответственности. Нет спасибо и бесплатно не надо. А теперь уходи. Аудиенция закончена.

- Хаш…

- Нет!

- Ты мне должен. Забыл, напомнить? – Туранто решил использовать свой главный козырь.

- Я отдал тебе долг в зале совета. Забыл, напомнить?

- Ты идиот Хаш, ты не знаешь, с чем свела тебя судьба, – прокричал бывший канцлер. – Заключи договор мертвяк! Или…

- Или ЧТО? – принц резко развернулся и обратил на канцлера Туранто, черные провалы своих глазниц.

Одним взглядом этих глаз принц мог изгнать души из многих тысяч живых существ. Когда то сами владыки лишались воли, и падали ниц лишь взглянув в глаза повелителя мертвых. Но на лице Туранто не дрогнул ни один мускул.

- Или всему конец, - закончил тот странную фразу.  Хаш, не стращай меня, не надо. Твои потуги сработают на том у кого есть душа.  Своей я давно лишился. Она где то тут бродит, истерзанная и измученная, среди миллионов других таких же. Прошу тебя. Умоляю. Заключи договор, – и  великий канцлер Туранто, один из четырех столпов на котором держался порядок и мир во всем конгломерате, встал перед принцем на колени.

- Однако, - приподняв бровь, удивленно произнес владыка мертвых, впервые за весь разговор, проявив хоть какую-то эмоцию. – Встань с колен канцлер это уже слишком. Ничто на всем белом свете не может заставить великого канцлера встать на колени.

- Заключи договор с этим мальчиком, и тебе откроется великая тайна. Ты сам поймешь причины моих поступков.

Хаш-Ин-Гот, отвернулся от стоящего на коленях Туранто и вновь взглянул в окно надолго задумавшись. 

Туранто ушел, оставив единственного, кто мог повлиять на ситуацию, со своими мыслями.

Человеческий дух еще не успел выветриться, как вдруг ни с того ни с чего пожаловал его младший брат – принц Ман-Кинонкон.

- Чем занимаешься брат? – еще не войдя в зал прокричал зычным голосом средний сын покойного короля Усмун-Даар-Зит-Нага.

Высокий, как и свой старший брат, но более широкий в плечах с мощным торсом. Красивое молодое лицо обрамляли белокурые кудри. Постоянно улыбающийся он будто радовался каждому прожитому мгновенью. А ясные голубые глаза говорили о невинности. Такое подумать о принце Ман-Кинонконе было бы огромной ошибкой.     

- Наблюдаю!

- Да ну. Тоже мне, наблюдает он. За чем ты уже можешь наблюдать?

- За боем. Ах! Какое прекрасное зрелище. Давно я уже не получал такое наслаждение. Еще со времен…

- Пх-х. Как скучно. Бои, сражения, все на одно лицо. Увидел одно, видел все.

- Ты глуп брат мой Ман-Кинонкон. Ты погряз в удовлетворении своих низменных желаний. Ты тысячелетиями только и делаешь, что тащишь  в чертоги свою часть невинных душ и делаешь с ними такие вещи, что если я их озвучу, мне придется отрубить себе голову, настолько мне будет противно во рту.

- Ой да ладно тебе, Хаш-Ин-Гот. Не строй из себя целку. Это наша работа, которую ты, кстати, плохо выполняешь. Посмотри только на свои владения. Души бесцельно слоняются, подвывая себе по углам. Жаровни давно остыли. Страшно сказать, даже лишенные посмертия души стоят в очереди на переправку в инкубатор. Когда такое было?! А твои демоны, демоны! Только и делают, что совокупляются, где только можно, словно дворовые псы. Я уже устал их гонять. Бардак одним словом Хаш. А ты стоишь и любуешься, как людишки лупят друг дружку почем зря.

Хозяин дома улыбнулся, этот стервец всегда мог его развеселить. Но зачем он здесь? Это странно. Обычно Кинонкон не жаловал его визитами. А тут в аккурат сразу после канцлера заявился.

- С чем пожаловал брат? – осторожно спросил принц.

- Слушай, я тут хотел попросить оказать мне небольшое одолжение.

- Говори.

- Я затеял обновить интерьер восьмой зоны. Слишком давно не сдувал там пыль. Придержишь для меня души, пока я поработаю с зоной? Я быстро, - попивая вино из массивного золотого кубка, хитро прищурившись спросил он.

- Сколько душ? – поинтересовался Хаш, поняв, к чему все идет. Его братик не отличался умом и сообразительностью. И не был искушен в дворцовых интригах, так как на это был способен он.

- Не много - около двадцати миллиардов.

- Это сильно загрузит меня. Практически мой предел. Учитывая, что это не мой профиль. Я поэтому и отдаю тебе и Зароншуту всю свою долю, ибо не желаю этим заниматься и потом мои зоны давно поросли дерном и не пригодны для использования.

- Ну пожалуйста братик, помоги, а, - театрально встав на колени и сложив руки в мольбе, заныл Кинонкон.

- Когда тебе это надо? – продолжив предложенную игру, спросил Хаш.

- Сейчас. Представляешь? Мне нужно это прям сейчас.

- И пока я буду по уши занят твоими двадцатью миллиардами душ, ты чем будешь занят? Попробуешь увести из-под моего носа ту единственную душу, ради которой весь сыр бор? - улыбаясь брату, спросил его в лоб старший принц.

- Что? Ты о чем? Я не знаю, о чем ты говоришь, - заерзал на роскошном кресле Кинонкон.

- Ман, я тебя люблю как брата, но вынужден сказать тебе, что ты непроходимый тупица, - не выдержав больше, произнес Хаш. -  Ты что о себе возомнил? Что придешь ко мне, вот так, совершенно неподготовленный и сможешь запудрить мне мозги, этой дурацкой историей?  Я не знаю, кто тебя надоумил. И что тебе за это пообещал. Но сделай нам обоим одолжение. Иди к себе и продолжай заниматься своими мелкими проказами, а серьезные игры оставь серьезным дядькам.     

- Не смей со мной так говорить Хаш, - встав с кресла походу превращая кубок, из которого пил в прах, угрожающи сказал Кинонкон.

- Ты мне угрожаешь? Мне, в моем доме, в моих владениях, в час моей силы? – казалось, удивлению Хаш-Ин-Гота не было предела.

- Я тебя предупреждаю, брат. Все может изменится. И ты не бессмертен. То есть бессмертен но лишь до определенного предела. Тебе лучше со мной не сорится.

- Иди к себе брат. Пока я не напомнил тебе Вугрузскую долину. Ведь ты хорошо помнишь, что там произошло? – усмехнувшись, спросил Хаш. Румянец, который до сих пор играл на пухлых щечках брата, моментально слетел. Кожа стала серой, а в глазах вспыхнул огонь, который в дни, когда принцы вели войну за власть в мире живых, мог испепелить целые миры, обратив те в прах.

- Ты пожалеешь об этом, брат, - пнув ни в чем не повинное кресло, прокричал Кинонкон.

- Я пожалею о том, что сейчас сделаю, если ты сию же минуту  не покинешь мой дом. 

- Проветри, у тебя воняет человеком, - уходя, бросил через плечо Ман-Кинонкон, средний сын мертвого короля и второй принц мира мертвых.

- Мессир будет ждать визита Зароншута? – раздался за спиной хриплый бас рогатого пса.

- Нет! Готовь переход. Мне нельзя светится. У проклятого канцлера снова получилось испачкать меня своей грязью. И сожги это кресло. Я не смогу на нем больше сидеть. Этот мелкий тупой ублюдок способен испохабить все к чему прикасается.

 

 

Вуаль Бергона надежно скрывала его от рыскающих везде «мантикор», по крайне мере пока. Приказ, который они получили от адмирала Бенсана, был однозначен – ни один «единорог» не должен остаться в живых. Есть время перевести дух и вспомнить. Вспомнить все-то хорошее, что произошло в его жизни. За последние два три года с ним произошло много чего не хорошего, но и интересного тоже. Он познакомился с удивительными людьми, подружился с Менкосом и Критом, спас целый мир от уничтожения, повидал много миров и и видел поразительные вещи. Сражался и побеждал. И вот наверно наступил тот момент, когда пришло время проиграть. Жалко отца только. Ведь он будет ждать его возвращения до последнего своего дня. День за днем он будет сидеть на веранде их дома с трубкой в зубах, устремив взор на запад.  Он пытался простить, всем тем, кто причинил ему боль. Честно пытался. Пытался простить шамана Сармата и других орков которые измывались и издевались над бедным мальчиком рабом. Очень хотел простить комиссара Требью, и его кодлу магов экзекуторов. Он хотел забыть прикосновение сканфиса. Разум требовал облегчить совесть перед смертью, а сердце не желало забывать.

Грудь сдавило и закашлявшись Кинора вырвало густой кровяной массой. Перед глазами стали возникать  образы людей, которые были добры к нему. Командор Тристар, глава рода Юнуус, Гилиан закрывший его своим телом, и принявший смерть вместо него. Трактирщик Олс и его милая подруга Рийя, верзила «Прихлоп» и эльфийская принцесса Дамрана. Великий Аглай Бильморро и старый странный эльф Лер и многие другие, которые волей случая повстречались ему на пути. Сизар! Названый брат. Как жалко, что больше не испить им вместе гномьего пива и не помолчать вместе под пение птиц.

Схватившись за горло, Кинор посмотрел одним уцелевшим глазом вдаль, исчезло море и корабли пропали, тьма накрыла все своим покрывалом и лишь точка света  возникшая где то там медленно увеличивалась в размерах, открывая окно. Прищурившись, молодой маг увидел сквозь это окно бескрайнею долину. Долину смерти.

- Мир мертвых! – выдохнул Кинор. - Вот оно как будет.

- Нет, не так все будет парень, - вдруг раздался голос исходящий отовсюду.

Кинор слабо из последних сил прошептал: - Кто ты, чей голос я слышу?

- Я Хаш-Ин-Гот, принц мира мертвых, правитель проклятых земель,  пастырь душ заблудших. А теперь еще и нянька для глупых детей, - хмуро буркнув последнюю фразу, представился принц.

- О великий Хаш-Ин-Гот, ты пришел увести меня в долину смерти в свои чертоги, на пир смерти? – еле выдавил из себя Кинор.

- Ох уж мне этот ваш людской фольклор, - уронив голову на грудь, вздохнул владыка мертвых.  – Все будет не по-другому Антуан. Или лучше Кинор? Да, пусть будет Кинор! Слушай меня внимательно пацан, - строго сказал он и ткнул палец в грудь молодого мага. Мощный заряд энергии прошелся по всему его телу, оживляя и пробуждая Кинора к жизни. Рассудок прояснился и он ясно увидел перед собой владыку. Мощь этого существа просто зашкаливала. Кинор аж зажмурился от благоговейного уважения и страха перед принцем. – Ага, так всегда бывает, - с улыбкой кивнув головой сказал принц. Мне нужно, чтобы ты ясно мыслил и понимал, что я тебе сейчас скажу. Обычно у стоящих на пороге смерти нет вариантов. Они просто умирают и попадают прямиком к нам. Нас три брата, три принца. И души распределяются поровну между нами. Если ты попадешь к одному из моих братьев, то для тебя все будет кончено. Но на твое счастье у тебя есть доброжелатели, очень могущественные доброжелатели. И меня попросили сыграть против моих братьев и забрать тебя к себе. Но просто так это не делается. Каждый день в долину приходят миллионы душ, со всего конгломерата. Однако никакой путаницы быть не может, нельзя просто так брать то, что тебе хочется, если это принадлежит другому брату, его доля душ.  Однако есть одна лазейка. Каждый из принцев обладает исключительной особенностью. Моя в том, что я могу заключать контракты, с любой душой с которой пожелаю. И даже если она будет находиться, в доли моих братьев, она станет моей по праву. Так вот  я предлагаю тебе контракт. И поверь мне это нужно не мне и тебе, чтобы не попасть в жаровни и пыточные камеры моих венценосных  братиков. Ты для меня как кость в горле. Но я хочу сделать приятное, моему старому другу, в последний раз. Особенность контракта в том, что ты продаешь мне свою душу фактически становясь моим рабом. При этом энергия души полностью переходит под мой контроль, тогда как в обычно случае на это рассчитывать нельзя. Энергия души остается при ней. Сколько бы ее не мучили. Все души разные и объем энергии разный. Так вот я тебе предлагаю продать мне душу, таким образом я смогу взять тебя к себе по праву. Я очень не люблю это делать, потому что с этим связано многое – я должен беречь тебя охранять ухаживать за твоей душой, в общем, нянька. Но я иду на этом по причине, которую уже озвучил. Ты все понял, пацан?

- Великий, прости что спрашиваю. Но почему ты сказал, что не любишь это делать, если это дает тебе огромные массы энергии и силы?

- Запомни мальчик, сила развращает. А огромная сила убивает. Даже таких могущественных существ как я. Я не хочу быть рабом все поглощающего желания быть еще и еще сильнее. И хватит на этом. Я должен спросить. Ты согласен?

- А какой смысл становится рабом, если и без контракта ты раб владык долины смерти?

- Умный, да? А в том, что контрактник живет (прости меня за этот каламбур), живет хорошо, а другие плохо. И потом есть маленький шанс, что я отпущу тебя на волю, если будешь хорошо служить. Через какое-то время, конечно. У тебя появится шанс возродится. Контракт, это величайший дар для смертных. Считанным единицам посчастливилось подписать его. Ты один из них, кому я предлагаю. Так, что думай быстрее. Я не хочу тратить на тебя много времени.

- Великий но если ты выполняешь просьбу друга мне помочь. Ты не мог бы просто помочь мне убраться отсюда подобру-поздорову.

- А ты наглый. Мне это нравится. Нет Кинор, к твоему огромному сожалению ты уже умер. Весь наш разговор длится не больше одного удара сердца, последнего удара твоего сердца. Как только я уйду и время вернет свои права, ты умрешь.

- Я согласен принц. Где подписать? – уверенным голосом сказал молодой маг.

Принц щелкнул пальцами и перед Кинором возник лист пергамента с текстом на очень древнем и незнакомом языке. К удивлению Кинора он мог прочесть и понять о чем говорил текст контракта. Но он не стал читать и размашисто подписал. В этот момент он почувствовал необычайную легкость в теле и отчетливо услышал, как ударило сердце, в последний раз. Он почувствовал, как понимается вверх. Оглянувшись он увидел искореженное тело, свое трансформированное для боя тело. К его удивлению  оно стало меняться, возвращая свой обычный облик, а потом оно тоже поднялось в воздух. Рядом с ним открылись два окна, в одно из них улетело служившее ему верой  и правдой тело, он знал, что принц будет его хранить, пока не наступит время, возродится.  

- Открой мне врата нареченный Антуаном, - приказал принц.

Кинор понимал, что от него хотят, но не понимал почему принц назвал его другим именем.  И он открылся, предоставляя принцу доступ к его резервам энергии.

Хаш-Ин-Гот преобразился - красивые волосы опали оголив череп, глаза провалились внутрь открыв пустые глазницы, нос и рот сгладились образовав ровную поверхность матово-белого цвета, руки и ноги превратились в щупальца, а тело приобрело змеевидную форму. Он  потянулся  щупальцами к душе и ухватился ими за створки приоткрытой двери и резко потянул их на себя. Владыка мертвых ожидал чего угодно но к такому готов не был. Из открытых настежь ворот на него хлынул свет, яркий действенно чистый свет, первоначальная энергия жизни огромными волнами захлестнула принца. Он был поражен тем количество энергии, которой обладал этот хрупкий мальчик. Его запасов хватило бы, что бы он Хаш-Ин-Гот принц мертвых  смог уничтожить своих братьев, объявить войну всему конгломерату и подмять под собой все живое. Великий создатель как же много силы, слишком много. Принц тонул, захлебываясь в ней. Она поглощала его сущность. Он умирал.

-Нет! Больше нет! Не могу! Прекрати! Закрой ворота! – из последних сил взмолился он.

И Кинор закрыл, поток прекратился, и сила вернулась в свою среду. Он не понимал, что так напугало саму смерть.

Принц тяжело дышал, освобождаясь от наваждения и жути, которую  только что пережил. Он обратил свои глазницы на душу невинно зависшую в пространстве и подумал о словах сказанные канцлером Туранто, о великой тайне. Воистину ему открылось понимание того, что он ничего совершенно ничего не ведает о творении и о том какова реальность на самом деле. Махнув щупальцем, он поманил душу проследовать за ним и они вдвоем ушли в мир, из которого никто не возвращался, за исключением некоторых, в царство мертвых.

 

 

 

Конец первого тома.

 

 

 

 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Читается быстро,довольно легко,я честно говоря не любитель фентези,поэтому историчность и достоверность событий оценивать не буду:hmm::Dдля меня многовато персонажей,и начальная сцена книга по моему мнению не привязана к герою,либо нужно читать второй том:weed:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

Присоединяйтесь к обсуждению

Вы можете написать сейчас и зарегистрироваться позже. Если у вас есть аккаунт, авторизуйтесь, чтобы опубликовать от имени своего аккаунта.
Примечание: Ваш пост требует одобрения модератора, прежде чем станет видимым.

Гость
Ответить в этой теме...

×   Вставлено с форматированием.   Вставить как обычный текст

  Разрешено использовать не более 75 эмодзи.

×   Ваша ссылка была автоматически встроена.   Отображать как обычную ссылку

×   Ваш предыдущий контент был восстановлен.   Очистить редактор

×   Вы не можете вставлять изображения напрямую. Загружайте или вставляйте изображения по ссылке.


×
×
  • Создать...